Ура, сегодня читатель наконец узнает, за что Хоуэлл Дэвис попал в тюрьму Бриджтауна! Если, конечно, читателю повезёт и капитан, то есть - автор в моём лице, снова не собьётся с курса. А чтобы этого не случилось - давайте сперва немного полавируем, чтобы потом не менять галсы, отвлекаясь от основной темы.
Что такое шнява, и почему она больше похожа на "корабль", чем бриг
Вот теперь, когда пираты покончили с личными делами (разобрались с капитаном Скиннером), пришло время перейти к самому интересному, грабежу шнявы “Кадоган”.
Но сначала, наверное, стоит рассказать о том, что это за штука - шнява, и можно ли считать её кораблём, или только судном.
Как известно, любой корабль - это судно, но не любое судно - корабль.
Корабль, или фрегат - это тип парусного вооружения, подразумевающий, что судно имеет минимум три мачты, и на каждой из них, за возможным исключением бизани, несёт прямые паруса.
И достаточно беглого взгляда, чтобы исключить претензии шнявы на “корабельность” - ну, две же мачты, верно?
Однако, если присмотреться внимательно, можно заметить кое-что интересное. А именно - третью мачту, как минимум - половину её.
Отдельное рангоутное дерево, установленное сразу за грот-мачтой, но всё-таки с небольшим промежутком, достаточным, чтобы считаться шняв-мачтой, или трисель-мачтой.
На которую, как и на обычную бизань устанавливали косой четырехугольный гафельный парус, трисель. На бизани этот парус назывался бизань - при отсутствии нижнего прямого паруса, либо контр-бизань - при его наличии.
Как и на шняве, впрочем, хотя использовали и специфический термин “шнявсель”.
Так что по парусному вооружению шнява даже ближе к кораблю, чем более продвинутый бриг, сменивший её в конце 18 века, ведь у брига две мачты, а у шнявы - две с половиной.
И, кстати, если где-то в другом месте вам попадётся история о захвате Инглэндом “Кадогана”, и “Кадоган” будет называться “сноу” - не пугайтесь. Оригинальное название шнявы “snauw”, тут всё дело в произношении.
О вариантах грабежа
Юридически весь смысл пиратской деятельности можно сформулировать одним предложением - “принудительное изъятие товарно-материальных ценностей, включая, но не ограничиваясь, денежными средствами”.
Теоретически, пираты могли отобрать вообще всё, а моряков продать в рабство, но на практике они, пираты, почти никогда так не делали. Если же торговец сдавался без боя, как “Кадоган”, члены экипажа за свою жизнь и свободу могли не опасаться, ну, почти не опасаться.
Хотя бывало всякое, и печальный опыт капитана Скиннера тому свидетель.
Сейчас же давайте определимся с тем, какие именно категории товарно-материальных ценностей пираты могли обнаружить на захваченном судне.
В первую очередь это груз, то, что пираты находили в трюмах, они считали своей законной добычей.
Касса - то есть деньги, изъятые у казначея или капитана.
Оружие и артиллерия, порох и ядра - если пираты в них нуждались.
Иногда практиковалась полная разборка призового судна с изъятием всех металлических частей, и не только металлических. А всё, что не получалось оторвать и унести, полагалось сжечь и утопить.
Так поступил Уильям Кидд со своим собственным кораблём, когда изъеденный червями корпус “Приключения” окончательно потерял плавучесть.
Что удивительно - личное имущество членов экипажа и принадлежащие им деньги пираты отбирали довольно редко.
А вот имущество пассажиров, как и сами пассажиры, тоже попадали в разряд добычи. С имуществом понятно, а что можно было получить с пассажиров - сама собой напрашивается идея выкупа, если речь идёт о человеке состоятельном. Но также от пассажира можно было получить его профессиональные навыки, либо разово, либо на постоянной основе. То есть, предложить вступить в пиратскую команду. Конечно, такое же заманчивое предложение пираты могли сделать, и часто делали, членам экипажей захваченных кораблей. И по большей части, такое пополнение пиратских команд происходило добровольно.
