Найти в Дзене

Последняя запись в Книге Наследника. Почему старик Джем Йылмаз через сто лет сказал «спасибо» • Семена Босфора

Кофейня в Чукурджуме жила своей жизнью — шумной, насыщенной, уже не столько ностальгической, сколько деловой. После речи Лейлы и успеха «Сети Почвы» она стала штаб-квартирой движения, местом паломничества активистов, журналистов, учёных. «Книга Наследника» лежала теперь не на полке, а на специальном пюпитре, и её страницы быстро заполнялись записями со всего мира: «Мы посадили наш дуб в память о бабушке в Лионе», «Наша школьная команда создала свой «сад памяти» в Кейптауне, спасибо за идею!». Элиф зашла сюда редко. Её место было в поле. Но сегодня её вызвала Лейла — не по делу, а «просто так». Они сидели за угловым столиком, пили кофе, смотрели на суету. И тогда Элиф увидела его. Очень старый мужчина. Ему, наверное, было за сто. Он медленно, опираясь на трость, пересёк зал. На нём был старомодный, но безупречно чистый костюм. Он шёл с такой целеустремлённостью, что даже шумные группы студентов инстинктивно расступились. Он подошёл к пюпитру с Книгой. Лейла замерла, чашка застыла в возд

Кофейня в Чукурджуме жила своей жизнью — шумной, насыщенной, уже не столько ностальгической, сколько деловой. После речи Лейлы и успеха «Сети Почвы» она стала штаб-квартирой движения, местом паломничества активистов, журналистов, учёных. «Книга Наследника» лежала теперь не на полке, а на специальном пюпитре, и её страницы быстро заполнялись записями со всего мира: «Мы посадили наш дуб в память о бабушке в Лионе», «Наша школьная команда создала свой «сад памяти» в Кейптауне, спасибо за идею!».

Элиф зашла сюда редко. Её место было в поле. Но сегодня её вызвала Лейла — не по делу, а «просто так». Они сидели за угловым столиком, пили кофе, смотрели на суету. И тогда Элиф увидела его.

Очень старый мужчина. Ему, наверное, было за сто. Он медленно, опираясь на трость, пересёк зал. На нём был старомодный, но безупречно чистый костюм. Он шёл с такой целеустремлённостью, что даже шумные группы студентов инстинктивно расступились. Он подошёл к пюпитру с Книгой.

Лейла замерла, чашка застыла в воздухе. «Боже правый… — прошептала она. — Не может быть…»

Старик открыл Книгу. Не стал листать последние страницы. Твёрдой, дрожащей от возраста, но чёткой рукой он открыл её в самом начале. На первую страницу. Ту, где столетием ранее его дед, Джевдет Йылмаз, написал дарственную надпись Лейле-прабабушке, передавая ей землю под сад.

Он вынул из внутреннего кармана не современный стилус, а старинное перо. Обмакнул его в чернильницу, которую, словно зная об его визите, уже приготовил один из старейших официантов. И под старой записью своего деда вывел аккуратными, старомодными буквами:

«Сегодня, 15 октября 2053 года. Я, Джем Йылмаз, внук Джевдета. Я подарил землю, думая, что отдаю долг. Оказалось, я получил билет в будущее. Спасибо. Спасибо за лес, которого я не увижу, но в тени которого будут играть мои праправнуки. Круг замкнулся. С миром.»

Он поставил подпись, аккуратно закрыл книгу, повернулся и встретился взглядом с Лейлой. Изумлённой, потрясённой Лейлой. Его лицо, изрезанное морщинами, тронула едва заметная, мудрая улыбка. Он кивнул ей — не как незнакомке, а как старому знакомому, связь с которым идёт сквозь время. Потом так же медленно развернулся и вышел, растворившись в уличной толпе.

В кофейне воцарилась тишина, потом гул голосов. Все ринулись к Книге. Элиф с Лейлой подошли последними. Лейла осторожно провела пальцами по свежей, ещё влажной надписи. Слёзы катились по её щекам, но она улыбалась.

«Джем Йылмаз… Сын того самого Али, который был ребёнком, когда Джевдет подписывал дарственную. Он жив… Он всё видел. И он… благодарит.»

Для Элиф это был не просто трогательный момент. Это было доказательство. Доказательство того, что их борьба, их «Сеть Почвы», их тихая партизанская война — это не просто сиюминутный порыв. Это часть чего-то огромного, растянутого во времени. Дело, начатое щедрым жестом одного человека сто лет назад, теперь вернулось к его потомку в виде… благодарности. Не денег, не славы. Чувства, что он был частью чего-то правильного.

«Билет в будущее… — повторила Элиф. — Он не говорит «я построил» или «я создал». Он говорит «я получил». Как подарок. От нас. От всех, кто работал на этой земле.»

Этот визит стал последней каплей. Если сомнения в правильности выбранного пути и оставались у кого-то в команде или у скептиков, они испарились. Их работу благословил не министр и не международная ассамблея. Её благословил сам Прошлое, в лице того, кто когда-то дал ему начало. Круг, начатый дарением земли, замкнулся дарением смысла и будущего.

Элиф вышла из кофейни. Она смотрела на узкие улочки Чукурджумы, которые видели и Джевдета, и первую Лейлу, и Айду, и теперь — её. Она чувствовала себя не последним звеном в цепи, а живой частью непрерывной, pulsating истории. Истории, которая не заканчивается. Она просто продолжается. Новыми людьми, новыми деревьями, новыми записями в старой Книге.

И она поняла, что её 10 000 часов — это не наказание. Это её собственный вклад в эту вечно пишущуюся книгу. Её подпись под общим делом. Подпись, которую, возможно, через сто лет кто-то тоже прочитает и скажет: «Спасибо».

💗 Затронула ли эта история вас? Поставьте, пожалуйста, лайк и подпишитесь на «Различия с привкусом любви». Ваша поддержка вдохновляет нас на новые главы о самых сокровенных чувствах. Спасибо, что остаетесь с нами.

📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉
https://dzen.ru/id/6730abcc537380720d26084e