Древнерусская пословица гласит: "Хочешь сделать хорошо, сделай сама". Уже не раз я убеждалась, что если желаешь четкого путешествия без косяков, не надо ни к кому обращаться ни прямо, ни косвенно. Но была ночь, Дели, трасса. Я ждала автобус.
Автобусы в Индии в основном останавливаются рандомно, кто где хочет: на эстакаде, у обочины, за полкилометра от написанной точки посадки. Некоторые вообще не останавливаются. Чувак орет из дверей маршрут, остальные бегут и запрыгивают.
Я хотела точно знать, в какую локацию приедет автобус. До сантиметра. Попросила людей, которые куковали тут же на трассе, позвонить в поддержку, указанную на билете, и спросить на хинди, как все будет. И вот после звонка поступает такая информация:
- Ваш автобус Сахара заменили на Махарани, но все нормально, это бывает, он подъедет.
Ну нормально, так нормально, все равно вариантов уже нет других ночью на трассе. Подъезжает "Махарани" я показываю билет, меня пускают. Сажусь, еду, но интуиция шепчет: что-то тут не то. Хотя по виду все ок. Автобус движется дальше на окраины Дели. У этого города и центр-то не для нежных, а уж тут тьма, одиночество, трущобы, бродячие псы. Газеты летают кинематографично.
Заходят люди, раз, другой, на каждой остановке идет какая-то суета и разборка на хинди, но меня никто не трогает. При этом с каждым заходом новеньких суета нарастает. Но меня как-то обходит стороной. В конце концов, суета достигает пика, у кого-то кончается терпение и меня прямо спрашивают:
- Какое у вас место по билету?
Я робко говорю:
-18.
Кондуктор сразу начинает звонить куда-то, все орут. Я понимаю: что-то пошло не так. Кругом ночь и пригороды.
Пытаюсь выяснить, в чем проблема, но кондуктор не говорит по-английски. Он долго разбирается с техподдержкой, потом дает мне трубку, там ничего особо не понятно, т.к. мне желательно видеть человека, чтоб понимать английский. Но суть я, уловила: считается, что я не в том автобусе.
Т.е. Махарани не в курсе, что ею заменили Сахару. Из-за этого все сбилось, кому-то не хватает места (на нем я).
Мне реально страшно. Особенно от видов за окном. Кондуктор продолжает разбираться по телефону, но концов уже не сыщешь. И раз он ни слова по английски, что-то доказать, объяснить невозможно. Понятно, что надо платить второй раз и ехать.
На стоянке я предлагаю деньги, кондуктор не понимает. Наконец, прошу ближайшего паренька перевести и плачу за билет (повторно). Уже все равно лишь бы спокойно доехать.
Со мной рядом едет женщина с ребзей. Ребзе годика 4, т.е. он довольно крупный уже, едет у мамы на руках. Ночью очень холодно, в зимних сапогах, в пуховике и под под пледом зубы стучат. Мама и ребзя засыпают, спим уже все вповалку, я на половинке кресла, ребзя и женщина. (В штате, куда мы едем запрещены автобусы с полками - слиперы, только сидения). Спящий ребзя в скользкой куртке сползает под сидение, приходится держать его. Короче, черти что.