— Андрей, ну сколько можно? — Арина стояла посреди комнаты с телефоном в руке, глядя на квитанцию за детский сад. — Нам самим платить нечем, а ты опять сестре переводишь!
— Ей нужно на курсы, — муж даже не поднял глаз от экрана. — Лена хочет стать фитнес-инструктором, чтобы больше зарабатывать.
— На курсы! — Арина почувствовала, как внутри все сжимается от обиды. — В прошлом месяце ей нужно было на зуб пятнадцать тысяч. Неделю назад — восемь на квартиру. Теперь курсы. А мне что, в магазин с пустыми руками идти? У Зои подгузники кончились, смесь заканчивается!
Андрей наконец оторвался от телефона. Лицо у него было усталое, виноватое, но упрямое одновременно.
— Арин, она одна живет. Снимает жилье, в клубе платят копейки. Я не могу ее бросить.
— А нас ты можешь? — вырвалось у Арины. — У нас дочка! Годовалый ребенок! Или она тебе не родная?
— При чем тут это? — Андрей вскочил с дивана. — Не говори глупости. Просто Лене сейчас тяжело, вот и все. Это временно.
— Временно? — Арина открыла заметки в телефоне, куда последние два месяца записывала все переводы золовке. — Двадцать седьмого декабря — пятнадцать тысяч на зуб. Третьего января — восемь на квартплату. Одиннадцатого — пять тысяч на продукты. Семнадцатого — десять на курсы. Это почти пятьдесят тысяч за три месяца! А у нас кредит за квартиру, коммуналка, ребенок растет!
В соседней комнате заплакала Зоя. Арина зажмурилась — они опять разбудили дочку своими криками.
— Я схожу, — Андрей направился к детской, но обернулся на пороге. — Поговорим потом, ладно? Когда оба успокоимся.
Арина осталась стоять одна. За окном темнел январский вечер, на улице шел снег. Она посмотрела на квитанцию в руке — за детский сад нужно было заплатить через три дня, а денег не было. Зарплату Андрею задержали на неделю, у нее самой оклад в магазине бытовой техники был небольшой — двадцать восемь тысяч плюс процент от продаж. Процент в январе всегда маленький, после новогодних праздников люди экономят.
А Лена живет припеваючи. Требует денег, как должное.
Арина вспомнила, как три года назад, когда они с Андреем только поженились, золовка пришла к ним в первый раз. Милая, застенчивая, с букетом цветов. Поздравила с новосельем, подарила набор полотенец. Арина тогда подумала — какая хорошая девочка, жаль, что у нее нет парня, живет одна.
Потом начались просьбы. Сначала редкие — раз в несколько месяцев. Мол, до зарплаты не дотягивает, можно занять? Андрей давал тысячу-две, Лена возвращала. Потом стала возвращать не всегда. Потом суммы выросли. А после рождения Зои просьбы участились — теперь раз в две недели точно.
И Арина заметила: золовка никогда не спрашивала разрешения у нее. Всегда звонила Андрею, всегда просила брата. Как будто Арины не существовало. Как будто деньги в семье — это дело только мужа, а жена вообще не при делах.
Из детской донесся голос Андрея — он пел Зое колыбельную. Тихо, нежно. Хороший отец, любящий муж. Но совершенно слепой, когда дело касается сестры.
Арина прошла на кухню, достала телефон. Позвонила Оксане — подруга тоже работала продавцом в их магазине, они часто делились проблемами.
— Слушай, ну это же ненормально! — Оксана возмутилась, выслушав историю. — Пятьдесят тысяч за три месяца? Да она на вас просто живет! А детский сад кто платить будет?
— Не знаю, — Арина опустилась на стул. — Андрей говорит, это временно. Что Лена ищет работу получше.
— Ага, ищет, — фыркнула Оксана. — Три года ищет небось. Слушай, а ты с ней напрямую поговори. Без Андрея. Выясни, куда деньги уходят. Может, она их вообще не на то тратит, на что говорит.
— Думаешь?
