В начале 60-х годов XVII века мирное развитие Белослудской, как и соседних с ней слобод, было прервано. В 1662-1665 годах вся южная часть Верхотурского уезда подверглась башкирским набегам(36). Белослудская слобода была из наиболее пострадавших. Список потерь разбит на 63 позиции, которые, возможно, соответствуют не дворам, а тягловым группам(37). В любом случае, пострадали все. Много убитых, раненых и взятых в плен, сожжены дворы, припасы, посевы; угнан скот. Слободу пришлось строить заново. Восстановление Белослудской слободы прошло очень быстро. Во многом это связано со строительством к югу от слободы новых укрепленных пунктов на Пышме и Исети, что делало проживание на берегах Ирбита более безопасным. Отрывок из публикация Коновалова Юрия Витальевича - Очерки истории села Белослудского. (Соль земли. Летопись килачевского крестьянства Ирбитского района Свердловской области. Екатеринбург, 2008. С.7-27.) РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.911. (1662, не ранее октября). Прочитана и набрана Ю.В. Ко
Белослудская слобода.
В начале 60-х годов XVII века мирное развитие Белослудской, как и соседних с ней слобод, было прервано. В 1662-1665 годах вся южная часть Верхотурского уезда подверглась башкирским набегам(36). Белослудская слобода была из наиболее пострадавших. Список потерь разбит на 63 позиции, которые, возможно, соответствуют не дворам, а тягловым группам(37). В любом случае, пострадали все. Много убитых, раненых и взятых в плен, сожжены дворы, припасы, посевы; угнан скот. Слободу пришлось строить заново.
Восстановление Белослудской слободы прошло очень быстро. Во многом это связано со строительством к югу от слободы новых укрепленных пунктов на Пышме и Исети, что делало проживание на берегах Ирбита более безопасным.
Отрывок из публикация Коновалова Юрия Витальевича - Очерки истории села Белослудского.
(Соль земли. Летопись килачевского крестьянства Ирбитского района Свердловской области. Екатеринбург, 2008. С.7-27.)
Роспись переписная Верхотурского уезда 1662 года Белослудской слободы.
РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.911. (1662, не ранее октября).
Прочитана и набрана Ю.В. Коноваловым.
[Роспись переписная Верхотурского уезду невьянским, и арамашевским, и белослудцким, и усть-ирбитцким пашенным и оброчным крестьяном, сколко в которой слободе и в деревнях крестьян и жен их, и детей, и братьи, и племянников от изменников от татей побито и в полон взято, и у которых крестьян дворы и хлебы пожжены, и скот отогнан, что по (л.65) указу великих государей и по верхотурской памяти переписывали Ондрей Бернацкой да съезжей избы подьячей Ерофейко Головин.
В Белослудцкой слободе оброчные крестьяне.
Гришка Елфимов Щапихин з двема сыны и снохами и со внучаты побиты. Хлеб и сено позжено и скот всякой отогнан.
Мишка да Олешка Федерягины и с семьею пятнатцать человек побито. А Лучка Федеряхин з женою и с племянником с Левкою живы и двор не созжен. А скот отогнан и хлеб позжен. (5)
У Ермолки Ерофеева сын Якимко з братьею и с робяты одиннатцать человек побиты. И двор и хлеб позжены и скот отогнан. А Ермолка жив. Федка /Семенов/ Мезенец з детми с Логинком да с Микиферком и з женами дватцать человек побиты. И двор и хлеб позжено и скот отогнан.
Гришка Федоров Мезенец з детми с Якимком да з Гаврилком живы. А жена Гришкина Улитка и мелких робят с нею шесть человек побито. И двор и хлеб позжено и скот отогнан.
Семейка Сергеев Поповых Устюжанин з женою ранены. Скот отогнан.
Корнилко Григорьев Пинежанин з женою и снохою и з двема дочерьми да со внуком побиты. Двор и хлеб позжено и скот отгонен. А дети ево Юрка и Ивашко живы.
