1. Сторонники и противники Бориса Годунова
В 1598 г. умер царь Фёдор Иоаннович. Для Бориса Годунова это был опасный момент– ведь все его положение держалось на его родстве с супругой Федора. Напомним — Ирина Годунова, сестра Бориса, в 1575 г. стала женой Фёдора Иоанновича.
Впрочем, это должно было рано или поздно произойти Фёдор был слаб здоровьем. Борис Годунов это понимал и готовился к этому событию.
Давайте вспомним, кто поддерживал Бориса Годунова в этот момент:
Во-первых, это был патриарх всея Руси Иов, который был безмерно благодарен Годунову, ведь благодаря именно его усилием Иов вообще стал патриархом.
Во-вторых, это значительная часть дворянства, среди которых было много людей выдвинувшихся так же, как когда-то сам Годунов – в годы опричнины, либо через служебную карьеру.
В-третьих, это были широкие массы простолюдинов, которым вот уже девять лет РПЦ рассказывала, какой замечательный Борис Годунов.
А кто же был против него?
Основной враг Годунова - «породистое боярство», ведь для них Годунов был наглым выскочкой, волею случая выдвинувшиеся благодаря опричнине, и которого давно было пора поставить на свое место.
Но тут есть оговорки. Например, Василий Шуйский явно относился к категории «пордистых», так-то Рюрикович по линии брата Александра Невского. Но после неудачной попытки скинуть Годунова в 1586 г. (о ней читайте в части 1 «Годуновского цикла»), Василий Шуйский «поджал хвост» и в дальнейшем был верным приверженцем Годунова вплоть до смерти последнего.
Да и с РПЦ тоже ситуация непростая, ведь высшие церковные иерархи - это тоже не абы кто, это, как правило, всё те же породистые бояре.
В общем, далеко не все в Московском царстве спали и видели, как Годунов станет царем.
При этом бояре Годунова к этому времени уже откровенно боялись - помнили и его опричное прошлое, и его победу над Головиным, и над «партией развода» (многие из которой потом как-то подозрительно быстро умерли), и загадочную смерть Дмитрия Углицкого…
Бояре Годунова не любили, но из-за страха открыто выступить против него из них никто не решался.
2. Роль Ирины Годуновой в воцарении Бориса
Итак, январь 1598 г., Федор Иоаннович умер. Завещания он не оставил… но Годунов, на правах наиболее доверенного лица, сразу же заявил о том, что Фёдор завещал свой престол супруге Ирине.
В условиях «бесцарствия» продолжает работу Боярская дума, на которой присутствует вдовствующая царица Ирина, и заявляет: «я править не буду, это не правильно, созывайте Земский собор, на нём решайте, кому отдать престол».
Обратите внимание - да, она отреклась. Смиренно, как бы уважая политические традиции… но перед этим она успела вставить, важные слова, которые проложат дорогу к царскому престолу для Годунова - земский собор.
Напомним, что такое земский собор. Это изобретение времён Ивана Грозного, своеобразное «общерусское собрание». Ключевым отличием земского собора от боярской думы был его сословно-представительный характер.
На земские соборы приглашались не только представители высшего боярства, но также и служилое дворянство, духовенство, представители разных городов, а ситуативно - черносошное (лично свободное) крестьянство. Т.е., условно говоря, представители всего Московского государства.
Земские соборы не имели права ограничивать царскую власть, но они ей придавали народно-церковную поддержку (собственно, идея соборов взята из соборов христианских церквей).
Одно дело, когда закон принял царь, а другое, когда этот же закон был еще и поддержан Земским собором - получается как бы «мы все вместе приняли закон». Очень удобно.
Но земские соборы никогда раньше не работали без царей - и вот в этом заслуга Ирины Годуновой (идея, вероятно, не её, но всё же). Она, будучи «и.о. царя» предложила наделить земский собор новой прерогативой - выбирать царей в случае пресечения династии.
3. Притворство Годунова. Решение земского собора.
А теперь отдаем должное актерским талантам Бориса Годунова. Он, после смерти Фёдора, заявляет о том, что царствовать не будет и перебирается в монастырь (собственно, вместе с сестрой). Амбициозный, хитрый и коварный политик заявляет об уходе в монастырь… хм-м. Есть ощущение, что что-то тут не чисто?
Естественно, это была чёткая стратегия и притворство. Годунов понимал, что если он открыто заявит свои претензии на престол - у всех его противников появятся железобетонные аргументы в пользу виновности Годунова во всех странных смертях. Дескать, вот зачем Годунов подстроил смерть Дмитрия Углицкого - сам царём стать захотел.