— Да я уверена! У меня двоюродная сестра такая же была. Клянчила у родителей на съемную квартиру, а сама жила у парня и деньги на тряпки спускала. Пока не разоблачили — так и тянула.
Арина задумалась. Идея была рискованная — Андрей точно обидится, что она лезет в дела его сестры. Но что-то нужно делать. Иначе так и будут жить впроголодь, отдавая последнее Лене.
— Попробую, — решила она.
Утром Арина проснулась от звука сообщения в телефоне. Глянула на экран — Светлана Петровна, свекровь. Писала, что сегодня приедет посидеть с Зоей, у Арины ведь вечерняя смена.
Хорошо хоть свекровь помогает. Живет отдельно, в своей однушке на другом конце города, но к внучке приезжает раз в неделю точно. Женщина она строгая, справедливая, но Лену почему-то жалеет всегда. Говорит — младшенькая, без отца выросла, трудно ей.
Андрей уже ушел на работу, оставил записку на столе: «Прости за вчера. Люблю вас». Арина вздохнула. Она тоже любит мужа, но любовь не отменяет денежных проблем.
Зоя проснулась в семь, как всегда. Арина покормила дочку, переодела, поиграла с ней в кубики. Малышка была веселая, смешная, тянула к маме ручонки, лопотала что-то на своем языке. Глядя на нее, Арина почувствовала прилив решимости. Она не даст золовке обирать их семью. Не даст.
В полдень приехала Светлана Петровна. Принесла банку варенья, детское печенье для Зои.
— Как дела? — спросила она, раздеваясь в прихожей.
— Нормально, — Арина не стала посвящать свекровь в подробности вчерашней ссоры.
— А Андрей не говорил про Лену? — Светлана Петровна прошла в комнату, взяла Зою на руки. — Она вчера звонила, просила передать, что срочно нужны деньги на курсы какие-то.
Вот оно. Значит, Лена уже и свекровь использует как посредника. Позвонила бабушке, чтобы та передала брату. Хитрая.
— Мы уже знаем про курсы, — сухо ответила Арина. — Андрей перевел ей вчера десять тысяч.
— Ну и хорошо, — свекровь покачала внучку. — Девочка хочет учиться, развиваться. Правильно делает.
Арина промолчала. Спорить со свекровью было бесполезно — та всегда вставала на сторону Лены. Видимо, и правда считала младшую дочь обделенной судьбой.
На работе было тихо — середина января, покупателей мало. Арина расставляла ценники на новые пылесосы, когда Оксана подошла к ней с взволнованным видом.
— Слушай, а ты в каком клубе говорила твоя золовка работает?
— «Олимп» вроде, на Садовой. А что?
— Так я там занимаюсь! — Оксана округлила глаза. — Два раза в неделю хожу на фитнес. И никакой Лены на ресепшене не видела никогда!
— Может, в другую смену работает? — Арина почувствовала, как внутри что-то сжалось.
— Да я в разное время прихожу — и утром, и вечером. Там вообще две девчонки работают, Катя и Марина. Обе я в лицо знаю. Лены точно нет.
— Может, филиал другой? — Арина цеплялась за последнюю надежду.
— У «Олимпа» два филиала всего — на Садовой и на Парковой. Хочешь, сегодня позвоню в оба, уточню?
Арина кивнула. Внутри поднималась тревога, смешанная с каким-то темным предчувствием.
Через полчаса Оксана вернулась.
— Нет такой сотрудницы, — сказала она тихо. — Я описала внешность по твоим словам — блондинка, двадцать шесть лет, среднего роста. Администратор на Парковой сказала, что у них вообще таких не было никогда. На Садовой тоже подтвердили — только Катя и Марина.
Арина оперлась о стеллаж с утюгами. Значит, Лена врет. Врет про работу. Но тогда где она на самом деле работает? И на что живет, если не на свою зарплату?
На деньги брата, конечно.
Вечером, вернувшись домой, Арина застала мужа на диване перед телевизором. Зоя уже спала, в квартире было тихо.
— Андрей, нам надо поговорить, — Арина села рядом.
