— Таня, покажи чеки. Хочу посмотреть, на что ты вчера потратила девять тысяч.
Муж Андрей стоял на кухне, протягивал руку. Я мыла посуду, вытерла руки, достала из сумки чеки.
Он пересчитал, нахмурился.
— Кофе за четыреста рублей? Таня, это расточительство. Дома можно было сварить.
Я кивнула, убрала чеки обратно.
Андрей работал менеджером среднего звена, зарабатывал шестьдесят тысяч. Я работала руководителем отдела продаж, зарабатывала сто сорок тысяч.
Мы жили на мою зарплату. Андрей свою откладывал на "будущее", как он говорил. На какое будущее — не уточнял.
Полгода назад он начал просить отчёты. Каждую покупку, каждый чек. Говорил, что надо контролировать траты, экономить, копить на квартиру.
Я показывала чеки, молчала.
Свекровь Людмила приезжала раз в неделю. Садилась на кухне, смотрела, как я готовлю ужин, и комментировала.
— Таня, ты опять купила дорогую рыбу? Можно было взять подешевле.
Я резала овощи, кивала.
— Таня, эти сапоги новые? Сколько стоили?
Я называла цену. Людмила качала головой.
— Двенадцать тысяч за сапоги. Расточительность. Андрей правильно делает, что контролирует твои траты.
Я ставила сковородку на плиту, молчала.
Через месяц Андрей установил на мой телефон приложение для учёта расходов. Сказал, что теперь я должна вносить туда каждую покупку с категорией и чеком.
Я кивнула, установила приложение.
Вечером вносила данные: продукты — три тысячи, бензин — две тысячи, кофе — четыреста, аптека — пятьсот.
Андрей вечерами проверял приложение, задавал вопросы.
— Таня, зачем ты купила крем для лица за две тысячи? Есть же дешевле.
Я объясняла, что у меня аллергия на дешёвые кремы.
Он вздыхал.
— Надо экономить. Мы же копим на квартиру.
Я спрашивала, сколько уже накопили. Андрей отвечал уклончиво: "Пока мало, надо больше откладывать."
Его зарплата уходила на его личные расходы — машина, одежда, гаджеты. Моя зарплата шла на продукты, коммуналку, его родителей, совместные траты.
Я молчала, вносила данные в приложение.
Через два месяца я пришла в банк, открыла второй счёт. На своё имя, без доступа Андрея.
В тот же день попросила бухгалтерию переводить часть зарплаты на новый счёт. Сорок тысяч на старую карту, которую видел Андрей, сто тысяч на новую.
Бухгалтер кивнула, оформила заявление.
С этого дня я показывала Андрею выписку со старого счёта. Сорок тысяч приходили, расходились на продукты, коммуналку, мелкие траты.
Андрей смотрел выписку, кивал удовлетворённо.
— Таня, вот видишь, контроль работает. Ты стала меньше тратить.
Я кивала, убирала телефон.
На новый счёт капала зарплата — сто тысяч в месяц. Я не трогала деньги, только смотрела, как растёт сумма.
Прошло три месяца. Людмила снова приехала, но теперь с конкретным предложением.
— Таня, у Андрея день рождения через месяц. Давай организуем банкет. Человек на пятьдесят, в ресторане. Ты же зарабатываешь хорошо, потянешь.
Я наливала чай, смотрела на неё.
— Людмила, банкет на пятьдесят человек — это тысяч двести минимум.
Она махнула рукой.
— Таня, ну это же муж. Раз в году день рождения. Не жалко же.
Я допила чай.
— Подумаю.
Вечером Андрей поднял тему.
— Тань, мама права. Давай сделаем нормальный праздник. Я хочу пригласить коллег, друзей, родственников.
Я сидела на диване, смотрела в окно.
— Андрей, двести тысяч — это половина моей зарплаты.
Он сел рядом.
— Тань, но мы же копим. У тебя должно быть накоплено прилично.
Я повернулась к нему.
— У меня накоплено на свои нужды. Банкет — это совместные траты. Давай пополам. Сто тысяч я, сто ты.
Андрей нахмурился.
— Тань, у меня отложено на квартиру. Я не могу трогать накопления.
Я встала.
— Тогда и банкета не будет.
Он вскочил.
— Таня, ты что, жадничаешь? Это же мой день рождения!
Я пошла в спальню.
— Андрей, если хочешь банкет за двести тысяч, оплати его сам. Или попроси маму.
