Прощальный дар: почему мы искренне скорбим по знаменитостям

После трагической гибели на дуэли Александра Сергеевича Пушкина в 1837 году поднялась волна скорби. Когда траурная процессия с телом поэта прибыла в Псковскую губернию, где его должны были похоронить, по легенде, почитатели поэта пытались отвязать лошадей, чтобы самим проводить его в последний путь.

Смерть Рудольфо Валентино, кумира немого кино, в 1926 году вызвала столь же бурные переживания. Конная полиция сдерживала фанатов, собравшихся у похоронного бюро в Нью-Йорке, где проходило прощание (несколько человек, по некоторым данным, покончили с собой). В 1975 году миллионы египтян, отдавшие дань уважения певице Умм Кульсум, подняли ее гроб и несколько часов несли его по улицам Каира.

В наши дни похороны знаменитостей проходят не так фанатично, поклонники чаще всего выражают свою скорбь виртуально. Но такие события все равно вызывают бурную реакцию. За последние несколько месяцев в сети скорбели по известному критику Мартину Эмису, писателю Кормаку Маккарти, певице Тине Тернер и музыканту Джимми Баффетту. Если задуматься, то бурные проявления скорби по писателям, актерам и музыкантам во многом выглядят странно, даже иррационально.

В отличие от других случаев скорби, это горе не связано с личной близостью. Если вы когда-нибудь общались с любимым автором, то, скорее всего, это было во время его тура, когда он, заправившись кофе, не глядя подписывал экземпляры своей книги, и даже сделал ошибку в вашем имени. Может быть, вы обманываете себя тем, что однажды на концерте встретились взглядом с фронтменом любимой группы, и он улыбнулся именно вам. Но на самом деле вы не знали их, а они, конечно же, не знали вас.

А если бы и знали, не факт, что они нравились бы вам по-прежнему. Книги или песни могут быть трогательными и мудрыми, но (говоря языком критики) считать, что произведение отражает жизнь или убеждения художника – это глубокое заблуждение. Возможно, ваши кумиры действительно были прекрасными людьми, а может быть, под придуманными образами скрывались коварные, расчетливые, поглощенные лишь конкуренцией эгоисты. Никто не знает наверняка.

Хотя знаменитости уходят из жизни, остается искусство, которое мы так ценим. Смерть не властна над ним, наоборот, любопытство и ностальгия часто способствуют росту продаж. (Единственным альбомом Дэвида Боуи, занявшим первое место в Америке, стал «Blackstar», вышедший за несколько дней до его смерти в 2016 году). Ушедшие, правда, больше не пишут книг и не записывают песен. Филип Рот никогда не напишет роман об эпохе Дональда Трампа; вы никогда не услышите еще одну рок-балладу Мита Лоуфа. Однако суровая действительность такова, что лучшие работы многих артистов были созданы задолго до их кончины.

Горе становится более ощутимым, когда звезда умирает молодой или насильственной смертью. Кто знает, какую музыку Эми Уайнхаус добавила бы к своему небольшому, но прекрасному творческому наследию, если бы не погибла в 27 лет, как и Джимми Хендрикс, и Дженис Джоплин? Жизнь Шинейд О'Коннор, еще одной потери 2023 года, была полна невзгод и оборвалась слишком рано. Певец Бадди Холли (погиб в авиакатастрофе), художник Амедео Модильяни (умер от туберкулезного менингита в 35 лет), поэт Уилфред Оуэн (убит в бою за неделю до перемирия в 1918 году) – эти безвременные и беспощадные смерти трагичны.

Однако, если судить объективно, смерть творческого человека, прожившего долгую жизнь и реализовавшего себя, — далеко не самая печальная тема в ежедневной прессе. И если большинство смертных безвестно канут в Лету, то представители творческой богемы продолжают жить в своих произведениях. Римский поэт Гораций назвал это памятником, «что бронзы литой прочней». Стандартные причины для траура здесь не действуют. Тогда почему так много людей ощущает эти потери столь остро?

Одно из возможных объяснений в том, что ушедшие из жизни знаменитости – это предвестники. Настоящая весть в том, что смерть придет за каждым, каким бы неуязвимым или вечным он ни казался. Если мрачный жнец призвал Принса, со всем его талантом и энергией, то он обязательно постучит и к вам. Как пел Джим Моррисон незадолго до смерти: «Никто не уйдет живым».

Вторая причина в прошлом. Годы, когда музыка ушедшего или его книги были верными спутниками нашей жизни, кажется, растворяются в прошлом вместе с его уходом. Кроме того, скорбь – это своеобразная форма благодарности за чувство общности и радость, что нам дарили. Порой эти люди помогали нам осмыслить мир или извлечь подлинную красоту из самой неприглядной стороны жизни.

Впрочем, как и все остальное, уход из жизни знаменитости – это повод для разговоров. В эпоху всеобщей изоляции, когда тон общения становится подчеркнуто сухим, смерть всеобщего любимца означает возможность разделить добрые чувства и воспоминания с другими поклонниками. Подобно поминкам, эта скорбная передышка от злобы и распрей — прощальный дар великих людей.