— Опять про Лену? — он не отрывал взгляда от экрана.
— Да, про нее. Скажи, ты точно знаешь, где она работает?
— В спортклубе «Олимп», я же говорил.
— Администратором на ресепшене?
— Ну да, а что?
Арина глубоко вдохнула.
— Андрей, там никакой Лены нет. Я проверила.
Муж наконец посмотрел на нее. В глазах мелькнуло раздражение.
— Ты что, следишь за моей сестрой?
— Я просто спросила у подруги, она там занимается. И позвонила в клуб. Твоя сестра там не работает, Андрей. Ее там вообще никогда не было.
— Может, она недавно уволилась?
— Подруга ходит туда полгода. Никогда Лены не видела.
Андрей встал, прошелся по комнате.
— Ну и что ты предлагаешь? Ехать к ней и допрашивать?
— А давай съездим, — Арина тоже встала. — Давай проверим, где она на самом деле живет. Она же говорила, снимает квартиру на улице Мира?
— Говорила.
— Тогда поехали туда. Прямо сейчас.
Андрей колебался. Арина видела, как в нем борются недоверие к сестре и нежелание признавать правду.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Поедем в субботу. Позвоним маме, пусть с Зоей посидит.
Арина кивнула. Три дня до субботы. Три дня, чтобы подготовиться к тому, что они могут узнать.
***
В пятницу вечером позвонила Лена. Арина услышала ее голос из телефона мужа — тот включил громкую связь, укладывая Зою спать.
— Андрюш, привет! Как дела?
— Нормально. Ты как?
— Да так, — в голосе золовки прозвучала жалость к самой себе. — Слушай, тут такая ситуация. Курсы оказались дороже, чем я думала. Нужно еще семь тысяч на методические материалы. Можешь помочь?
Арина сжала кулаки. Опять. Опять деньги.
— Лен, а давай мы к тебе завтра заедем? — неожиданно сказал Андрей. — Зою покажем, давно не виделись.
Повисла пауза. Арина напряглась.
— Завтра? — Лена явно растерялась. — Не знаю, у меня квартира не убрана. Может, в другой раз?
— Да ладно, мы же родные, — Андрей посмотрел на жену. — Или ты не хочешь племянницу увидеть?
— Хочу, конечно! Просто... знаешь, я думала сначала в гости к вам приехать. Торт куплю, поболтаем.
— Хорошо, — Андрей сдался. — Тогда приезжай завтра к обеду. Часам к двум.
— Отлично! Целую вас!
Когда разговор закончился, Андрей посмотрел на Арину виноватым взглядом.
— Вот видишь? Она сама едет. Значит, скрывать нечего.
— Или просто не хочет, чтобы мы увидели, где она живет, — Арина не сдавалась.
Утро субботы началось с уборки. Арина мыла полы, протирала пыль, готовила простой обед — картошку с курицей. Специально ничего особенного не делала, не хотела создавать праздничную атмосферу для визита золовки.
Ровно в два раздался звонок в дверь. Лена стояла на пороге с коробкой торта в руках и плюшевым зайцем для Зои. Выглядела она хорошо — свежий маникюр, новая куртка, модные сапоги.
— Здравствуйте! — она прошла в квартиру, чмокнула Андрея в щеку, кивнула Арине. — Как моя любимая племяшка?
Зоя сидела на полу с кубиками и с любопытством смотрела на тетю. Лена присела рядом, протянула зайца. Малышка схватила игрушку, потянула в рот.
— Ой, какая умничка! — Лена засмеялась. — Андрюш, она так на тебя похожа!
Они пили чай на кухне. Лена болтала о погоде, о том, как трудно ездить на работу в такой снег. Арина слушала вполуха, наблюдая за золовкой. Та держалась легко, непринужденно. Ни тени вины или дискомфорта.
— Кстати, про курсы, — Лена допила чай. — Андрюш, ты сможешь помочь с этими семью тысячами? Просто оплату до понедельника надо внести, а у меня сейчас напряженка.
