— Кристина, я узнала, что у тебя есть накопления. Два миллиона рублей. Я хочу, чтобы ты передала их мне на хранение.
Кристина замерла на пороге кухни, сумка всё ещё висела на плече. Она только что вернулась с работы, даже куртку не успела снять. А на кухне за столом сидела Ирина Ивановна — свекровь, которая почему-то имела ключи от их квартиры.
— Добрый вечер, Ирина Ивановна, — медленно проговорила Кристина. — Что вы сказали?
— Ты меня прекрасно расслышала, — свекровь сидела с прямой спиной, руки сложены на столе. — Мне стало известно, что у тебя есть накопления. Приличная сумма. Два миллиона. Я считаю, что их надо отдать мне.
Кристина обернулась. Борис стоял у окна в гостиной, спиной к ним. Плечи напряжены, руки в карманах. Молчит.
— Боря? — позвала она.
Муж не обернулся.
— Не отвлекай сына, — строго сказала Ирина Ивановна. — Мы с тобой разговариваем. Я жду ответа.
Кристина сбросила сумку на стул и прошла на кухню. Села напротив свекрови. Внутри всё кипело, но она заставила себя говорить спокойно.
— Откуда вы вообще узнали про мои деньги?
— Это не имеет значения, — отмахнулась Ирина Ивановна. — Важно то, что они у тебя есть. И важно, чтобы они хранились правильно.
— В банке они хранятся правильно.
— В банке! — свекровь презрительно скривилась. — Ты что, не читаешь новости? Банки лопаются, вклады замораживают. А если санкции новые введут? Деньги обесценятся за месяц!
Кристина почувствовала, как внутри разгорается злость. Она три года копила эти деньги. По пять тысяч в месяц сначала. Потом по десять. Потом, когда на работе подняли оклад, по пятнадцать. Отказывала себе в новой одежде, косметике, поездках. Всё ради того, чтобы у них с Борисом была финансовая подушка. Чтобы можно было в будущем взять ипотеку и не бояться, что не справятся.
И вот теперь свекровь сидит на её кухне и требует отдать ей эти деньги.
— А у вас они будут храниться как? — спросила Кристина.
— У меня дома. В сейфе, — Ирина Ивановна сказала это таким тоном, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся. — Я уже тридцать лет так храню деньги. Надёжнее не придумаешь.
— Зачем вам мои деньги?
— Как ты можешь так спрашивать! — свекровь изобразила обиду. — Я о вас забочусь! Понимаешь? О тебе и о Боре. Мало ли что может случиться с банком. А так деньги будут в безопасности, и в любой момент я смогу вам их вернуть.
Кристина посмотрела на Бориса. Он всё так же стоял у окна, не поворачиваясь.
— Боря, — снова позвала она. — Ты можешь объяснить, как твоя мама узнала про мои накопления?
Наконец муж обернулся. Лицо виноватое, взгляд бегающий.
— Я случайно упомянул.
— Случайно?
— Ну да. Мама жаловалась на цены в магазинах, что всё дорожает. И я сказал, что у нас хоть есть небольшой запас на чёрный день...
— Небольшой запас! — Кристина не удержалась от резкости. — Я три года копила эти деньги!
— Вот именно, три года, — вмешалась Ирина Ивановна. — А могла бы их сразу отдать мне, и они бы уже за это время приумножились. Я бы их вкладывала правильно.
— Куда вкладывали? — Кристина почувствовала, что начинает терять терпение.
— Это уже мои дела, — отрезала свекровь. — Главное — я знаю, как с деньгами обращаться. А ты молодая, неопытная. Можешь потерять всё в один момент.
— Мама хочет как лучше, — подал голос Борис. Он подошёл ближе, но в глаза Кристине так и не посмотрел. — Она же не чужая. Она волнуется.
— Боря, это мои деньги, — Кристина старалась говорить ровно, но голос дрожал. — Понимаешь? Мои. Я их заработала. Я их копила.
— Ой, бросьте, мои-мои, — поморщилась Ирина Ивановна. — Вы муж и жена. У вас всё общее. А раз так, то и я имею право голоса. Боря мой сын, значит, я имею право заботиться о вашем благополучии.
Кристина встала. Руки тряслись, и она сжала их в кулаки, чтобы это не было заметно.
— Ирина Ивановна, я отдавать вам свои деньги не буду. Ну-ка, объясните мне подробнее, почему я должна отдать вам свою финансовую подушку?