Он пошёл за мной.
— Таня, у мамы нет таких денег! И я не могу трогать накопления! Ты же зарабатываешь больше!
Я обернулась.
— Андрей, я зарабатываю больше, и ты уже три года живёшь на мою зарплату. Продукты, коммуналка, твои родители — всё из моего кармана. Твоя зарплата уходит тебе на личные траты. Теперь ты ещё хочешь банкет за мой счёт?
Он побледнел.
— Таня, мы же семья. Что моё, что твоё — всё общее.
Я легла на кровать, отвернулась к стене.
— Общее — это когда оба вкладываются. А у нас вкладываюсь только я.
Утром Андрей уехал на работу, не попрощавшись.
Я перевела ещё со счёта десять тысяч на новый. Накоплений стало триста двадцать тысяч.
Через неделю Людмила приехала снова. С ней пришла сестра Андрея Марина и его двоюродная сестра Оксана.
Они сели за стол, посмотрели на меня строго.
Людмила начала:
— Таня, мы тут посоветовались. Банкет нужен. Андрей заслужил нормальный праздник. Ты должна организовать.
Марина кивнула.
— Таня, ты же жена. Это твоя обязанность — делать мужу приятное.
Оксана добавила:
— Мы уже нашли ресторан. Двести двадцать тысяч за всё. Меню, алкоголь, музыка. Надо внести предоплату — сто тысяч.
Я мыла посуду, слушала молча.
Людмила положила на стол листок с реквизитами ресторана.
— Таня, переведи предоплату сегодня. А то место забронируют другие.
Я вытерла руки, взяла листок, посмотрела.
— Хорошо.
Людмила просияла.
— Вот и умница. Андрей обрадуется.
Я убрала листок в ящик стола.
Вечером Андрей вернулся домой, обнял меня.
— Тань, мама сказала, ты согласилась на банкет. Спасибо, родная.
Я кивнула, продолжила готовить ужин.
Он сел за стол, достал телефон.
— Тань, покажи приложение. Хочу посмотреть, сколько ты потратила за неделю.
Я показала. Андрей пролистал, кивнул удовлетворённо.
— Молодец. Контролируешь траты. Вот так и копятся деньги.
Я поставила тарелки на стол, села напротив.
— Андрей, а сколько ты накопил на квартиру?
Он жевал, не поднимая глаз.
— Достаточно. Скоро начнём смотреть варианты.
Я положила вилку.
— Покажи выписку.
Он поднял голову, нахмурился.
— Зачем?
Я спокойно посмотрела на него.
— Ты три года смотришь мои выписки. Хочу посмотреть твои.
Андрей отодвинул тарелку.
— Таня, это мой счёт. Мои накопления.
Я встала, убрала посуду.
— Понятно.
Он встал, подошёл ко мне.
— Тань, ну зачем тебе? Главное, что я коплю. На нашу квартиру.
Я включила воду, начала мыть посуду.
— Андрей, если не покажешь выписку, банкет отменяется.
Он схватил меня за руку.
— Таня, при чём тут банкет?!
Я высвободила руку.
— При том, что я плачу двести тысяч на твой праздник, а ты не можешь показать, на что тратишь свою зарплату три года.
Андрей побледнел, вышел из кухни, хлопнув дверью.
Я достала телефон, открыла новый счёт. Триста двадцать тысяч. Ещё месяц — и будет четыреста двадцать.
На следующий день Людмила позвонила, голос встревоженный.
— Таня, ты предоплату внесла?
Я сидела на работе, смотрела в компьютер.
— Нет.
Людмила ахнула.
— Как нет?! Таня, место же забронируют!
Я открыла документ, продолжила работать.
— Людмила, Андрей не хочет показать выписку со счёта. Пока не покажет — банкета не будет.
Она помолчала.
— Таня, это шантаж.
Я усмехнулась.
— Нет, Людмила. Это честность. Я три года показываю ему каждый чек. Теперь его очередь.
Она положила трубку.
Вечером Андрей пришёл домой мрачный. Сел за стол, достал телефон, открыл банковское приложение. Протянул мне.
— На. Смотри.
Я взяла телефон, посмотрела выписку.
Баланс — тридцать две тысячи рублей.
Я пролистала операции. Рестораны, одежда, гаджеты, заправки, бары, подарки друзьям. За три года накоплений — ноль.