— А на работе зарплату когда дают? — вдруг спросила Арина.
Лена посмотрела на нее настороженно.
— Пятнадцатого числа. А что?
— Просто интересно. В каком клубе говорила ты работаешь?
— «Олимп», на Садовой.
— Точно на Садовой?
— Точно. — Лена нахмурилась. — Арина, к чему эти вопросы?
Арина встала, подошла к окну.
— А я вот звонила в «Олимп». И на Садовой, и на Парковой. Никакой Лены Росиной у них в штате нет. И не было.
Повисла тишина. Лена побледнела. Андрей смотрел то на жену, то на сестру.
— Ты... ты про меня узнавала? — Лена наконец выдавила из себя.
— Узнавала. Потому что мы отдаем тебе последние деньги, а у самих ребенок! — Арина повернулась к золовке. — И я хочу знать правду. Где ты работаешь на самом деле? Где живешь? Куда уходят все эти деньги?
— Лена? — Андрей тоже встал. — Объясни, пожалуйста.
Золовка сжала губы. В глазах блеснули слезы.
— Я... я действительно недавно уволилась из «Олимпа». Не сказала, потому что не хотела вас расстраивать. Думала, быстро новое место найду.
— Когда уволилась? — жестко спросил Андрей.
— Месяц назад.
— А до этого сколько там работала?
Лена отвела взгляд.
— Пару месяцев.
— Врешь, — Арина шагнула к ней. — Моя подруга полгода в этом клубе занимается. Она тебя ни разу не видела.
— Может, мы в разное время были!
— У них два администратора на ресепшене, — Арина не отступала. — Катя и Марина. Обе работают там больше года. Ты никогда в «Олимпе» не работала, Лена. Просто придумала первое попавшееся название.
Андрей опустился на стул. Лицо у него было серым.
— Лена, скажи правду. Прямо сейчас.
Золовка заплакала.
— Ну хорошо! Я не работаю! Не работаю уже полгода! Уволилась из магазина, потому что начальница была стервой, орала на всех. Не смогла найти ничего нормального. Все предлагают копейки за двенадцать часов работы. Я не хотела так жить!
— А как ты живешь сейчас? — Андрей говорил тихо, но в голосе звучала сталь. — На мои деньги?
— Я искала работу! Честно! Просто пока не везло...
— Полгода не везло? — Арина не верила своим ушам. — Ты полгода врала нам, тянула деньги, а сама даже не пыталась устроиться?
— Пыталась! Но везде или мало платят, или график неудобный, или...
— Или ты просто привыкла сидеть на шее у брата, — закончила Арина.
Лена вскочила.
— Да кто ты вообще такая, чтобы меня учить? Мы с Андреем одни остались, когда родители разошлись! Он обещал мне помогать всегда!
— Помогать — не значит кормить нахаляву! — Арина тоже не сдержалась. — У нас ребенок годовалый! Мы еле сводим концы с концами из-за тебя!
— Это не из-за меня, это вы сами не умеете с деньгами обращаться!
— У твоей сестры совесть есть — деньги из тебя тянуть? Пусть работу найдет. Любую! В магазине, в кафе, уборщицей на крайний случай! Но не сидеть на шее у брата!
— Арина, — Андрей встал между ними. — Успокойся.
— Не успокоюсь! — она смотрела на мужа. — Сколько можно?! Мы платим за нее уже не первый месяц! Она врет нам в глаза! И ты все равно ее защищаешь?!
— Я не защищаю, я просто...
— Защищаешь! Всегда защищал! Потому что она младшенькая, потому что ей трудно! А нам, значит, легко? У меня зарплата двадцать восемь тысяч! У тебя сорок! Кредит двадцать две тысячи каждый месяц! Коммуналка восемь! Зоя — подгузники, смесь, одежда — еще тысяч пятнадцать минимум! Остается двадцать три тысячи на еду, проезд, телефон, все остальное! А мы твоей сестре за три месяца пятьдесят тысяч отдали! Пятьдесят, Андрей!
