Заря же совсем не понимала, что имел в виду дух, не понимала и того, чем все это может обернуться для них всех – для деревни, для волхва, для нее самой. Она только поняла, что выход кое-какой имеется, потому готова была сделать все, чтобы через этот выход вывести людей снова в спокойное будущее.
- Ты знаешь, как это все сделать? - спросила она мужчину, который крепко задумался и никак не мог понять, как же ему правильно поступить. Точнее, как поступить правильно, он понимал, но последствия этого ему очень сильно не нравились, как ни крути…
- Да, я знаю, как провести такой обряд, - ответил он наконец, почувствовав на себе любопытный взгляд Зари.
- Это же замечательно! Значит, совсем скоро все будет хорошо, правда?
Волхв глубоко вздохнул. Ну и что тут делать, когда на тебя смотрят вот так? Когда все надежды мира светятся в этих глазах? Даже и представить себе невозможно, как обмануть эти самые надежды. Быть может, он уже достаточно пожил и потому может рискнуть? Может, его долгий жизненный путь вел его именно в это место? Боги порой любят несмешно пошутить над людьми.
- Конечно, я сделаю все, что нужно, и никто больше не будет вас беспокоить. Любопытно только узнать, что же староста такого загадал, за что сейчас вся деревня расплачивается?
- Можем у него спросить, - пожала плечами травница. К девушке вернулась ее беззаботность. Кажется, она вообще не способна была слишком долго переживать о чем-то, хоть и искренне любила деревню и людей, что тут жили.
- Так и поступим. А я начну все готовить.
На том и решили, потому затушили костер и направились в сторону деревни. В домах горел свет, и зрелище это заставляло чувствовать покой в душе, какой-то особенный уют, которого так не хватало волхву. Он уже давно перестал обращать на подобное внимание, но был рад, что эта девушка заставила его вспомнить множество давно потерянных чувств. Перед тем, как окончательно покинуть этот мир, совсем неплохо его немного прочувствовать. Кроме того, ему было искренне любопытно, что просил староста, и волхв верил, что желание было загадано совсем не со злым умыслом, просто так сложились звезды той ночью.
Разошлись у дома старосты, и волхв стоял у порога до тех пор, пока белое платье девушки не скрылось в доме – только его и можно было рассмотреть в такой темноте, ничего больше не было видно. После этого он вошел в дом, где его так радушно встретили.
В глазах старосты висели вопрос и надежда одновременно.
- Кроме тебя, ходит кто-то к капищу? – спросил волхв, когда они уселись за стол.
- Нет, я никого там прежде не встречал, не видел и каких-то признаков того, что бывают люди на том месте. Ручаться не могу за всех, ни за кем не слежу, но почти уверен, что нет.
- Что ты попросил у идолов сразу перед тем, как начались беды?
Судя по тому, как побледнел мужчина, Михаил понял – тот сразу прекрасно понял, о чем шла речь.
- Так значит, в этом все дело? – прохрипел он, а потом обратился к жене:
- Выйди.
Молчаливая женщина только кивнула, поднялась и ушла. Несколько минут прошло в тишине. Волхв терпеливо ждал, а староста нервно стучал пальцами по столу, не смотря на собеседника. В какой-то момент Михаилу даже стало его немного жаль. Было бы больше, если бы по дурости этого человека ему не пришлось бы проводить обряд, который, скорее всего, его убьет. И убьет в тот самый момент, когда он снова, кажется, начал чувствовать вкус жизни! Но может, оно и к лучшему, потому что он не хотел бы, чтобы Заря невольно пострадала из-за его странной новой привязанности.
- Моя жена болеет, и болеет уже очень давно. Мы никому об этом не говорили, но я пытался найти лекарей, делал все, что мог, но бесполезно. Она просто таяла на глазах… И я в сердцах попросил на капище, чтобы ей стало лучше, просто для того, чтобы она не мучилась. Я не представлял, к чему это все может привести! Да я до последнего не хотел верить в то, что это моя вина, хоть и понимал, что такие совпадения не могут быть просто совпадениями.
- И как сейчас твоя жена?
- Все еще слаба, но болезнь отступила. Но ведь заболели другие! Я ходил на капище, просил забрать меня в обмен на то колдовство, что позволило моей любимой исцелиться, да только не ответил никто. Мне даже кажется, что я слышал чей-то хриплый смех в лесу, а быть может, это все я сам выдумал…
- Что ж, я рад, что твоя жена поправилась. Она знает, что произошло?
- Конечно, нет, иначе с ума бы сошла, наверное, с горя… Ты сможешь нам помочь? Я готов жизнь отдать! Все, что угодно!
- Я помогу, - просто ответил волхв и встал.
Аппетита не было, хоть он и не ел уже, кажется, давно, но спать хотелось очень сильно. А может, дело не в желании отдохнуть, а в стремлении хоть ненадолго забыться. Что-то его тянуло в эти места, и этим чем-то была необходимая жертва…
Как ни странно, спалось ему хорошо, намного лучше, чем все предыдущие ночи, и это радовало и немного успокаивало. Мысли о травнице будоражили разум, и волхв отчаянно хотел узнать ее получше, побыть в этом спокойном мире, когда все закончится. Он хотел научить Зарю всему, что знал сам, показать такие чудеса, которые она и представить себе не могла. Хотел снова почувствовать что-то яркое, что-то такое, о чем забыл.
Сколько боги дадут ему времени после того, как все будет сделано? Вряд ли очень много, потому что он уже и без того слишком долго на этой земле задержался для обычного человека. Зато у этих людей будет шанс на новую жизнь, потому что другого такого, как он, тут точно не появится, и деревенька вымрет.
Проснулся мужчина рано, вся деревня еще спала, даже те хозяйки, что ходили за скотом. Прекрасное время, в такое же он совсем недавно и будто бы очень давно встретил Зарю на том капище. Нужно было подготовиться как следует, обряд требовал максимальной четкости. И первым делом ему нужно было найти подходящее место.
Роща для этого подходила, кажется, лучше всего – сразу после первой части обряда нужно было идти к капищу, и из рощи это сделать было бы удобнее всего. Кроме того, волхв не хотел, чтобы люди глазели. Ему не помешала бы помощь кого-то, но он не хотел в это вмешивать других людей. И тут он не врал даже самому себе – он хотел, чтобы ему помогла Заря. Но в то же время не мог позволить, чтобы она видела то, что будет происходить.
Обряд был мучительным для того, кто его проводил, и травница невольно могла вспомнить свою прабабку, которая когда-то давно сделала подобное для людей. Сам обряд его не убьет, но все равно покажет намного больше ужасного, чем кому-то положено видеть. Тем более что волхв привык справляться со всем в одиночку, и сейчас сможет сделать все сам.
- О чем задумался? – спросила его вездесущая спутница.
- О том, что буду делать дальше.
- Ты про обряд или про то, что влюбился в девчонку?
- Чего?
Михаил на время даже забыл о своих безрадостных мыслях. Какая еще любовь? Ему было интересно за ней наблюдать, она казалась глотком свежего воздуха в его подземелье, но все же подобных чувств он испытывать давно не мог. А если бы и не мог – наверняка узнал бы об этом раньше надоедливого призрака.
- Да ладно тебе, все же видно. А если ты собрался помирать, то лучше бы тебе душу облегчить да признаться.