/................/
Васка Иванов Капустин сьехал на Исеть. Двор и хлеб позжено и скот отгонен.
Ивашко Андреев Атаманко збежал на Исеть до заворохи.
Еремка Аверкиев Чердынец громлен. И хлеба и скота нет.
Васка Евфимов да Лучка Сидоров Дюков да Кондрашка Степанов Лузяня. Ва
ска жив, а Лучка и Кондрашка да трое робят побиты. Двор и хлеб позжено и скот отгонен.
/.................../
А сколько у кого белослудцких крестьян хлеба позжено и скота отгонено и того написать имянно не уметь, потому что многие крестьяне побиты, а живых осталось немного и те розъехались кормитца Христовым имянем по розным слободам и в Тобольской уезд. И розсказать имянно не умеют. А государев оброчной хлеб отпущен в Тоболеск весь без остатку.
РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.911. л 5-14.
Ирбитская слобода.
В 1662-1664 годах вся южная часть Верхотурского уезда подверглась башкирским набегам. В списках пострадавших перечислено свыше семидесяти хозяйств Ирбитской слободы, понесших различные убытки[54]. Сожженных дворов было немного, в основном, крестьяне потеряли хлеб и скот. Но развитие слободы это, естественно, приостановило.
Отрывок из публикации; Коновалова Юрия Витальевича - Формирование населения Ирбитской слободы в первые пятьдесят лет существования (1632-1682 гг.).
(Ирбит и Ирбитский край. Очерки истории и культуры. Екатеринбург, 2006.)
Роспись переписная Верхотурского уезда 1662 года Ирбитской слободы.
РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.911. (1662, не ранее октября).
Прочитана и набрана Ю.В. Коноваловым.
[Роспись переписная Верхотурского уезду невьянским, и арамашевским, и белослудцким, и усть-ирбитцким пашенным и оброчным крестьяном, сколко в которой слободе и в деревнях крестьян и жен их, и детей, и братьи, и племянников от изменников от татей побито и в полон взято, и у которых крестьян дворы и хлебы пожжены, и скот отогнан, что по (л.65) указу великих государей и по верхотурской памяти переписывали Ондрей Бернацкой да съезжей избы подьячей Ерофейко Головин.
Ирбитцкие слободы.
У Исачка Семенова сына Бобошина двор сожен со всеми хоромы. Да хлеба сожжено 6 овинов пшеницы, 2 овина овса, 40 копен сена. Скота отгонено 16 лошадей, 4 коровы. А осталось 2 лошади, 3-е молодых жеребят, 4 коровы, 2 теленка. Хлеба осталось 9 овинов ржи, 3 овина ячмени, 3 овина овса.
У Петрушки Семенова сына Зайкова с подрятчики с Пронкою Ондреевым, с Миткою Федоровым двор не сожжен, а опустощен и житнишко разорено. Хлеба сожжено 45 овинов ржи, 14 овинов ячмени, 5 овинов пшеницы, 20 овинов овса, сто пятдесят копен сена. Скота отгонено 23 лошади и з жеребяты, рогатово скота 5. Хлеба осталось 3 овина ржи, овин ячмени, 3 овина овса.
У Зеновка Еремеева двор не сожен, а опустощен и житнишко разорено. Хлеба сожжено 26 овинов ржи, 3 овина пшеницы, 4 ови на ячмени, {20 копен сена,} 4 овина овса, 20 копен сена. Скота отго(19)нено 2 лошади, 4 коровы, 2 овцы. А осталось 4 лошади, 3-е жеребят, 5 рогатово скота. Хлеба осталось овин ярицы, овин ячмени, 6 овинов овса.
У Матюшки Феафонова двор не сожжен, а опустощен и житнишко разорено. Хлеба сожжено 5 овинов ржи, 2 овина ячмени, овин ярицы, 2 овина пшеницы, 2 овина овса, стокопен сена. Скота отгонено 2 лошади, 4 коровы. А осталось 2 лошади. Хлеба осталось 2 овина ячмени, овин овса.