Повисла тишина. Зоя заплакала — ей было страшно от громких голосов. Арина взяла дочку на руки, прижала к себе.
Лена схватила сумку.
— Знаешь что? Не надо мне ваших денег! Не надо! Раз вы меня за попрошайку считаете!
— Лена, подожди, — Андрей шагнул к сестре.
— Не трогай меня! — она отдернула руку. — Я вижу, что тебе жена важнее! Ну и хорошо! Живите тут вдвоем, я вам не нужна!
— Не ври, — Андрей остановил ее у двери. — Я хочу тебе помогать. Но не так. Не когда ты врешь мне в лицо. Скажи правду — где ты живешь? На что? У тебя есть парень?
Лена замерла. Отвела взгляд.
— Есть.
— И вы живете вместе?
— Да.
— Где?
— На улице... на улице Заречной. В общежитии. Он снимает комнату.
Арина почувствовала, как внутри все оборвалось. Значит, адрес на улице Мира — тоже вранье.
— Как его зовут? — спросил Андрей.
— Виктор. Он грузчиком работает.
— И ты живешь с ним уже сколько?
— Год почти.
Андрей отошел от двери, прошел в комнату. Сел на диван, уронил голову в ладони.
— Год ты врала мне. Год рассказывала про съемную квартиру, про работу в клубе. Тянула деньги на несуществующую квартплату, на несуществующие зубы, на несуществующие курсы. Это все было вранье?
Лена стояла на пороге, бледная, со слезами на щеках.
— Не все. Зуб действительно нужно было лечить. И квартиру мы снимаем, просто дешевую комнату, а не однушку. Я не хотела, чтобы ты знал про Витю. Ты бы не одобрил.
— Почему?
— Потому что он грузчик. Потому что зарабатывает мало. Ты бы сказал, что я достойна лучшего.
— А деньги на что уходили? — Арина подошла ближе, все еще держа Зою на руках. — На методические материалы для курсов, которых не было?
Лена не ответила.
— На что, Лена? — жестко повторил Андрей.
— На жизнь, — она сдалась. — На продукты, на одежду, на развлечения. Витя получает тридцать тысяч, комната стоит восемь. Остается двадцать два. Этого мало на двоих. Я хотела помогать ему, хотела, чтобы мы жили нормально. А работу искать было некогда...
— Некогда? — Арина не поверила. — Ты целыми днями дома сидела, и у тебя было некогда работу искать?
— Я же по дому все делаю! Готовлю, убираю!
— Миллионы женщин успевают и дома все делать, и работать, — Арина покачала головой. — Ты просто не хотела. Проще было клянчить у брата.
— Это не клянчанье! — Лена вспыхнула. — Мы с Андреем одни выросли! Наш отец ушел к другой, когда мне было десять! Мать потом тоже уехала, вышла замуж! Мы только друг у друга и были! Он обещал всегда меня поддерживать!
— Поддерживать — да, — Андрей поднял голову. — Но не содержать. Лена, тебе двадцать шесть лет. Ты взрослая женщина. Почему я должен тебя кормить?
— Я не прошу тебя меня кормить! Просто иногда помочь!
— Иногда? — Арина достала телефон, показала заметки. — Вот список твоих «иногда» за три месяца. Почти пятьдесят тысяч. Это не помощь, Лена. Это содержание.
Золовка молчала. Слезы текли по ее щекам, но она их не вытирала.
— Уходи, — тихо сказал Андрей. — Мне нужно подумать.
— Андрюша...
— Уходи, Лена.
Она схватила куртку, выбежала из квартиры. Хлопнула дверь. Арина осталась стоять с Зоей на руках. Дочка уже успокоилась, сосала палец, положив головку маме на плечо.
Андрей сидел на диване, глядя в пустоту. Арина подошла, села рядом. Положила свободную руку ему на колено.
— Прости, — сказала она тихо. — Я не хотела так кричать. Просто накипело.
— Ты была права, — Андрей посмотрел на нее покрасневшими глазами. — Я был слепым. Думал, помогаю сестре. А она просто сидела на мне, как... как пиявка.