Повисла тишина. Свекровь медленно поднялась из-за стола. Лицо окаменело.
— Боря, ты слышал? Твоя жена мне отказывает. Мне. Которая только о вашем благе думает.
— Кристина, ну подожди, — Борис попытался взять жену за руку, но она отстранилась. — Давай обсудим это спокойно.
— Что тут обсуждать? — голос Ирины Ивановны стал ледяным. — Всё понятно. Кристина мне не доверяет. Значит, я здесь лишняя.
Она взяла свою сумку со стула и направилась к выходу. На пороге обернулась.
— Боря, ты со мной или остаёшься с ней?
Кристина замерла. Борис стоял посередине комнаты, растерянный, не зная, что делать.
— Мам, ну не надо так, — пробормотал он.
— Я спросила: ты со мной или с ней? — Ирина Ивановна повысила голос.
— Я... я дома останусь.
— Понятно, — свекровь кивнула. — Вот так меня вырастила. Чтобы жена указывала, что делать. Прекрасно. Запомню это.
Она вышла, громко хлопнув дверью. Борис и Кристина остались вдвоём.
— Зачем ты ей рассказал про деньги? — тихо спросила Кристина.
— Я не думал, что она так отреагирует, — Борис провёл рукой по лицу. — Честно. Просто разговор зашёл про финансы, я и ляпнул.
— Ты понимаешь, что она хочет забрать мои накопления?
— Не забрать, а сохранить, — попытался возразить Борис.
— Сохранить? — Кристина горько усмехнулась. — В её сейфе? Серьёзно?
— А что в этом странного? У мамы действительно есть сейф. Она там свои деньги держит.
Кристина посмотрела на мужа и вдруг поняла, что он действительно не видит в этом ничего подозрительного. Для него это нормально — отдать деньги матери.
— Боря, это мои три года работы. Три года экономии. Я копила на нашу квартиру.
— Ну и будут копиться дальше, — он пожал плечами. — У мамы.
— Я не отдам ей деньги.
— Хорошо, — Борис вздохнул. — Как скажешь. Только зря ты её обидела. Она правда хотела помочь.
Он ушёл в комнату. Кристина осталась стоять на кухне, чувствуя, как внутри всё кипит.
***
На следующий день на работе Кристина никак не могла сосредоточиться. Она работала администратором в спортивном комплексе, и обычно ей нравилась эта работа — общение с людьми, живой ритм, движение. Но сегодня каждый клиент казался раздражающим, каждый вопрос — лишним.
— Эй, ты чего такая хмурая? — Светлана, тренер по фитнесу и Кристинина подруга, присела на край стойки администратора. — Что-то случилось?
— Свекровь требует отдать ей мои накопления, — выпалила Кристина и сама удивилась, как легко эти слова вырвались наружу.
— Что?! — Светлана округлила глаза. — Подожди, какие накопления?
— Я три года копила. Два миллиона собрала. На вкладе лежат. А она вчера пришла и заявила, что я должна отдать ей деньги на хранение.
— На хранение? — Светлана недоверчиво прищурилась. — То есть она просто так, из доброты душевной, хочет хранить твои деньги?
— Ну да. Говорит, в банке ненадёжно, а у неё в сейфе безопаснее.
Светлана помолчала, потом наклонилась ближе и понизила голос.
— Слушай, а ты не в курсе, что Ирина Ивановна всем рассказывает про новую машину?
— Какую машину?
— Ну вот, на прошлой неделе я её в магазине встретила. Она стояла с какой-то своей подругой и говорила, что собирается менять свою старую иномарку. Говорила, что уже почти накопила, осталось совсем немного.
Кристина почувствовала, как внутри всё похолодело.
— То есть ей нужны деньги на машину?
— Ну я не знаю точно, — Светлана развела руками. — Просто говорю, что слышала. Она там упоминала Киа какую-то. Говорила подруге, что хочет себе новую, чтобы ездить с комфортом.
— А сколько не хватает, не говорила?
— Нет, но она сказала — совсем немного. Может, триста тысяч, может, пятьсот. Я не вслушивалась особо.
Кристина откинулась на спинку стула. Значит, вот оно что. Не для хранения ей деньги нужны. Для машины. Просто у свекрови не хватает своих накоплений, вот она и решила попросить у невестки. Точнее, не попросить, а потребовать.
— И что ты теперь будешь делать? — спросила Светлана.