У Васки Павлова Долгушина з детми 2 двора не сожжены, а опустощены. Хлеба сожжено 1. овинов ржи, 5 овинов ячмени, 4 овина пшеницы, 3 овина ярицы, 6 овинов овса. Скота отгонено 10 лошадей. А осталось 2 лошади, 3-е жеребят, а рогатого {скот цел} скота 5. Хлеба 3 овина ржи, овин ячмени. (20)
/............................../
У Семейки Кондратьева Рушемца двор и скот цел. А хлеба потрачено 2 овина ржи, овин овса. А осталось 3 овина ржи, 4 овина овса, 2 овина ячмени. (34)
У Митки Исакова Серебряника двор и скот цел. Хлеба позжено 4 овина ржи, 5 овинов овса. А осталось овин ячмени.
У Семейки Карпова Селезня двор и скот цел. А хлеба позжено овин ржи, 2 овина ярицы, два овина ячмени, овин овса. Згорело 50 копен сена. А осталось половина ячмени. А иного /хлеба/ Никакова не осталось.
У Фетки Тимофеева двор созжен и житьишко разорено. Хлеба позжено 2 овина ячмени. Сена згорело 300 копен. Скота отгонено 10 лошадей, четверо рогатово да овца. Осталось 4 лошиди, пятеро рагатово да 5 овец. Хлеба осталось 5 овинов ржи, 5 овинов овса, овин ячмени.
РГАДА. Ф.1111. Оп.2. Д.911. л 19- 34.
Арамашевская слобода.
Процесс заселения был прерван башкирскими набегами 1662-1663 годов, в ходе которых были разорены многие русские деревни южной части Верхотурского уезда, в том числе и практически вся Арамашевская слобода.
Отрывок из публикации Коновалова Юрия Витальевича - Краткий обзор процесса возникновения населенных пунктов на территории Режевского района в XVII – начале XVIII века. (2008 г)
Краснопольская слобода.
В 1662-63 гг. Краснопольская, как и другие верхотурские слободы, была разорена восставшими башкирами. Уцелевшие крестьяне разбрелись по незатронутым набегами местам. Известны только те, кто к 1666 г. проживал в Тагильской слободе. По другим слободам указаний на временно проживающих разоренных крестьян нет, хотя, конечно, таковые там имелись.
Источник публикация Коновалова Юрия Витальевича - История основания Краснопольской слободы.
(Тагильский край в панораме веков. Вып.2. Материалы краеведческой конференции, посвященной 160-летию Нижнетагильского Государственного музея-заповедника горнозаводского дела Среднего Урала. Нижний Тагил, 24-25 апр. 2001 г. Нижний Тагил, 2001. С.163-173.)
События, разворачивавшиеся в южном Зауралье, включая южную часть Верхотурского уезда, в ходе Башкирского восстания 1662—1667 годов.
События, разворачивавшиеся в южном Зауралье, включая южную часть Верхотурского уезда, в ходе Башкирского восстания 1662—1667 годов, получили детальное освещение в статье авторов А.П. Зыкова и И.Л. Маньковой под названием «Рейтарский шлем XVII века из Далматовского Успенского монастыря: К событиям 1662—1667 гг. в Южном Зауралье».
А.П.ЗЫКОВ, И.Л.МАНЬКОВА
РЕЙТАРСКИЙ ШЛЕМ XVII ВЕКА ИЗ ДАЛМАТОВСКОГО УСПЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ:
К СОБЫТИЯМ 1662—1667 гг. В ЮЖНОМ ЗАУРАЛЬЕ.
Зыков А.П., Манькова И.Л.
В сборнике: Новгородская Русь: историческое пространство и культурное наследие. Екатеринбург, 2000. С. 315-322.
Отрывок из публикации: "Рейтарский шлем XVII века из Далматовского Успенского монастыря: к событиям 1662—1667 гг. В Южном Зауралье."
Формирование и обучение тобольских рейтарского и солдатского
полков было прервано в 1662 г., когда в Приуралье и Зауралье началось
грандиозное антирусское движение, поставившее под серьезную угрозу
южные границы Российского государства в этом регионе.
