— Вовчик, ты опять?! Да что ж это такое?! Сколько раз тебе говорила: не приходи к нам в таком виде! — Света, уперев руки в бока, смотрела на бывшего мужа испепеляющим взглядом.
Вовка скукожился, отступил назад, чтобы не дышать на бывшую перегаром, и залопотал:
— Ну не ругайся, Светик. Мы же совсем чуть-чуть... Удачное завершение работы отметили! Я вот для Танюшки денежку принес!
Он протянул Свете свернутые в тоненький рулончик купюры.
— Кто же через порог-то дает?! Ай, ладно! — Светка забрала и спрятала деньги в карман передника. — А к Таньке приходи, когда «дух праздника» выветрится! Нечего на ребенка отравой своей дышать!
Вовка грустно кивнул и побрел вниз по лестнице.
***
На бывшую жену Владимир не обижался. Права Светка: негоже выпившим к дочке приходить. Только вот он опять не смог удержаться, когда мужики предложили отметить! Света ведь именно из-за этого с ним и развелась. Потому что слабый! Долго терпела, потом ругалась, кодировала. Он всегда с ней соглашался. А потом срывался. Светка угрожала разводом. И, в конце концов, угрозу выполнила. Лопнуло терпение!
Запил Володька по причине совершенно неоригинальной. Потерял работу, новую найти быстро не смог. Жена ругалась. И правильно ругалась! У них маленький ребенок, а денег нет. Куда ж это годится? Вовка чувствовал себя виноватым.
Когда он в очередной раз возвращался с неудачного собеседования, присел на скамеечку у парадной. Домой идти не хотелось.
— Привет, Вован, чего киснешь? — на скамейку приземлился Вовкин сосед.
По паспорту он числился Игорем Петровичем, но все вокруг звали его Фуфырик.
— Супруга печень клюет или еще какие проблемы? — поинтересовался он.
— Да вот с работой беда... Не берут никуда! Инженеров много, а вот мест для них... — Вовка вроде и не собирался откровенничать с соседом. Но слишком уж тошно было на душе.
— Беда! — согласился тот. — Давай-ка по этому поводу возьмем фуфырик и посидим. Грусть-тоску прогоним, может, и придумаем чего.
Владимир хотел было отказаться, но подумал о Светке, о разносе, который она обязательно ему устроит, узнав, что он опять не нашел работу, и согласился.
Посиделки с Фуфыриком не были совсем уж бесполезными.
— Ты Вовка, пойми, сейчас народ ценит тех, кто что-то материальное создает! Вот ты умеешь создавать материальные ценности? — Фуфырик ткнул в Володьку указательным пальцем.
— Да я все что хочешь делать могу! — сообщил захмелевший Володька. — Хочешь, обои переклею, потолок побелю, плитку положу. Да я даже дом могу построить! У меня, если хочешь знать, золотые руки!
— Так вот и пользуйся! Давай я тебя с мужиком познакомлю. Сам у него подрабатываю подсобником, когда не занят, конечно! — Фуфырик щелкнул по бутылке и расплылся в щербатой улыбке.