- Артур, посмотри на нее. Идеальная жена. Спокойная, не пилит, не требует. В доме тишина, а я могу спокойно заниматься делом.
Артур ржал, тряся седеющей головой.
- Тишина - эт главное, Толь. Я тебе скажу больше - я вообще считаю, что каждые пять лет надо менять. Как автомобиль. Старые модели уже скрипят, бензин жрут, а ты стоишь перед выбором - капитальный ремонт или новая. Так зачем что-то постоянно ремонтировать?
***
Толя любил прекрасное. Прекрасное для Толи имело четкие очертания: безупречная старинная мебель, коллекция картин, и, конечно, прекрасные дамы. Дамы должны были быть прекрасны, как эти картины, - вечно идеальные, с минимумом морщин и максимумом покладистости.
Надя подходила под его стандарты. Толя, которому было сорок пять и который обладал солидным состоянием, чувствовал себя вдвойне победителем. Надя была не просто молода - она была вдвое младше.
- Толечка, - голосочек у нее был под стать ей самой - красивый и мелодичный, - а ты меня... ты меня точно любишь?
Они сидели дома, где все было окутано легким ароматом дорогих духов Нади, которые Толя сам ей выбрал. Он не любил сильные, навязчивые запахи.
- Люблю, моя птичка. Люблю… Совсем не так, как Ирму.
При упоминании бывшей жены, хотя он сам про нее и сказал, у Толи аж зубы ныть начинали. Ирме было плевать на их любовь. Она оттяпала треть нажитого им добра, даже не поперхнувшись. Адвокаты Толи, конечно, героически сражались, Ирма получила меньше, чем могла бы, но все равно отхватила много - и это ему аукалось.
- Ирма, наверное, с характеро-о-ом… - сказала Надя.
- Стер… Не буду при тебе говорить, кто она. С тобой не так. С тобой хорошо.
Забыв про бывшую, он пустился в рассуждения про свои инвестиции.
Надя, конечно, не понимала и половины из того, что он говорил, но в ее больших глазах горело обожание. Она была именно такой, какой он хотел ее видеть: милой и… скажем так, не обремененной излишней интеллектуальной нагрузкой.
В пятницу Толя собрал своих старых друзей. Артур, уже лысеющий, но вечно улыбающийся, и еще несколько знакомых.
Надя сидела рядом. Толя пустился в хвалебные оды.
- Артур, посмотри на нее. Идеальная жена. Спокойная, не пилит, не требует. В доме тишина, а я могу спокойно заниматься делом.
Артур ржал, тряся седеющей головой.
- Тишина - эт главное, Толь. Я тебе скажу больше - я вообще считаю, что каждые пять лет надо менять. Как автомобиль. Старые модели уже скрипят, бензин жрут, а ты стоишь перед выбором - капитальный ремонт или новая. Так зачем что-то постоянно ремонтировать?
На Надю уже никто не смотрел, а она-то аж в лице изменилась. Она выжидательно и совершенно незаметно косилась на Толю, пытаясь уловить его реакцию.
Толя, вместо ожидаемого осуждения, заржал сам:
- Хахах! Артур, да куда в твоем годы каждые пять лет менять “машину”, гонщик! Уже и ездишь-то через раз… - Толя веселился. - Но в принципе, да, надо менять. На моложе. У меня, слава богу, пока запас прочности на… на десяток лет.
Он подмигнул Наде, и у нее на лице вновь появилась та самая, очаровательная, но пустая улыбка.
***
Дома, в тишине своей личной галереи, Толя чувствовал себя самим собой. Он любил прекрасное. Картина, купленная на аукционе за сумму, которую он предпочитал не афишировать, радовала глаз в мягком свете ламп.
Надя вошла в комнату, застенчиво переминаясь с ноги на ногу. Сегодня на ней было новое шелковое платье - Толя одобрил.
- Толь, - начала она, - мы уже год как женаты. Год! Может, о детях подумаем? Я бы хотела…
У Толи аж предыдущий брак перед глазами пронесся.
- Дети? Надя, ты ведь не в курсе, что такое дети? Я уже наигрался. У меня был один проект с Ирмой - он обошелся дороже, чем покупка этой квартиры. Сколько денег я ей и детям оставил! Ты думаешь, я хочу наступать на те же грабли? Нет, милая. Ты у меня для радости, а не для сложностей.