В отечественной историографии, в том числе и в современной, эти
события обычно именуются башкирским восстанием 1662—1664 гг.20
На наш взгляд, восстание башкир было лишь частью скоординированных
действий широкой коалиции антирусских сил, в которой башкиры играли хотя и очень важную, но никак не руководящую роль. Главными
инициаторами войны с Россией и подстрекателями бунта нерусских
народов края, в том числе башкир, были часть калмыцких тайшей и их
вассалы-кучумовичи.
Причиной выступления калмыков стало резкое ужесточение условий русского подданства, до этого достаточно формальных и необременительных. Требования шерти 1661 г. вызвали раскол среди тайшей, антирусски настроенная часть которых объединилась вокруг верховного тайши Дайчина, а оставшиеся верными договорам с Россией — вокруг его сына Мончака. Формальным поводом к разрыву с Москвой стал захват Мончаком и передача астраханскому воеводе внука Дайчина Манжика (Ялбы), совершившего зимой 1661-1662 г. набег на русский Терский городок 21. Летом 1662 г. Дайчин и его зять Аючей спровоцировали восстание башкир Ногайской и Казанской
дорог, а весной — летом 1663 г. они уже дважды лично ходили с большими силами в набеги под Уфу и на Мензелинск. Осенью Дайчин послал к восставшим башкирам, стоявшим под Мензелинском, крупные силы — "калмыков 4000 да нагайских людей"22.
Потомки хана Кучума на протяжении всей первой половины XVII в.
не отказывались от претензий на восстановление Сибирского ханства.
И хотя силы "бродячих царевичей" были ничтожны, а сами они давно
уже стали вассалами калмыцких тайшей, само их имя природных Чингизидов могло стать очень притягательным знаменем для любого выступления против Москвы. И это со всей ясностью проявилось в событиях 1662-1664 гг. Башкиры Сибирской и Осинской дорог подняли восстание под лозунгом перехода в подданство сибирского царевича Кучука, правнука Кучум-хана. "Татаровя уфинские и пышминские и япанчинские и верхотурские ясачные вогуличи руки подали царевичам" и восстали летом — осенью 1662 г. Тайными "ссылками от царевича от Кучумова" объясняются и волнения пелымских вогулов осенью 1662 г., и заговор 1662-1663 гг. обдорского князя Ермака Мамрукова, в который были вовлечены остяки всех волостей Березовского уезда, а также пустоозерская, обдорская и тазовская самоядь 24.
В своих ярлыках, рассылаемых восставшим башкирам, царевич
Кучук прямо подчеркивал свою зависимость от тайши Дайчина, именуя его "отец мой"2 5. Примечательно, что беспрерывные набеги на русские границы царевича Кучука продолжались до самой смерти Дайчина в 1667 г., после чего они были окончательно пресечены тайшей Аблаем, который "взял у него, царевича, аманатов для того, чтоб ... он без его указу воевать никуды не ходил ..."26
Боевые действия в Зауралье начались летом 1662 г. Незадолго до
этого тюменский воевода М.Павлов доносил в Москву, что "на Исете
реке ниже Синару речки стоит колмыков тысячи с две и что намерены
они итти на Исецкой Долматовской монастырь"27. В конце июля отряд
в 400-600 башкир, черемисов и татар совершил набег и осадил Катайский острог и Далматовский монастырь. К этому времени обитель была
укреплена острогом. После разорения окрестных деревень и нескольких неудачных приступов повстанцы отошли. В августе — сентябре
набег был повторен большими силами. Во главе его стоял башкирский
феодал Сары Мергень, приближенный царевича Кучука. Башкиры и
татары разорили русские слободы и деревни по рекам Утке, Нейве,
Пышме, Режу, Нице вплоть до Ирбитской слободы, расположенной в
160 км севернее Далматовского монастыря28.
