Вячеслав Молотов: Железный занавес в одном лице
Если Сталин был «отцом народов», то Молотов был его непробиваемой дверью, его стальной перчаткой и его официальным голосом для внешнего мира. Человек, чья настоящая фамилия — Скрябин — ассоциировался у миллионов с роскошью и имперским размахом, стал символом советской дипломатии в её самой жёсткой, непреклонной форме. Его имя навсегда вписано в историю двумя парадоксальными способами: как автор печально известного пакта и как «крёстный отец» бутылки с зажигательной смесью.
От Скрябина до Молотова: Создание «железного большевика»
Он родился в 1890 году в вятской глубинке и взял себе псевдоним «Молотов» — от слова «молот» — ещё в юности, сразу определив свою жизненную стратегию. Революционер-подпольщик, дважды арестованный при царизме, он был не харизматичным трибуном, а мастером аппаратной работы. Именно это ценил в нём Сталин. После смерти Ленина Молотов сделал безошибочный выбор, поддержав будущего вождя, и был вознаграждён стремительным взлётом. В 41 год он стал Председателем Совнаркома СССР — формальным главой правительства, пока Сталин сосредотачивал всю реальную власть в партийном аппарате.
Яркую характеристику Молотову дал Уинстон Черчилль в книге «Вторая мировая война»:
«Я никогда не видел человеческого существа, которое больше подходило бы под современное представление о роботе. И все же при этом он был, очевидно, разумным и тщательно отшлифованным дипломатом. Как он относился к людям, стоявшим ниже его, сказать не могу. То, как он вел себя по отношению к японскому послу в течение тех лет, когда в результате Тегеранской конференции Сталин обещал атаковать Японию после разгрома германской армии, можно представить себе по записям их бесед. Одно за другим щекотливые, зондирующие и затруднительные свидания проводились с полным хладнокровием, с непроницаемой скрытностью и вежливой официальной корректностью. Завеса не приоткрывалась ни на мгновение. Ни разу не было ни одной ненужной резкой ноты. Его улыбка, дышавшая сибирским холодом, его тщательно взвешенные и часто мудрые слова, его любезные манеры делали из него идеального выразителя советской политики в мировой ситуации, грозившей смертельной опасностью.
Переписка с ним по спорным вопросам всегда была бесполезной, и если в ней упорствовали, она заканчивалась ложью и оскорблениями. Лишь однажды я как будто добился от него естественной, человеческой реакции. Это было весной 1942 года, когда он остановился в Англии на обратном пути из Соединенных Штатов, мы подписали англо-советский договор, и ему предстоял опасный перелет на родину. У садовой калитки на Даунинг-стрит, которой мы пользовались в целях сохранения тайны, я крепко пожал ему руку, и мы взглянули друг другу в глаза. Внезапно он показался мне глубоко тронутым. Под маской стал виден человек. Он ответил мне таким же крепким пожатием. Мы молча сжимали друг другу руки. Однако тогда мы были прочно объединены, и речь шла о том, чтобы выжить или погибнуть вместе.
Вся его жизнь прошла среди гибельных опасностей, которые либо угрожали ему самому, либо навлекались им на других. Нет сомнений, что в Молотове советская машина нашла способного и во многих отношениях типичного представителя – всегда верного члена партии и последователя коммунизма».
Архитектор пакта, ставшего синонимом цинизма
Вершиной (или дном) его карьеры стало назначение наркомом иностранных дел в 1939 году. Мир стоял на пороге войны, и Молотов провёл главную дипломатическую операцию сталинского СССР — подписание пакта о ненападении с нацистской Германией (пакт Молотова — Риббентропа). Его холодная, бесстрастная манера ведения переговоров идеально подошла для этого союза, основанного не на идеологии, а на прагматичном разделе сфер влияния. Для Запада он навсегда стал олицетворением «красной угрозы» в строгом костюме и с моноклем.
«Коктейль Молотова»: Ирония истории
Ещё один исторический парадокс: его имя стало нарицательным благодаря… бутылке с горючей смесью. Во время советско-финской войны 1939-40 гг. финны, отчаянно сопротивляясь, использовали против советских танков импровизированные зажигательные бомбы. В насмешку над Молотовым, который в радиовыступлениях заявлял, что СССР несёт финнам освобождение, они назвали своё оружие «коктейлем для Молотова». Это мрачно-ироничное название прижилось навсегда во всех языках мира.
Голос Победы и жертва оттепели
В годы войны Молотов был вторым человеком в ГКО. Именно он 22 июня 1941 года в полдень выступил по радио со словами: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами». Он же вёл сложнейшие переговоры с союзниками, добывая ленд-лиз и отстаивая интересы СССР в Тегеране, Ялте и Потсдаме. Его репутация «каменной стены» была как никогда кстати.
Но со смертью Сталина начался закат. Хрущёв, начинавший карьеру под его крылом, видел в Молотове главного символа сталинской эпохи, которую нужно было предать анафеме. После неудачной попытки сместить Хрущёва («антипартийная группа» в 1957 году) Молотов был снят со всех постов, исключён из партии и отправлен в почётную ссылку — послом в Монголию.
Долгая жизнь в тени
Он прожил 96 лет, пережив почти всех своих соратников и оппонентов, и умер в 1986 году, застав начало перестройки. До конца жизни оставался убеждённым сталинцем, считая свою работу на благо страны правильной. Его фигура — это ключ к пониманию целой эпохи: эпохи железной воли, беспринципного прагматизма и безоговорочной верности системе, которая в конечном счёте сама же его и отринула.
Интересуют ли вам противоречивые фигуры, в которых, как в зеркале, отражаются трагические изломы истории? Подписывайтесь на канал — мы анализируем судьбы людей, творивших эпоху.