— Не отдам, конечно.
— Правильно. Это же твои деньги. Ты их заработала.
— Вот и Борису так скажи, — Кристина горько усмехнулась. — Он считает, что мама хотела как лучше.
— Да ладно? Он на её стороне?
— Не знаю, на чьей он стороне. Он вообще старается не высказываться. Вчера мама его спросила — с кем он, со мной или с ней. Он промямлил что-то невнятное и остался дома. Но я видела — он был не рад.
Светлана покачала головой.
— Мужики. Вечно между двух огней. А тебе-то каково?
— Мне обидно, — призналась Кристина. — Я столько времени копила. Во всём себе отказывала. А она приходит и просто требует всё отдать. И даже не объясняет толком, зачем.
— Ну теперь ты знаешь зачем. На машину.
Кристина кивнула. Внутри всё кипело от злости и обиды.
Вечером, когда Кристина вернулась домой, Бориса не было. На столе лежала записка: «Ушёл к маме. Вернусь позже».
Кристина скомкала записку и бросила в мусорное ведро. Ушёл к маме. Конечно. Где же ещё ему быть.
Она разогрела себе ужин, поела в одиночестве, потом села смотреть сериал. Борис не возвращался. В десять вечера Кристина написала ему сообщение: «Ты придёшь?»
Ответ пришёл через пять минут: «Останусь у мамы ночевать. Она расстроена».
Кристина бросила телефон на диван. Значит, так. Мама расстроена, поэтому сын остаётся с ней. А жена пусть сидит дома одна.
***
Борис не вернулся и на следующий день. И на следующий. Он ушёл к матери и, похоже, не собирался возвращаться в ближайшее время.
Кристина пыталась дозвониться до него в середине второго дня, но Борис не брал трубку. Потом прислал короткое сообщение: «Поговорим позже. Мне надо подумать».
Подумать о чём? О том, отдавать ли жене свои кровные деньги на покупку маме новой машины?
Кристина чувствовала себя преданной. Они с Борисом были женаты четыре года. Четыре года! И вот теперь он выбирает мать вместо жены.
На третий день вечером Кристине позвонил незнакомый номер. Она подняла трубку.
— Кристина? Это Олег Петрович.
Олег Петрович — отец Бориса, бывший муж Ирины Ивановны. Они развелись пять лет назад, и с тех пор почти не общались. Кристина виделась с ним всего несколько раз — на свадьбе и пару раз после, когда он приезжал к Борису.
— Здравствуйте, — осторожно сказала Кристина.
— Здравствуй. Прости, что звоню так поздно. Просто мне Боря позвонил сегодня, рассказал про вашу ситуацию. Я подумал — может, тебе стоит знать кое-что про Ирину.
— Про Ирину Ивановну?
— Да. Давай встретимся? Я угощу тебя ужином. Есть то, о чём надо поговорить.
Кристина согласилась. Ей действительно хотелось понять, что происходит.
Они встретились в небольшом кафе недалеко от дома. Олег Петрович выглядел усталым — седые волосы, морщины вокруг глаз, но взгляд добрый и понимающий.
— Спасибо, что пришла, — сказал он, когда они сели за столик. — Я знаю, тебе сейчас нелегко.
— Что вам рассказал Борис? — сразу спросила Кристина.
— Что мать требует у тебя деньги. Два миллиона. Якобы на хранение.
— Вы знаете, зачем ей эти деньги на самом деле?
Олег Петрович кивнул.
— На машину. Она уже давно хочет поменять свою старую на новую. Копит, но не хватает. Я так понимаю, ей нужно ещё триста-четыреста тысяч.
— Откуда вы знаете?
— Потому что она мне тоже звонила. Месяц назад. Просила дать ей взаймы. Я отказал.
Кристина откинулась на спинку стула. Значит, свекровь сначала пыталась выпросить деньги у бывшего мужа, а когда тот отказал, переключилась на невестку.
— Олег Петрович, а почему вы с Ириной Ивановной развелись?
Он помолчал, потом вздохнул.
— Из-за денег. Точнее, из-за того, как она с ними обращалась. Ирина всегда считала, что имеет право распоряжаться чужими деньгами. Если ей казалось, что она знает лучше, как их потратить — она не спрашивала разрешения.
— Как это?
— Пять лет назад она взяла кредит. На моё имя. Без моего ведома. Тогда ещё можно было так сделать — у неё был доступ к моим документам, она их использовала. Взяла кредит на триста тысяч и сделала ремонт в квартире.