Русскими властями были приняты явно недостаточные меры для
отражения этих набегов. Так, в августе верхотурский воевода И.Б.Камынин послал в Катайский осрог "для оберегения от воинских людей верхотурских стрельцов 20 человек, а с ними пороху и свинцу"29. Первый крупный отряд был послан лишь в сентябре. Им командовал сын тюменского воеводы И.М.Павлов. Кроме тюменских ратных людей в отряд включили "маеора Улфрика Сниттера с рейтары, которые рейтары в то время присланы были из Тобольска на Тюмень для ученья ..."30
Отряд прошел вдоль Исети до р.Течи, но не встретил повстанцев, уже
успевших отступить к озеру Иртяш.
Обеспокоенное масштабами восстания, правительство царя Алексея Михайловича 29 сентября 1662 г. послало тобольскому воеводе
князю И.А.Хилкову указ "о чинении поисков над башкирцами"31. В
этот период в Зауралье только тобольский воевода располагал достаточными вооруженными силами, в том числе и рейтарским полком —
единственной крупной кавалерийской частью, способной бороться с
татаро-башкирской конницей.
В октябре из Тобольска на Исеть был послан отряд полковника Дмитрия Полуектова, состоявший из рейтар и солдат. Зимой 1662-1663 г. этот
отряд проходил через Далматовский монастырь, где "Дмитрию полковнику, с ратными людми всякое споможение чинили на изменников
башкирцов: всему воинству давали из монастырской житницы всякие
хлебные запасы ... и салдатам пушные шубы и зипуны безденежно, и
вожей на изменников, старца со служебники, посылали"32. С проводником, старцем Никоном, отряд Д.Полуектова совершил рейд вглубь
башкирской территории до озера Иртяш, где "бои... з башкирцы были,
и языков и плену взяли много..."33. Впрочем, значительная часть башкир успела отступить, а организовать их преследование не удалось,"потому что в степи укинули снеги большие"34.
Зимой — весной 1663 г. Д.Полуектов не предпринимал никаких активных действий, очевидно, следуя инструкциям тобольского воеводы. В отписке в Сибирский приказ от 26 марта 1663 г. князь И.А.Хилков сообщал, что решил воздержаться от похода в степь на кучумовичей, т.к. "тот царевич Кучук с вашими государевыми прежними изменники кочует в степи в дальних местах по Лику реке"35. Воевода рассчитывал погасить конфликт путем переговоров с повстанцами. Отряд Д.Полуектова был расквартирован мелкими гарнизонами по зауральским слободам, какое-то количество солдат было оставлено и в Далматовском монастыре.
В этот период рейтары и другие русские ратные люди были заняты
карательными операциями против принявших участие в восстании сибирских татар. Воеводская переписка этого времени сообщает, что "рейтарского строю Иван Коряков с товарищи ясашных татар на полях пытали и з детми убили до смерти..." и что "райтарского и салдатского строю ... многих туринских ясашных татар побили и с юрт согнали ...
Боевые действия вновь начались в конце июня — начале июля 1663г.
"Воевать государевы слободы и остроги" пришло большое войско ("человек с 1000 и больши") татар царевича Кучука и башкир Урасланбека Бактыева (Баккина). Эпицентром военных действий стала Невьянская волость. Были разорены село Покровское Невьянского монастыря, деревни вокруг Арамашевской слободы и осаждена сама слобода.
Из Невьянского острога на помощь осажденным был выслан "маеор Ольфер Иванов с райтары и капитан Макарей Галасеин с солдаты".
Но малочисленный русский отряд, которому были "те изменники не в
силу", попал в окружение. Положение спас своевременный подход полковника Д.Полуектова с крупными силами рейтар и солдат. После нескольких мелких стычек татаро-башкирская конница отступила южнее реки Реж.
Во второй половине июля — сентябре русские власти никаких
действий против мятежников по-прежнему не предпринимали. Отряд Д.Полуектова, конница которого была ослаблена падежом лошадей, вновь был расквартирован по слободам на реках Реж и Нице,
сам полковник расположился в Киргинской слободе. Инструкции
тобольского воеводы "в степь на изменников на дальние их кочевья
... государевым ратным людям ходить не велели, для того что у многих рейтар и всяких чинов служилых конных людей лошади попадали" 3 7. Таким образом, поселения на Исетском рубеже, в том числе и Далматовский монастырь, оказались без дополнительной защиты и вынуждены были сами предпринимать меры безопасности.
