Раньше у меня был план. План на идеальное материнство. Полезные завтраки, развивающие кружки, мудрые беседы перед сном. Я была терпелива, внимательна, всегда “на позитиве”. Я строила для дочери идеальный мир, где нет места моей усталости, раздражению, страху. Я была “идеальной мамой”. И моя дочь в ответ становилась все более тихой, отдаленной и… хрупкой.
Переломный момент наступил, когда она, в очередной раз закатив истерику из-за двойки, выкрикнула сквозь слезы: “Мама, хватит уже меня успокаивать! Ты как робот!”.
Это был удар. Робот. Я, которая все силы тратила на создание любви и гармонии. И тогда я поняла свою главную ошибку. Я дарила ей только одну, “светлую” половину эмоционального спектра, тщательно скрывая вторую. Я не показывала, что можно грустить, злиться, уставать и при этом оставаться любимой и хорошей. Я демонстрировала не жизнь, а идеальную картинку, в которой не было места для её настоящих, “неидеальных” чувств.
Я решила начать с себя. С позволения чувствовать СЕБЯ.
Первым шагом я перестала заставлять себя улыбаться, когда было тяжело. Вместо “все хорошо, дорогая!” я стала говорить: “Знаешь, я сегодня немного вымоталась на работе. Поэтому могу быть менее внимательной, прости. Мне нужно 20 минут побыть одной”.
Я разрешила себе злиться. Не на неё, а на ситуацию. “Меня бесит, что мы снова опаздываем!” вместо “Давай быстрее, сколько можно копаться!”. Это сняло тонну вины и показало, что злость — это нормально, её можно признать и не направлять на человека.
Я начала делиться своими маленькими неуверенностями. “Я волнуюсь перед встречей с начальником” или “Боюсь, что не справлюсь с этим проектом”. Я перестала изображать из себя неуязвимого супергероя.
И произошла магия. Моя дочь начала меняться.
Увидев, что мама может быть живой — уставшей, боящейся, сомневающейся, но при этом справляющейся, — она обрела разрешение на собственную настоящесть.
- Она стала рассказывать не только о победах, но и о страхах.
- Перестала прятать слезы, говоря “Я сама разберусь”.
- Однажды сказала: “Мам, я тоже злюсь иногда просто так, как ты. И это окей”.
Я отказалась от роли “идеальной мамы” и стала просто ЧЕЛОВЕКОМ рядом со своим ребенком. И это оказалось самым ценным, что я могла ей дать. Не безошибочность, а искренность. Не стойкость робота, а устойчивость живого существа, которое знает свои слабости и не ломается от них.
Теперь я знаю: эмоциональный интеллект ребенка начинается не с книг по психологии, а с нашей, родительской, смелости быть уязвимыми и настоящими. Когда мы разрешаем себе чувствовать, мы показываем им карту всей территории человеческих эмоций — не только разрешенных, а ВСЕХ. И даем в руки компас, чтобы в них не заблудиться.
А ваши “неидеальные” эмоции сегодня — какой сигнал они могут подать вашему подростку? Поделитесь, если хотите.
P.S. Если вам близка эта история и вы хотите глубже разобраться в своих эмоциях, чтобы стать опорой, а не маской, для своего ребенка — присоединяйтесь к родительскому клубу НеШколы "Создатели". А завтра мы поделимся рабочей инструкцией как поддержать подростка во время срыва.