Я ехала в автобусе и думала — как рассказать

Я ехала в автобусе и думала — как рассказать. Не отчитаться, не похвастаться випассаной, не сделать из себя ту, кем не была. За окном мелькали деревья, столбы, провода, вывески и чужие дома с освещёнными окнами. Я должна была ехать в Варкалу, но в последний момент поездка отменилась. Мне написал друг и спросил, как я покупала билеты на поезд. А я сказала, что билеты вот буквально полчаса назад отменились. И он: «Так приезжай тогда в Гокарну». И прямо сейчас я еду в Гокарну. И понимаю, что все вот как-то так разворачивается. И что рассказать нужно про это. Не как я практиковала, а как все само по себе разворачивалось.

Разворачивается утро

Еще не до конца проснувшись, бредешь в любимое местечко на пляже. Лежак шершавый, чуть тёплый от вчерашнего солнца. Солёный воздух касается губ. Ребята расставляют зонтики, двигают стулья в кафе, звякание посуды, чей-то смех, какие-то индийские напевы – но все это словно за стеклом.

А у тебя дыхание, неторопливое, под шум моря. Вдох — мягкая волна. Выдох — отступление. И ты сидишь не в ретритном центре, где всё устроено для практики. А в живом, шумном мире, который не умолкает ради тебя. Первая часовая медитация. Открываешь глаза, свет уже другой, успел измениться, пока ты не смотрела. Ты сидела, будто тебя не было вовсе, а мир за это время успел провернуть половину своих дел.

Потом разворачивается вода

Идёшь к морю, и оно встречает тебя как есть. Иногда волнами, иногда барашками. Входишь в еще прохладную воду, кожа немного протестует, но быстро сдается и перестает спорить. Кто же может спорить с морем?

И вот он уже первый нырок. Самый любимый момент. Когда ныряешь головой и прорезаешь воду. И начинается не плавание, а какой-то особенный ритуал. Ты считаешь гребки, как мантру. Не для спорта, а чтобы остаться только с этим морем, не дать уму унестись в его бесконечные истории. Быть с ощущениями, тут вода прохладнее, тут теплее, тут утягивает вместе с собой, тут обнимает каким-то глухим звуком, тут накрывает с головой. А ты плывешь. От момента к моменту. И каждый гребок — это маленькое «да» тому, что есть прямо сейчас.

А потом разворачивается солнце

Ты лежишь на тёплом песке, со стороны кажется, будто ты загораешь, но на самом деле, ты делаешь сканирование тела. Кожа чувствует: здесь горячо, здесь щекочет, здесь почти печет, а здесь — нежно и приятно, здесь ветер касается и пробегают мурашки. И все эти ощущения просто есть. Ни хорошие, ни плохие. Приходят и уходят, живут своей жизнью. И тело все знает само, без твоих подсказок, ему не нужен переводчик.

Потом разворачивается кокос

Каждый день ты приходишь к одному и тому же месту, одна и та же жара, один и тот же парень с мачете. Он машет издалека — широко, по-детски радостно, не из вежливости, не потому что надо, а так, как улыбаются тем, кого ждут.

Он не знает, почему ты молчишь. Не знает, что внутри тебя всё трещит по швам, как старый дом перед сносом. Не знает, что ты идёшь через что-то настолько личное, что даже сама себе не можешь объяснить словами. Но он улыбается. И в этой улыбке — без всякой корысти, без ожидания ответа — как будто сам мир говорит тебе: «Я здесь для тебя».

Ты берёшь кокос — он тяжёлый, влажный, пахнет чем-то сладким и морским одновременно. Пьёшь через соломинку — вода прохладная, чуть маслянистая, со вкусом, который невозможно подделать. И благодаришь его глазами, а он принимает твою благодарность. Кивает. Улыбается снова.

И ты вдруг ловишь себя на мысли: иногда самый настоящий контакт случается именно так. Без слов. Без обещаний. Без длинных историй и сложных объяснений. Просто человек человеку — через стойку с кокосами, через молчание, через улыбку — говорит: «Вижу».