— Вы же не хотели ремонт?
— Я был категорически против. Говорил, что денег нет, что мы не потянем кредит. Но она решила по-своему. Сделала ремонт, а потом поставила меня перед фактом. Мол, живи и радуйся.
Кристина молчала, переваривая информацию.
— Я ей сказал тогда — или она возвращает кредит сама, или мы разводимся. Она не вернула. Сказала, что ремонт сделан для меня, для моего же блага, значит, платить должен я. Я подал на развод.
— А Борис знает об этом?
Олег Петрович покачал головой.
— Ирина ему рассказала другую версию. Что я ушёл к другой женщине, что бросил её. Боря мне не верит, когда я пытаюсь объяснить правду. Для него мать — святая.
Кристина почувствовала, как внутри всё сжалось.
— То есть она и дальше будет требовать мои деньги?
— Конечно. Она не отступит. Ирина всегда такая — если решила, что ей что-то нужно, она добьётся своего любой ценой. Будет давить, манипулировать, обижаться. Она мастер в этом деле.
— Что мне делать?
— Не поддаваться, — твёрдо сказал Олег Петрович. — Если уступишь сейчас, она будет требовать снова и снова. Сегодня деньги на машину, завтра на что-то ещё. А Борису нужно самому принять решение — на чьей он стороне. Если он выберет мать, то ты должна понимать, с кем живёшь.
Кристина кивнула. Слова звучали жёстко, но справедливо.
— Спасибо, что рассказали.
— Держись, — Олег Петрович положил руку поверх её ладони. — Ты молодец, что не сдаёшься. Я за тебя рад.
Когда Кристина вернулась домой, её ждало сообщение от Ирины Ивановны: «Кристина, давай встретимся. Поговорим нормально. Без Бориса. Приезжай завтра ко мне».
Кристина долго смотрела на экран телефона. Потом написала: «Хорошо. Во сколько?»
«В шесть вечера».
***
На следующий день Кристина весь день не находила себе места. Работа тянулась бесконечно, клиенты раздражали, даже Светлана заметила её нервозность.
— Ты точно хочешь ехать? — спросила она во время обеденного перерыва. — Может, не стоит?
— Надо, — ответила Кристина. — Пусть она скажет всё, что думает. И я скажу.
В шесть вечера она стояла под дверью квартиры Ирины Ивановны. Нажала на звонок. Дверь открылась почти сразу.
— Заходи, — свекровь выглядела спокойной, даже приветливой. — Проходи на кухню.
Кристина разулась и прошла в квартиру. Всё было как обычно — чисто, аккуратно, никаких лишних вещей. На кухонном столе стояли две чашки и чайник.
— Садись, — Ирина Ивановна указала на стул. — Я рада, что ты согласилась приехать.
Кристина села. Свекровь налила чай в обе чашки, придвинула одну к ней.
— Давай поговорим спокойно, — начала Ирина Ивановна. — Я понимаю, что в прошлый раз была слишком резкой. Просто я переживаю за вас.
— За нас?
— Конечно. Вы с Борей молодые, неопытные. Деньги — это серьёзно. Их надо уметь хранить, приумножать. Я хочу вам помочь.
Кристина молчала, слушая.
— Понимаешь, я не просто так прошу тебя передать мне деньги, — продолжала свекровь. — У меня действительно есть опыт. Я всю жизнь умела обращаться с финансами. Никогда не влезала в долги, всегда откладывала. И у меня действительно есть сейф, где я храню свои накопления.
— И сколько у вас там сейчас?
Ирина Ивановна поджала губы.
— Это не твоё дело. Главное — я знаю, как с деньгами работать. А ты молодая, ещё заработаешь. Зачем тебе сейчас такая большая сумма лежит без дела?
— Она не лежит без дела. Она на вкладе. Под проценты.
— Под смешные проценты! — свекровь отмахнулась. — Которые даже инфляцию не перекрывают. А я бы могла вложить их с умом.
— Куда вложить?
— Ну... в разные места. Я же говорю, у меня опыт.
Кристина положила руки на стол.
— Ирина Ивановна, вам нужны деньги на машину?
Повисла тишина. Свекровь замерла с чашкой в руке, потом медленно поставила её на стол.
— Что? Кто тебе сказал такую чушь?
— Неважно. Это правда?