Надя не могла ему возразить. Он никогда ей не запрещал ничего говорить, но его авторитет в этом доме перекрывал все.
- Ой, я что-то увидела у подруги фотки с ребенком, такие милые, в таких пижамках… Вот и захотела бейбика, ну, они ж милые. Я бы с ним фоткалась. Но нет так нет.
- Вот и хорошо, - он вернулся к картине. - Не расстраивай меня.
- Тогда поедем в магазин?
- Съезди сама, я не люблю там сидеть.
Он был слишком занят, чтобы всерьез следить за ежедневными тратами Нади. Он не проверял чеки. Он предпочитал замечать результат.
И результат его радовал.
Например, сегодня Настя радовала его, примеряя купленные туфли.
- Толь, посмотри! - воскликнула она.
Толя прищурился.
- Хм, - протянул он, обходя ее вокруг. - Да, потрясающая работа. Видно, что бренд. Сколько отдала?
- Ну… - переминалась в этих туфлях Надя, - дорого. Но не могу же я дешевку покупать. Тебе самому стыдно будет. Твои друзья такие умные, они сразу заметят, если я приду в тряпке с маркетплейса.
Толя снисходительно улыбнулся.
- Молодец. Ты знаешь, я это ценю. Стараешься для мужа - это правильно.
Он окинул ее взглядом. Да, она старалась. И это было прекрасно. Но пока он оценивал ее туфли, его мысль уже витала в другом месте. Вчера, на приеме у партнеров, он мельком увидел помощницу Артура. Девушка была совсем не из тех, кто ищет внимания - в толстовке и с пучком на голове она забежала в кабинет, подсунула листок и умчалась по делам, но эта небрежность только подчеркивала молодость.
Через пару недель Толя столкнулся с Артуром.
- Слушай, а твоя помощница… эта, которая всегда с тобой, в очках… она как? Свободна?
- Помощница? А, Вика. Спроси у нее сам, я как-то не в курсе амурных дел моих сотрудников. Профессиональная этика, знаешь ли. Романы на работе к хорошему не приводят. Но тебе-то зачем? Надя хороша. Идеальна, я бы сказал.
- Идеально предсказуема, Артур. Я найду себе еще одну.
- Делай, как знаешь. Но если Вика из-за тебя уволится, я с тебя стрясу компенсацию.
Вика, помощница Артура, оказалась не только молодой, но и амбициозной.
Надя, конечно, почувствовала. Да Толя и не шифровался.
- Толя! Где ты был? - это был первый раз, когда она так резко с ним заговорила. Когда он не пришел ночевать домой.
- Был на деловой встрече, Надя. Не порть мне вечер своим нытьем. Я не для того женился, чтобы ты устраивала истерики.
- Не хочешь сознаваться? Я сама узнаю!
- И что ты сделаешь? - усмехнулся он. - Позовешь своего папу-генерала? Или подашь на развод? Ты же знаешь, что ничего не получишь. Папы у тебя нет. А после развода тебе причитается примерно ноль. Я с Ирмой уже научен. Уйдешь - останешься ни с чем.
На следующее утро Толя проснулся один. Что ж, всякое бывает. Надя, наверное, ушла к подруге, порыдать в жилетку. Ну, женщины. Он, конечно, потом ее утешит. Он купит ей новую сумку, может быть, даже дорогие часики. Или еще что. Ее всегда только шмотки волновали.
Он пошел в гардеробную, чтобы выбрать что-нибудь для важного совещания.
Шубы нет.
Полки с обувью тоже вычищены.
Пусто. Ни одной пары.
Но Толя не мальчик, чтобы побежать за ней.
- Ну и пусть выпендривается, - пробормотал он, - Погуляет пару дней. Я ее чем-нибудь угощу, и она вернется как миленькая.
Отправил сообщение: “Надя, хватит страдать ерундой. Возвращайся”.
Вечером он позвонил ее подружке, чтобы узнать, не прячется ли она у кого-нибудь.
- Нет, она не звонила. Странно.
К вечеру второго дня Толя начал злиться. Это уже не игра, это неуважение. Три месяца он честно делал вид, что ему наплевать. Развелся при помощи адвокатов, никуда даже не ездил. Ждал, что Надя прибежит. Не дождался и подключил свои старые связи, чтобы узнать, где она.
Через день пришла информация.
- Твою ж… - он галстуком залез в суп.
Что за ерунда…
Надя. Его Надя, глупенькая Надя, купила квартиру. И не в ипотеку.