В конце июня 1663 г. по поручению старца Далмата монах Лот совершил дерзкую разведку "в степь для проведывания воровских людей". Он "имал с собою" трех солдат (очевидно, оставленных в гарнизоне монастыря из отряда Д. Полуектова. — АЗ., И.Л.) и монастырских людей "человек с пятьдесят с ружем", и они ходили "вверх по Исете реке под Камень ден с десять ...", после чего без боя вернулись в обитель38 .
Противник не замедлил воспользоваться пассивностью русских. В
начале октября в русские владения прорвались крупные силы татар и
башкир, которые стремительно продвигались к слободам, расположенным на реке Нице. Навстречу им из Киргинской слободы выступил Д .Полуектов с рейтарами. В 15-20 км южнее ее, близ д.Зверевой на реке Березовке, 9 октября 1663 г. произошел бой, в котором "государевы ратные
люди не устояли, потому что тех изменников приходило на ... государевы слободы многие люди..." Смятые конницей противника русские рейтары понесли большие потери. Д.Полуектов получил три ранения. После боя, разорив окрестности русских слобод, мятежники отступили в
степь. Раненный Д.Полуектов был отозван в Тобольск, а его временно
заменил рейтарский подполковник Василий Бланк (Бланка, Планка).
Зима 1663-1664 г. прошла в оживленной переписке между Тобольском и Москвой. Воевода И.А.Хилков, ссылаясь на мнения опытных
служилых людей, просил разрешения на организацию весеннего похода на мятежников, чтобы предотвратить новые набеги: "...а только де
... на их кочевья на весне по пластам не послать — и от тех де изменников вперед на ... слободы и остроги чаять приходу и над слободами
великого разоренья"39.
14 марта 1664 г. крупный отряд под командованием оправившегося от ран полковника Д.Полуектова двинулся в степь. В верховьях реки
Миасс у озера Чарги русские напали на кочевья зауральских башкир.
В бою был убит их предводитель Урасланбек, а также "побили боевого люду человек со 100, опричь жен и детей..." и захватили 9 "языков".
"Башкирцы, которые после погрому остались, убежали за Камень к
речке Аю на старые свои жилища". Кучумовичи, кочевавшие в это время в верховьях реки Уй, узнав о разгроме башкир Урасланбека, отошли еще южнее — к реке Яику40.
В административной переписке о событиях 1662-1664 гг. нашло отражение только разорение деревень Далматовского монастыря 1662 г.
Однако в челобитных более позднего времени монахи, описывая свои
бедствия, отмечали, что "в 7170 (1662), 7171 (1662/63), 7172 (1663/64)
годех приходил на нас... царевич сибирский войною с изменники, башкирцы, дважды сам, а в третие татар посылал и великое разорение нам
... учинил..."41.
Это свидетельство не лишено оснований. К лету 1664 г. восстание
башкир, в том числе и Сибирской дороги, фактически прекратилось.
Но продолжались еще волнения сибирских ясачных татар. Не сложили
оружие и кучумовичи. Летом крупный набег совершил царевич Асан,
сын Девлет-Гирея, троюродный брат Кучука. Основные боевые действия развернулись близ Невьянского монастыря, где русские рейтары
и ратные люди под командованием подполковника Видима Филиппа
Фальзенца (Вилима Филиппова) разбили татар царевича Асана42. Летом 1665 г. набег возглавил царевич Кучук. Татары дошли до Киргинской слободы, но были отбиты войсками под командованием Д.Полуектова. В 1666 г. русские власти ожидали набег Кучука на Тюменский
уезд. Наконец, в августе 1667 г. царевич Кучук совершил разорительный набег на Тарский уезд. В этом же году кучумовичи тревожили мелкими набегами и Исетский рубеж, где находились рейтары под командованием майора Ивана Волкова43.