— Я не понимаю, о чём ты, — Ирина Ивановна попыталась изобразить недоумение, но взгляд стал жёстким.
— Вы хотите поменять свою машину на новую. Вам не хватает денег. Вот вы и решили попросить у меня.
— Это... это вообще не связано!
— То есть вы хотите новую машину?
Свекровь резко встала.
— Ну и что с того?! Да, хочу! Моя машина старая, ей уже двенадцать лет! Я заслужила нормальную машину!
— Заслужили, — согласилась Кристина. — Только покупать её надо на свои деньги, а не на мои.
— Я же не прошу подарить! — голос Ирины Ивановны повысился. — Я возьму на время! На полгода, на год! Ты молодая, ещё заработаешь! А мне в моём возрасте каждый год на счету! Я хочу пожить с комфортом, пока здоровье есть!
— Значит, всё-таки на машину.
— А что в этом плохого?! — свекровь сорвалась на крик. — Моя машина действительно старая! Мне нужна надёжная! Я же не для себя одной! Для всех! Когда внуки появятся, я смогу их возить!
Кристина встала.
— Ирина Ивановна, ну-ка объясните мне подробнее, почему я должна отдать вам свою финансовую подушку? Чтобы вы купили себе машину? Почему у вас в квартире деньги сохраннее, чем в банке? Может, потому что вы их сразу потратите?
Свекровь побелела от злости.
— Как ты смеешь мне так говорить?! Я тебя в семью приняла, как родную! А ты... ты неблагодарная!
— Я не неблагодарная. Я просто не дам вам свои деньги.
— Вот какая ты! — Ирина Ивановна схватила со стула сумку. — Жадная! Корыстная! Думаешь только о себе! Я думала, в нашей семье другие ценности! Боря! Боря, ты слышишь, какая у тебя жена?!
Из соседней комнаты вышел Борис. Кристина даже не знала, что он здесь. Он стоял в дверях, бледный, растерянный.
— Мам, ну перестань, — пробормотал он.
— Перестань?! — свекровь развернулась к нему. — Ты слышал, что она мне сказала? Она меня обвиняет в том, что я хочу украсть её деньги!
— Я не говорила про кражу, — спокойно сказала Кристина. — Я сказала, что не отдам вам деньги, потому что вы хотите их потратить на машину. А не хранить.
Борис посмотрел на мать.
— Мам, это правда? Ты хочешь на машину?
— При чём тут машина?! — Ирина Ивановна топнула ногой. — Я хотела помочь вам сохранить деньги! А эта... эта неблагодарная особа меня оскорбляет!
— Я не оскорбляла вас, — Кристина почувствовала, что устала от этого разговора. — Я просто озвучила правду.
— Правду! — свекровь схватила свою куртку с вешалки. — Вот твоя правда! Я к вам больше не приду! Не хочешь помогать — твоё дело! Только знай — я это запомню! И когда тебе понадобится помощь, не приходи ко мне!
Она рванула дверь и выбежала в подъезд. Хлопок двери эхом отозвался в квартире.
Борис и Кристина остались стоять в прихожей. Молчали долго. Потом Борис тяжело вздохнул.
— Я не знал про машину.
— Теперь знаешь.
— Я правда думал, что мама хочет просто помочь.
Кристина посмотрела на мужа.
— Боря, мне нужно знать. Ты на чьей стороне?
Он провёл рукой по лицу.
— Я не хочу выбирать стороны.
— Но придётся.
Борис подошёл к ней, взял за руки.
— Прости, что проговорился. Прости, что не сразу тебя поддержал. Я растерялся. Мама всегда была такой... настойчивой. И я привык ей не перечить.
— А теперь?
— А теперь я понимаю, что ты была права. Это твои деньги. Ты их заработала. И только тебе решать, что с ними делать.
Кристина почувствовала, как внутри отпускает напряжение.
— Пойдём домой, — сказала она.
— Пойдём.
***
Прошла неделя. Ирина Ивановна действительно не звонила и не появлялась. Борис первые дни явно переживал — смотрел в телефон, ждал звонка от матери. Но звонка не было.
Кристина чувствовала облегчение. Впервые за всё время их брака она могла жить спокойно, не ожидая очередного визита свекрови с её советами и требованиями.
На работе Светлана спросила:
— Ну что, помирились со свекровью?
— Нет. И честно? Мне даже легче стало.
— Представляю, — Светлана усмехнулась. — А Борис как?
