Для нее самое страшное - сидеть на месте и ничего не делать.
Ей все время нужно быть в движении.
Ей нужно внимание, чтобы чувствовать себя нужной и заметной.
Если этого не было, она как будто исчезала.
Становилось страшно, будто мир ее не видит.
Но на самом деле в этой тишине она сама себя не видела.
Не ощущала тело, не чувствовала дыхание.
Только страх жил в груди и сжимал изнутри.
Иногда хотелось проверить телефон -
вдруг кто-то напишет.
Там ведь связь с миром.
Но телефон предательски молчит.
И она снова остается наедине с собой.
Она не ныряла внутрь себя.
Она все время убегала.
А на ней одежда из доказательства,
правильности, идеальности, долга.
Куча одежды -
а настоящего ничего нет.
Оно спрятано от нее самой.
Но со временем, когда она успокаивается
и позволяет тишине быть,
появляется контакт с телом.
Страх отпускает.
Одежда растворяется.
И она начинает видеть себя настоящую.
А дальше - глубже.
И там бриллианты,
спрятанные от всех.
Им не нужна огранка.
Они не требуют доказательств.
Они просто есть.
Совершенные.
Светящиеся.
Притягивающие.
У каждого они свои.
И снова в теле поднимается напряжение.
С ними как будто нужно что-то делать:
защищать, скрывать, проявлять.
И вот парадокс:
а ничего не нужно делать.
Они светят сами.
И этого достаточно.