Арина промолчала. Обидные слова сейчас не нужны были.
— Я правда думал, что ей трудно, — продолжал Андрей. — Что она одна, без семьи. А она уже год живет с парнем и врала мне. Год, Арина. Сколько еще она бы врала, если бы ты не проверила?
— Не знаю.
— И деньги... она тратила наши деньги на развлечения. Пока мы с тобой думали, как Зою накормить. Пока ты в магазине стояла на ногах целый день за копейки.
Он закрыл лицо руками. Плечи затряслись. Андрей плакал.
Арина прижалась к нему, обняла свободной рукой. Зоя посмотрела на папу большими глазами, протянула к нему ручонку. Андрей взял дочку, прижал к себе.
***
Три дня они не разговаривали с Леной. Андрей не брал ее звонки, не отвечал на сообщения. Арина видела, как ему тяжело — он привык заботиться о сестре, и теперь чувствовал себя преданным.
В среду вечером, когда Арина вернулась с работы, Андрей сидел на кухне с телефоном в руках.
— Лена написала, — сказал он. — Длинное сообщение. Извиняется. Говорит, что устроилась продавцом в магазин одежды. Хочет начать жить самостоятельно.
— И ты ей веришь?
Андрей покачал головой.
— Не знаю. Уже не знаю, чему верить.
— Покажи сообщение.
Он протянул телефон. Арина прочитала:
«Андрюш, прости меня, пожалуйста. Я была не права. Не должна была врать, не должна была постоянно просить деньги. Я понимаю, что у тебя семья, дочка. Ты должен думать о них в первую очередь. Я устроилась продавцом в магазин «Стиль» на Центральной. Буду получать двадцать пять тысяч. С Витей мы решили съехать — он нашел себе соседа по комнате, а я пойду снимать место в общежитии с девчонками, так дешевле. Я хочу доказать тебе, что могу сама. Дай мне шанс, пожалуйста. Я скучаю».
Арина вернула телефон.
— Решай сам. Но если решишь дать шанс — пусть сначала докажет делом. Месяц хотя бы проработает, не прося денег.
— Ты против того, чтобы я с ней общался?
— Нет, — Арина села рядом. — Я против того, чтобы она тебя использовала. Если она действительно изменилась — я буду только рада. Но пока это только слова.
Андрей кивнул. Написал сестре короткий ответ: «Я готов общаться. Но финансовая помощь закончилась. Ты взрослая, сама отвечаешь за свою жизнь».
Ответ пришел через минуту: «Ты серьезно? Я же извинилась! А ты меня бросаешь, как папа когда-то? Наверное, твоя жена тебя настроила против родной сестры. Я думала, ты другой».
Андрей побледнел, читая сообщение. Потом молча заблокировал Ленин номер.
— Все, — сказал он. — Хватит. Я устал от манипуляций.
Арина обняла его. Они сидели на кухне вдвоем, за окном темнел зимний вечер. В комнате спала Зоя. И Арина понимала — они справились. Прошли через кризис и остались вместе.
В пятницу позвонила Светлана Петровна. Сказала, что Лена жаловалась ей, что брат бросил ее, что Арина настроила его против сестры.
— Что случилось? — свекровь говорила строго. — Почему Андрей не берет трубку у Лены?
Арина спокойно, без лишних эмоций, рассказала всю историю. Про вранье про работу, про несуществующую квартиру, про пятьдесят тысяч за три месяца, про парня Виктора.
Светлана Петровна долго молчала.
— Я знала, что Ленка не права, — наконец сказала она. — Но думала, вы сможете ее направить. Она ведь младшая, без отца выросла...
— Светлана Петровна, — Арина перебила. — Без отца многие вырастают. Это не причина сидеть на шее у брата. Лене двадцать шесть лет. Андрею тридцать два, у него жена и дочь. Он не может всю жизнь за сестрой няньчиться.
— Да, ты права, — свекровь вздохнула. — Я сама виновата, жалела ее всегда. Думала, раз младшенькая, значит, слабее. А она просто пользовалась этим.