— Переживает, но держится. Понял, что мама была не права.
— Слава богу хоть один адекватный мужик нашёлся.
Ещё через неделю позвонил Олег Петрович. Голос у него был странный — то ли удивлённый, то ли разочарованный.
— Кристина, привет. Я хотел тебе сообщить. Ирина купила машину.
— Что? — Кристина не поверила своим ушам. — Как купила?
— Взяла кредит. На недостающую сумму. Я сегодня видел её на новой Киа. Она мне сама сказала — мол, раз никто не хочет помогать, пришлось в кредит брать.
Кристина молча слушала.
— То есть она могла сама взять кредит. Но решила сначала попробовать получить деньги с тебя.
— Получается, так.
— Держись там, — сказал Олег Петрович. — И не давай себя в обиду.
Когда Борис вечером вернулся с работы, Кристина рассказала ему новость. Он долго молчал, сидел на диване, смотрел в одну точку.
— Значит, мама могла взять кредит, — наконец проговорил он. — Но хотела за наш счёт.
— Да.
— И я её защищал. Думал, что она правда о нас заботится.
Кристина села рядом.
— Боря, это твоя мама. Ты её любишь. Это нормально.
— Но она использовала меня. Использовала нас.
— Теперь ты это понимаешь. И это главное.
Он обнял её.
— Спасибо, что не сдалась. Если бы ты тогда согласилась отдать деньги...
— Мы бы остались без накоплений, а твоя мама получила бы новую машину за наш счёт.
— Да.
Они сидели обнявшись, и Кристина думала о том, что это была настоящая проверка их брака. И они её прошли.
Через несколько дней они сидели дома, обсуждали планы на будущее. На столе лежала распечатка с расчётами — сколько ещё нужно накопить, чтобы взять ипотеку на нормальную квартиру.
— Если будем откладывать так же, как сейчас, через год сможем подать заявку, — сказала Кристина.
— Или можем прибавить скорость, — Борис посмотрел на неё. — Я могу попросить прибавку. Или найти подработку.
— Не надо перенапрягаться. Давай спокойно, но стабильно.
Он кивнул, потом взял её за руку.
— Знаешь, я много думал на этой неделе. Про маму, про нас. И понял одну вещь.
— Какую?
— Что семья — это не только кровь. Это ещё и выбор. И я выбираю тебя. Нас. Нашу жизнь.
Кристина улыбнулась.
— Я тоже выбираю нас.
На телефон Бориса пришло сообщение. Он посмотрел на экран и нахмурился.
— Мама пишет.
— Что пишет?
— Спрашивает, не хотим ли мы прокатиться на её новой машине.
Кристина фыркнула.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Пишет — купила новую Киа, очень удобная, хочет нам показать.
— И что ты ответишь?
Борис задумался, потом начал печатать. Повернул экран к Кристине. Там было написано: «Мам, мы рады, что у тебя новая машина. Но сейчас мы заняты. Как-нибудь в другой раз».
— Отправить?
— Отправляй.
Он нажал на кнопку. Ответ от Ирины Ивановны пришёл почти сразу: «Ну как хотите. Я же просто хотела порадовать вас».
Борис положил телефон на стол экраном вниз.
— Она не изменится, — сказал он.
— Знаю, — кивнула Кристина.
— Но теперь я знаю, как с этим справляться.
Они снова склонились над расчётами. Два миллиона на счету. Ещё год стабильных накоплений — и можно будет думать о своей квартире. О своём доме, где никто не будет требовать отдать накопления на хранение или требовать ключи.
Кристина посмотрела на Бориса. Он что-то считал, сосредоточенно хмурился. Её муж. Который наконец-то сделал выбор.
И это было правильное начало их настоящей, самостоятельной жизни.
***
Через три месяца тишина закончилась. Борис вернулся с работы бледный, телефон дрожал в его руках.
— Мама в больнице. Инсульт.
Кристина замерла. Все их планы, расчёты на квартиру, спокойная жизнь — всё рушилось одним звонком.
— Нужны деньги на лечение. Много денег.
Он посмотрел на неё умоляющими глазами, и Кристина поняла: их накопления снова под угрозой. Но теперь отказать означало бы...
Телефон зазвонил снова. Незнакомый номер. Борис ответил, слушал, бледнея всё сильнее.
— Это была медсестра. Мама просила передать... что у неё есть завещание. И там кое-что важное про деньги.
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...