Я отдала телефон, посмотрела на Андрея.
— Тридцать две тысячи. За три года.
Он отвернулся.
— Ну да. У меня расходы были. Машина, одежда, надо же нормально выглядеть.
Я встала, налила воды, выпила.
— Андрей, ты три года говорил, что копишь на квартиру. Три года смотрел мои чеки, требовал экономить. А сам не накопил ничего.
Он вскочил, голос дрожал.
— Таня, ну у меня же зарплата меньше! Мне надо на себя тратить! Я не могу ходить в дешёвом!
Я поставила стакан.
— А я могу?
Он замолчал.
Я достала свой телефон, открыла новый счёт, показала.
— Триста двадцать тысяч. Накопила за три месяца. На отдельном счёте, о котором ты не знал.
Андрей схватил телефон, посмотрел, побледнел.
— Таня... У тебя второй счёт?
Я забрала телефон.
— Да. Открыла, когда ты установил приложение для контроля. Теперь часть зарплаты идёт туда.
Он сел, закрыл лицо руками.
— Таня, ты обманывала меня?
Я посмотрела на него холодно.
— Нет, Андрей. Я перестала позволять тебе контролировать каждую мою покупку, пока сам тратишь всё на себя.
Он поднял голову, глаза красные.
— Таня, но банкет? Ты же согласилась?
Я села напротив.
— Согласилась. Вот условия: сто десять тысяч платишь ты, сто десять я. Пополам.
Он вскочил.
— Таня, у меня нет ста десяти тысяч! Ты же видела выписку!
Я кивнула.
— Видела. Значит, банкета не будет.
Андрей схватился за голову.
— Таня, мама уже всех пригласила! Пятьдесят человек! Что я им скажу?!
Я встала, пошла в спальню.
— Скажи правду. Что ты три года тратил зарплату на себя, требовал от жены отчёты за каждый кофе, а теперь не можешь оплатить половину своего праздника.
Он побежал за мной.
— Таня, ну давай ты оплатишь, а я потом верну!
Я обернулась.
— Андрей, ты не вернёшь. Ты никогда не возвращал. Три года я оплачивала всё, а ты копил на "будущее", которое так и не наступило.
Он стоял в дверях, смотрел на меня.
— Таня, что мне делать?
Я легла на кровать.
— Отменяй банкет. Или займи у мамы, раз она так хотела этот праздник.
Утром Андрей уехал на работу, не попрощавшись. Через час позвонила Людмила, голос злой.
— Таня, Андрей всё рассказал. Ты что, совсем жадная? У тебя триста тысяч лежит, а мужу на день рождения не даёшь!
Я сидела на работе, допивала кофе.
— Людмила, у Андрея тридцать две тысячи после трёх лет "накоплений". Пусть добавит их к вашим деньгам и сделает банкет на эту сумму.
Она задохнулась от возмущения.
— Таня, это унижение! Что люди скажут?!
Я положила трубку.
Вечером Андрей вернулся с мамой, Мариной и Оксаной. Они зашли в квартиру, сели на кухне, посмотрели на меня.
Людмила положила руки на стол.
— Таня, мы пришли решить вопрос. Банкет состоится. Ты переведёшь двести двадцать тысяч сегодня.
Я резала овощи для салата, не оборачивалась.
— Нет.
Марина встала.
— Таня, ты обязана! Ты жена!
Я повернулась, посмотрела на неё.
— Марина, я жена, которая три года содержит мужа. Продукты, коммуналка, ваши подарки на праздники — всё моё. Андрей тратит зарплату на себя. Теперь хотите, чтобы я ещё и банкет оплатила.
Оксана вмешалась:
— Таня, но у тебя же есть деньги! Триста тысяч!
Я кивнула.
— Есть. Мои деньги. Накопленные за три месяца. Андрей за три года накопил тридцать две тысячи.
Людмила вскочила.
— Таня, при чём тут накопления Андрея?! Ты зарабатываешь больше, значит, должна больше вкладывать!
Я положила нож.
— Людмила, я три года вкладываю больше. Всё это время живу на треть зарплаты, а Андрей показывает мне каждый чек и требует отчёты. При этом сам тратит всё на машину, одежду, гаджеты. Хватит.
Андрей сидел молча, смотрел в пол.
Людмила подошла ко мне, голос стал громким.
— Таня, если не оплатишь банкет, я всем родственникам расскажу, какая ты жадная!
