Об этой женщине во дворе ходили легенды, наверное потому, что о ней мало что было известно. Жила она в небольшом дворе обычной пятиэтажки из трех подъездов. Звали ее Татьяна Андреевна, возраст чуть за семьдесят.
Молодежь здоровалась, пробегая мимо и торопясь по своим делам. Кумушки на лавочках рассуждали о том, как ей живется одной, и спорили, кто же был ее муж до того, как она сюда переехала.
Кто-то со знанием дела утверждал, что генерал, кто-то убеждал всех, что капитан дальнего плаванья. Так или иначе, кем бы он ни был в прошлом – сейчас Татьяна Андреевна вдова и ведет немного замкнутый образ жизни.
Культурная, всегда приветливая, здоровается со всеми. Но никогда не «заседает» на лавочках со своими соседками и не ведет с ними задушевных разговоров долгими летними вечерами.
К ней никто не приходит, и есть ли у нее дети, никто не знал. На самом деле был сын, но с матерью общался мало. Это давняя история. Когда у Татьяны Андреевны родился внук, она в нем души не чаяла. И муж ее, полковник, тогда еще был жив, они часто брали мальчика к себе на выходные.
А потом случилась беда. Ребенок сорвался с качелей, вернее, качели оборвались во дворе, пятилетний мальчик упал, сильно ударился, получил сотрясение мозга, попал в больницу. Невестка устроила страшный скандал, обвинила во всем свекровь и сказала, что ноги их больше здесь не будет. И внука им не видать!
Татьяна Андреевна и сама пострадала, у нее случился сердечный приступ на фоне всей этой истории. Но ухаживал за ней муж, сын появился всего лишь раз в больнице и сказал:
– Видишь, до чего доводит беспечность. У Лизы тоже нервный срыв, а я между трех огней мечусь. Не надо больше нам общаться, пока все не утрясется, мама. Не обижайся только.
Вот и не общаются. Правда, после похорон отца сын немного сдал свои позиции. Он стал приглашать мать на обеды по выходным, правда в кафе, не домой. Один раз привел Павлика, когда жена была в отъезде. Татьяна Андреевна наглядеться на внука не могла. И обнимала его, и плакала, и просила приводить хоть иногда.
К тому моменту она продала их с мужем огромную квартиру, сама переехала в этот дом и помогла сыну деньгами, чтобы они с Лизой и Павликом тоже расширились. Так она как бы загладила свою вину перед ними, которой на самом деле не было.
Сейчас уже внуку пятнадцать, но Лиза запретила ему навещать бабушку дома, только с отцом на нейтральной территории, если уж это так необходимо. Поэтому никто и не приезжал к ней сюда, на другой конец города. Сын бывал, конечно, несколько раз. Но эти визиты как-то ускользнули от внимания соседей.
Ее квартира была довольно уютной. Татьяна Андреевна регулярно наводила в ней порядок. В комнатах, заставленных старой, но добротной мебелью, витал невидимый дух одиночества. Но Татьяна Андреевна старалась не грустить и не впадать в уныние, чтобы не превращаться в неопрятную ноющую старушку: там болит, здесь ноет.
По утрам она не ленилась делать зарядку, любила пешие прогулки, питалась умеренно, соблюдая диету и не злоупотребляя печеным и сладким. Ведь несмотря на одиночество, раз Господь до сих пор держит на этом свете, значит зачем-то ему это нужно. Ещё бы понять – зачем?
Вечерами Татьяна Андреевна любила читать, или смотреть телевизор, если передавали что-то интересное. Правда, к сериалам была равнодушна, предпочитая старые добрые фильмы. А еще у нее было хобби – вязание. Все свои шарфы, шапки и варежки она вязала сама, красивые толстые пуловеры тоже.
Внуку подарила несколько добротных вещей, только не знала, носит он их или нет. На нем она видела только свой шарф, серый в белую полоску и то лишь раз.
А в этот вечер по телевизору шла передача про их местный детский дом. Бедные ребятишки! Глазки грустные, одеты тоже простенько. Зима, а на них легкие куртки, шапки набекрень, разношенная обувь.
В конце передачи дали объявление: если кто сможет чем помочь – одеждой, обувью – администрация будет очень признательна. Конечно, детдому помогали, снабжали всем необходимым. Но детишки росли быстро, одежда изнашивалась, следить за ней особо было некому.
Татьяна Андреевна вспомнила про свое увлечение, которым последнее время не занималась: не для кого. И засела за вязание. Прошло не так уж много времени, как у нее появилось несколько пар варежек, шарфов и теплых шерстяных носков.