Здесь будет уместно обратиться к статистике, которую приводит капитан Джонсон. Хотя я не уверена, что этой статистике можно всецело доверять - но другой всё равно нет, а “Всеобщая история пиратов”, по крайней мере, написана современником этих пиратов.
Весной 1719 г. бродяги вернулись к Африке и, начиная от реки Гамбия, поплыли вдоль всего побережья. И между нею и мысом Корсар захватили нижеперечисленные корабли и суда.
Пинк «Орел», под командованием капитана Риккетса, приписанный к Корку, захвачен 25 марта, имея на борту 6 пушек и 17 человек команды, из коих 7 сделались пиратами.
«Шарлотта» капитана Олдсона, из Лондона, захвачена 26 мая, имея на борту восемь пушек и 18 человек команды, из коих 13 сделались пиратами.
«Сара» капитана Станта, из Лондона, захвачена 27 мая, имея на борту 4 пушки и 18 человек команды, из коих 3 сделались пиратами.
«Бентворт» капитана Гарденера, из Бристоля, захвачен 27 мая, имея на борту 12 пушек и 30 человек команды, из коих 12 сделались пиратами.
Шлюп «Олень» капитана Силвестра, из Гамбии, захвачен 27 мая, имея на борту 2 пушки и 2 человека команды, и оба сделались пиратами…”
Инглэнд захватил пять кораблей, и из их команд тридцать семь человек присоединились к пиратам - а это ещё не весь список. Но не надо думать, что пираты принимали только добровольцев. Иногда, если на пиратском судне срочно требовался, например плотник, на захваченном корабле такой плотник находился, но добровольно следовать за пиратами не желал - его могли принудить силой. Такой человек членом команды не считался, права голоса не имел, в разделе добычи не участвовал, но, само-собой, какое-то содержание получал за свою работу. Примечательно, что и с точки зрения закона такой “пират поневоле” не считался пиратом, если, конечно, сможет доказать, что присоединился к пиратам по принуждению, а не добровольно*.
К примеру, после крушения “Уиды” Чёрного Сэма Беллами, на берегу кроме трупов обнаружены были несколько живых членов экипажа. Почти всех после недолгого разбирательства повесили, одного продали в рабство, а двоих оправдали, поскольку к пиратству они оказались непричастны и перейти на борт “Уиды” их заставили силой.
Подробности о фрегате "Уида" и история Чёрного Сэма Беллами:
Ну и напомню ещё раз - пираты, в принципе, могли сотворить что угодно, просто по своему желанию - кто бы им помешал?
То, что обычно они особых зверств не творили, вовсе не вызывало к ним тёплых чувств у торговцев, хотя…
Многие торговцы в то славное, но беззаконное время промышляли контрабандой. Некоторые, чего греха таить, и пиратством не брезговали, если выдавался случай.
Поэтому встреча с пиратом была, конечно, нежелательна, но вот встретить представителей закона, особенно закона чужого, например - англичанину повстречать корабль испанской береговой охраны было куда хуже.
Пираты могли ограбить, могли не ограбить - испанцы ограбили бы почти со стопроцентной вероятностью, да ещё и судно реквизировали. Или, как небезызвестный капитан Дженкинс, торговец мог лишиться некоторых частей тела**.
А теперь вернёмся на “Кадоган”, с которого пираты взяли - а почти ничего и не взяли. Немного провизии не в счёт.
Однако было кое-что, точнее - кое-кто, кого Инглэнд хотел заполучить. Хоуэлл Дэвис.
Предложение присоединиться к пиратам было сделано - и отвергнуто. И, видимо, вспомнив про участь капитана Скиннера, Дэвис добавил, что он лучше позволит всадить себе пулю в голову, нежели станет пиратом.
Инглэнду понравился ответ моряка. Он мог бы принудить Дэвиса силой, но не стал этого делать. Судя по тому, что я вообще знаю о Хоуэлле Дэвисе, человек это был авторитетный, жёсткий, хотя и воспитанный как джентльмен. И отличался недюжинной физической силой. Иметь на борту такого недоброжелателя затея весьма сомнительная а, судя по тому, что я знаю об Эдварде Инглэнде - человек он был достаточно осторожный. Поэтому пираты попросту ушли, напоследок сделав широкий жест - “подарив” “Кадоган” вместе со всем содержимым Дэвису и остальным членам команды.
