С Антоном я встречалась два месяца. Ему двадцать три года. Мне тридцать пять.
Разница в двенадцать лет. Я переживала. Но Антон клялся, что возраст ничего не значит.
Говорил, что я молодая душой. Что внешность отличная.
Он уговаривал познакомиться с друзьями. Две недели уговаривал. Каждый день.
Я отказывалась. Боялась. Понимала, что они молодые. Будут смотреть косо.
Но Антон настаивал.
— Карин, ну чего ты? Они нормальные. Тебе понравится.
Я согласилась.
В пятницу вечером готовилась как на экзамен. Выбирала платье час. Примеряла пять разных. Макияж делала долго.
Волосы укладывала. Духи наносила. Хотела выглядеть моложе. Стереть эти двенадцать лет.
Мы поехали в бар. Молодёжное место. Громкая музыка. За столом сидели трое парней. Все молодые. Шумные.
Антон представил меня.
— Знакомьтесь, это Карина.
Я села. Заказала кофе. Улыбалась.
Первые полчаса шла обычная беседа. О работе, о фильмах, о футболе. Я начала расслабляться. Заказала ещё кофе.
А потом начались шуточки.
— Карин, а сколько тебе? — спросил один из друзей. Звали его Рома.
— Тридцать пять, — ответила я спокойно.
— Обалдеть! — присвистнул другой. — Антоха, да ты бабушку себе нашёл!
Все захохотали. Антон засмеялся тоже. Не остановил.
Я промолчала. Сделала глоток кофе.
— Ничего, — сказал Рома. — Ты ещё ничего, для своих лет. Держишься молодцом.
Антон сидел рядом. Молчал. Улыбался.
— А детей у тебя нет? — спросил третий парень. — А то в твоём возрасте уже внуки бегают.
Опять смех. Я посмотрела на Антона. Он улыбался. Ничего не говорил.
— Слушай, а ты Антону в мамы годишься! — продолжал Рома. — Он у нас самый младший. Двадцать три года.
— Да ладно, не зацикливайтесь, — наконец подал голос Антон. — Возраст просто цифра. Зато Карина умная. И у неё квартира своя есть.
Я подняла глаза. Посмотрела на Антона.
Рома присвистнул:
— О, Антоха! Ты к ней переезжать собрался? Грамотно устроился!
— Да нормально, — Антон пожал плечами. — Зачем квартиру снимать.
Я вцепилась в чашку.
— Точно, — кивнул Рома. — А ты её уже маме показал? Или боишься, что она подумает, что это твоя тётя?
Все захохотали. Меня это взбесило. А Антон хлопнул друга по плечу. Засмеялся.
— Не бойся. Всё отлично у нас.
И подмигнул мне. Я встала. Взяла сумку. Надела куртку.
Руки тряслись. Я застёгивала молнию и не смотрела на них.
— Куда ты? — удивился Антон.
— Домой.
— Так рано? Мы же только пришли!
— Не хочу слушать про возраст. Про то, что я тётя.
— Да ладно тебе! — Антон потянул меня за руку. — Ребята просто шутят. Не обижайся.
— Пусть шутят без меня.
Я пошла к выходу. Друзья крикнули:
— Эй, Карин, да мы не со зла! Антон, уговори её!
Я вышла из бара. На улице было холодно. Я дышала глубоко.
Антон догнал меня. Схватил за плечо.
— Ну, ты чего? Обиделась на шутки? Они не со зла!
— Антон, они меня унижали. А ты молчал.
— Да нормально всё! Это их юмор. Привыкай.
— Не буду привыкать. Ты не остановил их. Сидел молча.
— Ну не мог же я при пацанах тебя защищать! Они подумают, что я слабак. Что ты мной командуешь.
— То есть твоя репутация важнее меня?
— Просто ты слишком серьёзно всё воспринимаешь.
Я посмотрела на него. Двадцать три года. Боится пацанов.
— Антон, ты боишься друзей. Я не хочу с тобой встречаться.
— Серьёзно? Из-за шуток? Ты параноишь!
— Нет. Я не хочу быть посмешищем.
Я махнула рукой. Такси остановилось. Села на заднее сиденье.
Телефон разрывался. Антон звонил. Раз. Два. Десять. Двадцать. Тридцать.
Писал сообщения. Извинялся.
Обещал поговорить с друзьями. Клялся, что больше так не будет.
— Прости, Карин. Я был не прав. Больше так не будет.
Я не отвечала. Приехала домой. Заблокировала номер. Удалила из соцсетей.
Через неделю он приехал к моему дому. Стоял внизу под окнами. Кричал на всю улицу.
— Карина, выйди! Поговорим! Ты слышишь меня?
Соседи выглядывали из окон. Бабушка с третьего этажа высунулась. Мне стало стыдно.
Я открыла окно. Крикнула:
— Антон, проваливай! Всё кончено.
— Ты сумасшедшая! Из-за шуток бросила парня!
Я закрыла окно. Больше он не появлялся.
Знаете, что бесит? Он смеялся вместе с ними. Сидел рядом. Обсуждал меня при всех.
И потом назвал меня параноичкой.
Я час готовилась. Волосы укладывала. Платье выбирала. Взрослая женщина должна терпеть унижения, да?
Не для того я тридцать пять лет прожила. Чтобы мальчишка боялся пацанов больше, чем уважал меня.
Пусть ищет двадцатилетнюю. Которая будет терпеть.