А так получалось, что Годунов собирается в монастырь, власти не хочет - значит, у него не было мотивов никого убивать. Годунов знал, что его всё равно на престол позовут…
В феврале 1598 г. начинает работу земский собор. Пользуясь своим авторитетом, первым слово берёт патриарх РПЦ Иов. А мы помним, что именно усилиями Годунова Иов вообще стал патриархом, первым в русской истории.
Иов произносит речь, суть которой такова «нам всем надо идти в монастырь, в котором сидит Годунов и слёзно умолять его встать царем».
Нужно отметить, чтоб перед началом работы земского собора, Иов организовал собор церковный, где высшие чины русской православной церкви приняли решение о том, что царем должен быть Борис Годунов.
Иова на земском соборе поддержали, земский собор вынес решение просить Бориса Годунова стать царём. Формально Борис Годунов был в одном шаге от царского винца венца.
Нет, для вида, конечно, Годунов ещё немного ерипенился, на что Иов… пригрозил Годунову отречением от церкви. Ну и, как говорится, «уломали». Упросили Годунова (еще и сестра вмешалась, которая устала от непрекращающегося крестного хода под окнами монастыря).
4. Противодействие боярской думы. Финальный аккорд Годунова
Годунов выбрался из монастыря, венчался на царство в полном соответствии с обрядами предшественников… вроде бы все хорошо.
Но оставался последний барьер - боярская дума. Выступить открыто против Боярская дума не могла - это был бы явно антинародный шаг.
Но боярская дума могла затягивать обсуждение, дескать «ну мы как-то быстро все решили… ну надо посидеть, поговорить, обкашлять всё».
Казалось, что так «сидеть-тупить» можно до бесконечности. Когда от них стали требовать конкретики, боярская дума выдвинула «альтернативного кандидата» - Симеона Бекбулатовича.
Сам по себе аргумент был весомый. Дело в том, что Иван Грозный действительно, как то раз «ради хохмы» на один год (сентябрь 1575 - октябрь 1576) отказался от царского трона, посадил вместо себя этого Симеона. Потом, через год Иван Грозный вернулся как ни в чём не бывало, оставив современников и историков с удивленными лицами и вопросом «а что это было» (надо сказать, что эту историю действительно непросто адекватно объяснить, считается, что Грозный это сделал ради изъятия части церковного имущества от чужого имени). Ни до ни после Ивана Грозного таких приколов в истории России никто больше не «отмачивал».
Симеон Бекбулатович в 1598 г. был жив и ситуация получалась щекотливой - в противовес Годунову, боярская дума выбрала «бывшего царя». Реально править Симеон бы не смог - он был стар, слеп и немощен. Боярам он нужен был исключительно как формальный предлог не присягать на верность Годунову.
Тогда Годунов придумал потрясающий ход: «Крымцы нападают! Тревога! В ружьё!».
Это означало, что надо формировать полки, и назначать воевод, в том числе и самых главных. Это всегда было прерогативой царя.
Т.е., у бояр был выбор - продолжать противостоять Годунову, и рисковать быть обвиненными в измене, а кроме того, потерять посты в армии… либо, скрепя сердце, явится в армию, признав власть Годунова.
Надо понимать, что в это время в армии действовала система местничества - должности распределялись по знатности рода, а также по послужному списку родителей.
Для Московского царства XVI-XVII вв. было нормой, что командующим армией назначается сын предыдущего командующего армией. Да, аргумент «меня сделали генералом, потому что мой папа был генерал» для Москвы той эпохи звучал вполне серьёзно и убедительно.
А это значит, что если сейчас бояре не явятся на службу, то они не только сами потеряют важные должности в армии и системе управления государством, но ещё и их дети с высокой долей вероятности уже никогда «элитой общества» не будут. «Поруха роду» получается.
На боярство это подействовала безотказно - они ломанулись к Годунову «забивать» свои прежние должности, ввиду чего они были вынуждены присягнуть Годунову на верность. На всякий случай, Годунов присягу от бояр принимал в церкви - чтобы свести с минимуму вероятность внезапного нападения.
А потом… ошибочка вышла, из Крыма действительно прибыли люди, но это не войско, а послы. Эээ… упс. Но присяга уже принята, должности уже распределены, уже поздно было «сдавать назад» и начинать заново интриговать против Годунова.
В общем, более полугода тянулась вся эта история. И только 1 августа 1598 г. была подписана царская грамота об избрании Бориса Годунова на царство.
Исторический момент - Борису Годунову первому в истории Московского государства удалось официально сменить правящую династию. Ну а к чему это привело - об этом в следующий раз.
Спасибо за внимание! А вы как считаете, достоин ли Годунов был трона? А может, лучше бы было, если бы он в самом деле остался в монастыре…