Почему Инглэнд так поступил - тут я могу лишь высказать предположение.
Пиратская команда вовсе не была толпой головорезов, живущих в полной анархии и хаосе. У них были свои традиции, правила и законы, как неписаные, так и оформленные на бумаге. К последним относился договор, который каждый член команды заключал с капитаном и остальными пиратами. В этом договоре подробно описывались правила, которых все должны были придерживаться, так сказать, права и обязанности сторон. Доля добычи, полагавшаяся каждому, компенсации за возможные ранения и увечья, а также кому должна была отойти доля пирата в случае его смерти. И, что немаловажно, предусматривалась также ответственность за нарушение пунктов этого договора. Например, какое наказание должен понести пират, если убьёт, в пылу ссоры, или по случайности, другого пирата. Обычно такая ответственность выражалась в определённой сумме денег, которую виновный выплачивал товарищам и наследникам погибшего.
И, собственно, “дарение” “Кадогана” Дэвису и теперь уже его людям, могло быть такой компенсацией за смерть их капитана. Ну а выплатить компенсацию, фактически вынув её из чужого кармана, то есть - владельцев “Кадогана” - очень даже по-пиратски, что взять с морских разбойников?
Но, как мы уже знаем, Дэвис и его люди оказались честными моряками и привели “Кадоган” на Барбадос, а там Дэвиса посадили в тюрьму, обвинив в сношениях с пиратами, конкретно - шайкой Инглэнда.
По этому поводу капитан Джонсон рассказывает весьма занимательную историю с письмом, которое Инглэнд вручил Дэвису напоследок. Это письмо надлежало вскрыть, в лучших традициях пиратского романа, на определённой широте и долготе. Но, возможно, Дэвис вскрыл его сразу, как только корабль Инглэнда исчез за горизонтом. В письме содержались инструкции, согласно которым Дэвису надлежало идти в Бразилию, продать груз, а вырученные деньги разделить между членами экипажа. Матросы разделились на две партии - кто-то хотел идти в Бразилию, кто-то голосовал за Барбадос, и, по мнению капитана Джонсона, Хоуэлл Дэвис высказался в пользу Бразилии. Однако в сумме голосов одолела “партия Барбадоса”, и Дэвису пришлось с этим смириться. Ну а на Барбадосе кто-то из матросов проболтался и о письме, и о голосовании, из-за чего власти и заинтересовались персоной Дэвиса. Напомню, что в тюрьме Дэвис провёл всего три месяца, следовательно, подозрения не подтвердились за недоказанностью.
Впрочем, могло быть и наоборот. Возможно, это матросы хотели идти в Бразилию, а Дэвис убедил их этого не делать. Но кто-то остался недоволен таким решением, и по прибытии на Барбадос “заложил” Дэвиса властям.
Да, как говорила прорицательница в “Пиратах Карибского моря”:
— Версий много, и все они правдивы!
Источники:
В. К. Губарев, “100 великих пиратов”;
Капитан Джонсон (Даниэль Дефо), “Всеобщая история пиратов”;
Моя безудержная фантазия.
Алёна ©
Первая статья о захвате"Кадогана":
Если вас интересует дальнейшая судьба Хоуэлла Дэвиса - ставьте лайк!
*Доказательством невиновности для “пирата поневоле” могло послужить отсутствие его подписи в пиратском договоре, а также показания свидетелей. Необязательно пиратов, годились члены команды того корабля, с которого обвиняемый был силой взят на пиратское судно. Собственно, если пираты отпускали призовое судно после ограбления, такие показания уже были, в отчёте капитана о нападении пиратов.
**История с ухом капитана Дженкинса довольно тёмная. Известно, что это ухо послужило формальным поводом к войне Англии с Испанией. Но вот то, что ухо Дженкинсу отрезал капитан корабля испанской береговой охраны, а Дженкинс потом хранил его семь лет, прежде чем предъявить парламенту - истинность этой части истории вызывает большие сомнения.