— Мы пытались помочь, — Арина продолжала. — Но невозможно помочь тому, кто не хочет меняться. Лена хотела жить за чужой счет. И когда мы перестали это позволять, она обиделась.
— Что теперь будет?
— Не знаю. Если она действительно устроится на работу, начнет жить самостоятельно — может, когда-нибудь помиримся. Но пока... пока каждый живет своей жизнью.
После разговора со свекровью Арина почувствовала облегчение. Светлана Петровна наконец поняла ситуацию, перестала считать Лену невинной жертвой.
Прошла еще неделя. Конец января выдался морозным, снежным. Зоя научилась показывать на картинки в книжке, когда Арина спрашивала: «Где киса? Где собачка?». Андрей получил зарплату вовремя — первый раз за два месяца.
Они сидели вечером на кухне, подсчитывая бюджет. Арина записывала в блокнот доходы и расходы.
— Смотри, — она показала мужу. — Кредит двадцать две тысячи, коммуналка восемь, детский сад пять, продукты пятнадцать, проезд три, телефоны два, Зое на подгузники и смесь десять. Итого шестьдесят пять. У нас доход шестьдесят восемь — твоя зарплата сорок плюс моя двадцать восемь. Остается три тысячи. Раньше бы ушли Лене, а теперь можем отложить.
— На что откладывать будем? — Андрей обнял жену за плечи.
— На отпуск летом. Хочу съездить с Зоей на море. Она еще моря не видела.
— Хорошая идея, — он поцеловал ее в висок. — Спасибо тебе.
— За что?
— За то, что не побоялась сказать правду. Даже когда я не хотел слушать. Ты спасла нашу семью, Ариш.
Она повернулась к нему, посмотрела в глаза.
— Мы вместе спасли. Ты нашел в себе силы признать, что был не прав. Это тоже важно.
Они сидели, обнявшись, слушая тишину квартиры. Из комнаты доносилось ровное дыхание спящей Зои. За окном падал снег, укрывая город белым одеялом.
И Арина думала: вот оно, счастье. Не в больших деньгах, не в шикарной квартире. А в том, что рядом любимый человек, который услышал тебя. Что дочка здорова и сыта. Что впереди — их собственная жизнь, без чужих манипуляций и лжи.
Может, когда-нибудь Лена поймет свои ошибки. Может, научится жить самостоятельно. А может, и нет. Но это уже ее выбор, ее ответственность.
А у Арины есть свои приоритеты. Муж, дочка, их маленькая семья. И она будет защищать их, что бы ни случилось.
В субботу они пошли гулять втроем — Андрей, Арина и Зоя. Малышка сидела в санках, укутанная в теплый комбинезон, и смеялась, когда папа подбрасывал снег вверх. Арина шла рядом, держась за руку мужа.
— Знаешь, о чем я думаю? — сказал Андрей.
— О чем?
— Что мы справимся. С любыми трудностями. Потому что мы вместе.
Арина улыбнулась.
— Справимся, — согласилась она.
И они пошли дальше по заснеженному парку — обычная семья в обычный зимний день. Но для них это было самое важное. Быть вместе. Доверять друг другу. И идти вперед, несмотря ни на что.
***
В воскресенье вечером, когда Арина купала Зою, на телефон Андрея пришло сообщение с незнакомого номера. Он открыл — текст был от Лены.
«Андрей, это я. Пишу с номера Вити. Ты заблокировал мой телефон, поэтому не мог дозвониться. Я хотела сказать, что устроилась на работу. Правда устроилась, можешь проверить. Магазин «Стиль» на Центральной улице. Выхожу завтра в первую смену. Я поняла свои ошибки. Больше не буду просить денег. Просто хочу, чтобы мы остались братом и сестрой. Напиши, пожалуйста».
Андрей показал сообщение Арине, когда она вышла из ванной с чистой, довольной Зоей на руках.
— Что думаешь? — спросил он.
Арина усадила дочку на коврик с игрушками, присела рядом с мужем на диван.