А затем, через еще один день, пришла вторая новость, которая добила его профессиональное самолюбие. У Нади свадебный салон. Не какая-нибудь лавочку, а приличный, с дизайном, который, судя по первым фотографиям, выглядел вполне свежо.
- На какие деньги? - прошипел Толя в трубку своему информатору. - Она не работала! Она со мной жила! У нее не было своих счетов!
- Это не у меня нужно спрашивать.
Какая там Вика, когда Надя такое выкинула. Он поехал к ней. Он припарковался так, что машина преградила въезд, и вошел внутрь. Чтобы такое там учинить… и так и замер. Надя выглядела… совсем не так. Сдержанная, умная, взрослая женщина.
- И кто это тебе салоны покупает?
Он подошел, злой, шатаясь от внезапного приступа ревности.
- В смысле? Что ты тут делаешь? - она постаралась изобразить миленькую девочку, но запоздала с этим.
- Что я здесь делаю? Квартира? Салон? Кто тебе дал деньги, Надя?
И перед ним хорошо знакомая Надя. Накручивая локон на пальчик, она мило протянула:
- Новый мой парень. Он мне все это подарил. Только т-с-с. Это нельзя никому говорить.
Толя вцепился в край витрины.
- Новый парень? Ты уже успела обзавестись мужиком, который спонсирует твой бизнес? Кто он? Где он?
- Я не скажу! - выдохнула она, - Он просил не говорить. Он очень влиятельный.
Ревность ударила Толю по самому больному месту. Он хотел знать все. Он хотел ее вернуть, не потому, что любил, а потому что… да она его жена и точка! И плевать, что они развелись.
- Ты вернешься ко мне, Надя. Немедленно. Я тебе все прощу. Ты же знаешь, ты без меня пропадешь!
Надя отступила на шаг, и в этот момент театральная маска спала. Ее взгляд стал жестким, как у Ирмы когда-то.
- А вот и нет, Толя. Мне здесь хорошо. И мне не нужно, чтобы ты мне что-то прощал. Мне хорошо.
В ту ночь Толя не спал. Он поручил своим людям выяснить, кто этот таинственный “новый парень”. Но его помощник вернулся ни с чем. Никаких мужчин, замеченных возле Нади, не было.
Тогда надо давить на Надю.
- Надя! Где этот твой благодетель? - с пинка вошел он в ее кабинет.
- Толя, я же просила не приходить. Это мой бизнес.
- Это мой вопрос! Кто он??
Надя, которая хотела побыстрее от Толи избавиться, а вышло так, что она помахала перед его носом красной тряпкой, прошипела:
- Нет его, Толя. Никого нет.
- Ты лжешь. Деньги? Квартира? Салон? Кто это оплатил?
- Помнишь, ты говорил, что я глупенькая и не разбираюсь в искусстве? Ты был прав. Я не разбираюсь в картинах и старинной мебели. Но я разбираюсь в людях. И я разобралась в тебе. Помнишь те туфли, которые ты так хвалил? И ту сумку за миллион, которую я якобы купила, чтобы тебя порадовать?
Все он помнил! За его же деньги куплено!
- Я никогда не покупала эти вещи, Толя. Никогда. Я знала, что ты не смотришь чеки, но ты любишь видеть результат. Я покупала подделки и выставляла их как оригинал. Ты восхищался моим вкусом. А разницу в стоимости я откладывала. Как видишь, что ты, что твои друзья тоже не разбираются в “дорогих” вещах.
Ирма была понятна - она оттяпала то, что было законно ее. Но эта? Эта просто грабила его!
- Ты все это время воровала?
- С чего вдруг?? - спросила она, - Ты хотел, чтобы я была красивой и в дорогих шмотках - я была красивой и в дорогих шмотках. Задача выполнена. А каким образом - это мое дело. И это ты решил найти мне замену. Вещи мои. Что я с ними сделала, тоже мое дело. Это нечестно? А менять нас, как машины, честно?
Да, он знал, что виноват. Это если говорить про Вику.
- И что теперь?
- Теперь? У тебя будет новая жена, а у меня - новая жизнь. Никто из нас не в накладе. Чего ты взъелся-то?
Он так и не смог смириться с тем, что самое прекрасное, что у него было, оказалось не оригиналом, а просто безупречной, очень дорогой подделкой, созданной с одной целью: получить деньги.