Осенью 1667 г. от перебежчиков-башкир русские власти получили
сведения, что калмыцкий тайша Аблай, новый сюзерен царевича Кучука, запретил своему вассалу воевать44. Боевые действия в Зауралье
прекратились. Потомки хана Кучума уже больше никогда не тревожили границ русских владений и навсегда сошли с исторической сцены.
Вскоре основная часть тобольских рейтар и солдат отряда Д.Полуектова была отозвана с Исетского рубежа и из зауральских слобод45.
Рейтарский полк был фактически распущен. Это было связано с нововведениями нового тобольского воеводы стольника П.И.Годунова.
"Высматривая, в чем бы великим государям учинить в Сибири прибыль", он решил построить "засеки, вал и острожки" от Катайского
острога до реки Тобола, чтобы обезопасить слободы на случай новых
набегов, а вместо рейтар и солдат "устроить драгунов" и поселить их
не в пашенных слободах (что вызывало неудовольство крестьян), а отдельно — около новых "крепостей". Оклад у драгун был меньше, чем у
рейтар, что, по мнению П.И.Годунова, давало существенную экономию казенных средств.
В связи с этим был сформирован драгунский полк (1200 человек). В
Тобольске осталось только 2 рейтарских роты по 120 человек и по "полуроте" в Тюмени и Таре46. Вероятно, не последнюю роль в решении
переформировать большую часть рейтарских рот в драгунские имел и
опыт боевых действий 1662-1667 гг. Применение тяжелой кавалерии
против легкой татаро-башкирской конницы не оправдало себя.
По-разному сложилась дальнейшая служебная карьера начальных
людей, присланных в 1660/61 г. для создания рейтарского полка. Так,
"айтарского (рейтарского. —А.З., И.М.) строю полуполковник" Иван
Стефанович Волков был назначен приказчиком в Шадринскую слободу. 14 марта 1671 г. он "приложил за вклад" в Далматовский монастырь жеребца. Это давало ему право в любое время поселиться в монастыре и быть на его содержании. Но в 1671/72 г. И.Волков скончался, завещав похоронить его в обители и поминать "себя отдатчей" иконы, трех лошадей, различной посуды, пупчатого кафтана под желтым атласом и двух скатертей47. В более поздних документах рейтары на Исетском рубеже уже не упоминаются. Единственным родом конницы здесь были беломестные казаки и драгуны.
Таким образом, наиболее вероятным временем появления рейтарского шлема западноевропейского типа в Далматовском Успенском
монастыре нам представляется период пребывания на Исети тобольских рейтар из отряда полковника Д.Полуектова, т.е. 1662-1667 гг. Обращают на себя внимание повреждения на шлеме — следы трех сабельных ударов, один из которых привел к прорубу тульи и, очевидно, к серьезному ранению владельца в левую височную кость. Эти повреждения как нельзя более соответствуют характеру степного конного боя.
И именно в центре таких больших и малых боев с участием русских рейтар и оказалась Далматовская обитель в период войны 1662-1667 гг. В
это время Исетский Успенский монастырь был и форпостом, который
первым принимал удары с юга, откуда приходили первые сообщения о
продвижении противника, и перевалочной базой во время походов в
Южное Зауралье, где можно было пополнить запасы, оставить раненных. Подполковник И.С.Волков был не единственным тобольским рейтаром, нашедшим здесь свое последнее успокоение. Возможно, казенный шлем убитого или увечного русского воина стал его вкладом на
помин души в Исетский монастырь и долгое время хранился в арсенале монастыря-крепости.
Когда же шлем и кольчуга стали монастырскими реликвиями? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к истории формирования культа праведного Далмата.
Выражаю искреннюю благодарность Юрию Витальевичу Коновалову и Ирине Леонидовне Маньковой за предоставленное разрешение на публикацию материала. Особую признательность выражаю также за систематическое консультирование меня по вопросам изучения истории заселения Урала и Сибири в XVII–XVIII веках.