— Если это правда — хорошо. Значит, она хоть что-то поняла. Но проверить стоит.
— Как?
— Позвони в этот магазин завтра. Спроси, есть ли у них продавец Лена Росина. Если есть — значит, она не врет.
Андрей кивнул. Написал короткий ответ: «Хорошо. Рад, что ты нашла работу. Но пока мне нужно время подумать».
Ответ пришел быстро: «Я понимаю. Спасибо, что хотя бы ответил».
На следующий день, в обеденный перерыв, Андрей позвонил в магазин «Стиль». Девушка на том конце подтвердила — да, Лена Росина вышла на работу сегодня утром. Стажируется, учится работать с кассой.
Вечером он рассказал об этом Арине.
— Может, действительно решила взяться за ум, — сказала она. — Время покажет.
— Ты не против, если я буду с ней общаться? Изредка, просто узнавать, как дела?
— Нет, не против, — Арина погладила его по руке. — Она твоя сестра. Просто помни — если она снова начнет просить деньги...
— Не дам, — твердо сказал Андрей. — Даже если будет умолять. Эта история меня многому научила.
Прошло еще две недели. Лена написала пару раз — коротко, без жалоб и просьб. Рассказала, что работа тяжелая, ноги устают, но справляется. Что с Виктором они решили пожить отдельно друг от друга — он остался в общежитии, она сняла угол у женщины рядом с работой. Дешевле, чем комната, но зато своя.
Андрей отвечал сдержанно, но без злости. Спрашивал, как здоровье, как работа. Не предлагал встретиться, не звал в гости.
— Правильно делаешь, — сказала ему Арина. — Пусть привыкает жить сама. Если через полгода она продержится на работе, не сорвется — тогда можно будет подумать о встрече.
Они сидели на кухне в начале февраля. За окном метель кружила снег, но в квартире было тепло и уютно. Зоя спала в своей кроватке, укрытая одеялом с зайчиками.
Арина достала конверт, в котором откладывали деньги на отпуск. Пересчитала купюры.
— Шесть тысяч уже есть, — сказала она с улыбкой. — К июню наберем хотя бы тысяч тридцать. Хватит на недельку в Анапе.
— Зоя первый раз море увидит, — Андрей обнял жену. — Представляешь, как она будет радоваться?
— Представляю.
Они помолчали, наслаждаясь тишиной и покоем.
— Ты знаешь, о чем я подумал? — Андрей посмотрел на жену серьезно. — Что если бы ты тогда не настояла на проверке, мы бы так и жили. Отдавали Лене последнее, сами голодали. А она бы врала дальше, год, два, пять лет. До пенсии моей, может быть.
— Не хочу об этом думать, — Арина прижалась к нему. — Главное, что сейчас все хорошо. У нас есть крыша над головой, работа, дочка здорова. И мы вместе.
— И мы вместе, — повторил Андрей.
Он поцеловал ее в лоб, и они сидели так, обнявшись, слушая вой ветра за окном. А в комнате тихо посапывала Зоя, и в конверте лежали их первые отложенные деньги — маленькая, но такая важная победа над обстоятельствами.
Примирения с Леной не случилось. Может, и не случится никогда. Арина не испытывала по этому поводу ни радости, ни сожаления — просто приняла как факт. Золовка сделала свой выбор, когда решила обижаться вместо того, чтобы признать вину. И теперь каждый живет своей жизнью.
А у Арины есть ее маленькая семья. Муж, который наконец-то научился говорить «нет». Дочка, которая растет здоровой и веселой. И спокойствие в душе — она защитила своих родных людей, не побоялась сказать правду, даже когда это было неприятно.
Иногда правда болезненна. Иногда она разрушает отношения. Но без правды невозможно построить ничего настоящего. И Арина была рада, что они прошли через это. Стали сильнее. Научились ценить друг друга.
Февральская метель бушевала за окном, но в маленькой двухкомнатной квартире было светло и тепло. Андрей и Арина сидели на кухне, планируя будущее. А в соседней комнате спала их дочка — главная причина, по которой стоило бороться.