Я посмотрела на неё спокойно.
— Расскажите. Заодно расскажите, что ваш сын три года не вкладывался в семью ни копейки, а теперь требует от жены двести тысяч на праздник.
Марина схватила меня за руку.
— Таня, ну неужели тебе не жалко мужа?!
Я высвободила руку.
— Жалко. Но не настолько, чтобы дальше позволять ему жить за мой счёт.
Оксана достала телефон.
— Я сейчас всем в семейный чат напишу, что Таня отказалась оплачивать банкет мужу. Пусть все знают, кто ты.
Я кивнула.
— Пишите. Только добавьте, что Андрей три года контролировал мои расходы через приложение, требовал чеки на каждый кофе, говорил, что копит на квартиру, а сам потратил всю зарплату на себя.
Оксана опустила телефон.
Людмила посмотрела на сына.
— Андрей, это правда? Ты правда не накопил ничего?
Андрей поднял голову, голос тихий.
— Мам, ну у меня расходы были...
Она села, закрыла лицо руками.
Марина посмотрела на меня с ненавистью.
— Таня, ты разрушила семью.
Я вернулась к нарезке овощей.
— Нет, Марина. Я просто перестала быть банкоматом.
Они ушли, хлопнув дверью. Андрей остался, сидел на кухне молча.
Я доготовила ужин, поставила тарелку перед ним.
— Ешь.
Он не притронулся к еде.
— Таня, что теперь будет?
Я села напротив, начала есть.
— Теперь будет по-честному. Общие расходы делим пополам. Продукты, коммуналка, всё остальное — пятьдесят на пятьдесят. Свои накопления каждый хранит на своём счёте.
Андрей поднял глаза.
— А банкет?
Я допила чай.
— Отменяй. Или собирай деньги сам.
Он встал, ушёл в комнату.
Банкет отменили за неделю до дня рождения. Людмила обзвонила всех родственников, сказала, что праздник не состоится по "семейным обстоятельствам".
Андрей неделю ходил мрачный, со мной не разговаривал.
Приложение для контроля расходов я удалила. Чеки больше не показывала.
Новый счёт оставила. Туда приходит сто тысяч в месяц. Андрей об этом знает, но доступа не имеет.
Общие расходы мы теперь делим поровну. Каждый скидывается на продукты, коммуналку, бытовые траты.
Андрей первый месяц жаловался, что ему не хватает на личные расходы. Я молчала.
На второй месяц он начал считать, куда уходит его зарплата. На третий месяц накопил десять тысяч. На четвёртый — пятнадцать.
Я не спрашиваю, сколько у него на счёте. Он не спрашивает, сколько у меня.
Каждый живёт на свою зарплату и вкладывается в семью поровну.
И когда вечером Андрей смотрит на меня с вопросом "а может, всё-таки сделаем небольшой праздник на мои деньги?", я киваю и говорю: "Конечно, на твои", потому что фраза "покажи чеки" больше не звучит в нашем доме, второй счёт, о котором он теперь знает, но не контролирует, хранит четыреста двадцать тысяч рублей, накопленных за четыре месяца, а приложение для учёта расходов удалено с моего телефона навсегда, и триста двадцать тысяч, которые я показала в тот вечер, стали границей между "ты должна отчитываться" и "теперь каждый отвечает за свои деньги", и вопрос свекрови "что люди скажут про отменённый банкет" растворился в молчании семейного чата, куда Оксана так и не написала гневное сообщение, потому что правда про тридцать две тысячи накоплений за три года оказалась сильнее, чем обвинения в жадности.
Понимаете, что произошло после этого?
Людмила перестала приезжать каждую неделю и теперь звонит редко, холодно интересуется делами. Марина написала в семейный чат, что я эгоистка, настроила брата против родни, несколько тёток поддержали её, но Оксана неожиданно ответила: "Может, Андрею пора самому зарабатывать на свои праздники".
Андрей первые два месяца дулся, потом начал считать деньги и впервые за три года спросил: "А может, правда начнём копить на квартиру — я тридцать, ты тридцать, пополам?" А я молча показала ему баланс нового счёта — уже четыреста двадцать тысяч, и он побледнел, потому что понял, что пока он три года "копил на будущее", расходуя всё на себя и требуя от жены отчёты за каждую покупку, это будущее копила только я, одна, молча открыв второй счёт в тот день, когда он установил приложение для контроля моих расходов.