Она уложила все это в большой пакет и отправилась по адресу, который записала после просмотра передачи. Январский ветер дул в лицо, пытался забраться за воротник, в рукава, словно внушая: «Ну, куда ты отправилась в такую погоду? Иди домой под тёплое одеяло!». Женщина зябко поёжилась, но не поддалась упрямому ветру.
«Мне, кажется, сюда», – подумала она. Прошла через ворота и, ответив охраннику с какой целью прибыла, осторожно поднялась по скользким ступеням.
За дверью оказалось довольно просторное помещение, заставленное стеллажами. Добротная женщина в синем халате и со шваброй двинулась ей навстречу. Узнав цель визита, громко крикнула в сторону обитой дерматином двери:
– Дина Борисовна, тут к вам пришли.
Вышла еще одна, помоложе, в белом халатике и на каблучках.
– Здравствуйте. Вы ко мне? – очень приветливо и с улыбкой спросила она.
– Да, наверное. Я вот навязала ребятишкам теплых вещичек, - сказала Татьяна Андреевна и выложила из пакета свое вязание.
Наступила тишина, обе женщины, взяв в руки шарфики и носочки, рассматривали их.
– Может, я зря пришла, – вдруг засомневалась посетительница. – Я ведь человек маленький, пенсионерка. А с нашей пенсии не очень-то разбежишься. Но у меня еще есть хорошая пряжа, тёплая. Я могу и свитерочки связать, если размеры скажете. Вдруг пригодятся?
Её взгляд стал жалобным и просительным, как будто она ждала милости, а не предлагала помощь.
– Конечно, пригодятся! – воскликнула Дина Борисовна и улыбнулась.
От этой улыбки у Татьяны Андреевны мигом прошли все сомнения, пропала неуверенность.
– Замечательные вязаные вещи! Просто чудо! С такими никакой холод нашим ребятишкам будет не страшен. Знаете, свитера – это, наверное, слишком. Достаточно будет и жилеток теплых, любых размеров. Можно еще шапочки. Спасибо вам, добрая вы женщина.
На душе у Татьяны Андреевны стало легко и светло. Значит, не зря старалась! Она пообещала связать побольше шарфов, варежек, носков и шапок, а потом взяться за жилетки.
Домой возвращалась в прекрасном расположении духа, зашла в магазин за продуктами и спешила к себе, чувствуя какую-то важность и даже ответственность! Подойдя к подъезду, поздоровалась с соседкой с первого этажа, выгуливающей собачку.
Но тут дверь резко распахнулась, из подъезда выбежала маленькая девочка, а за ней ее мама, чуть не сбив Татьяну Андреевну с ног. Та аж покачнулась, еле удержавшись на ногах, когда она задела ее плечом! Приостановилась с заплаканным лицом:
– Ой, извините, пожалуйста, я нечаянно! – и тут же громко: - Наташа, а ну вернись, я тебе сказала! – и побежала за ребенком.
Соседка лишь покачала головой и сочувственно произнесла:
– Бедная Анька, одна с дитем мается.
– Почему одна? – удивленно спросила Татьяна Андреевна.
– Так муж у нее погиб… там, - совсем тихо добавила она, и сразу стало ясно, где там.
Сердце сжалось в груди. Действительно, бедная молодая женщина. Как тут не посочувствовать.
Дня через два Татьяна Андреевна снова встретила их, Анну с дочкой. Они возвращались домой из садика. Обе невеселые, лица понурые. Когда поравнялись, молодая женщина снова извинилась:
– Я не очень вас тогда задела? Простите еще раз. Дочка у меня такая непоседа.
– Ничего страшного, бывает. Тебя ведь Аня зовут?
Молодая женщина повернула к ней бледное, совершенно несчастное лицо.
– Да. А вас? Я знаю, что вы с третьего этажа, только вот не познакомились еще.
– А меня Татьяна Андреевна. Анечка, я знаю про вашу беду...
В серых глазах Анны мелькнула такая боль, что у Татьяны сдавило сердце. «Чего я лезу в чужую душу?!» – подумала она, собралась было извиниться и идти дальше своей дорогой.
Но женщина внезапно заговорила:
– Да, мы с Наташей остались одни, - она всхлипнула и заплакала.
Татьяна Андреевна подошла поближе и обняла её за плечи.
– Я понимаю вас с дочуркой, поверь мне.
Бледное лицо Анны осветило подобие грустной улыбки.
– Не знаю, как жить дальше. Понимаю, что ради дочери надо постараться, а сил нет, душевных сил ни капельки.
– Ну что ты, милая. Мне вот восьмой десяток пошёл, а я всё живу, живу... А у тебя есть чудесная дочурка, и душевные силы найдутся, вот увидишь. Кстати, ты умеешь вязать?
Анна посмотрела на нее удивленными глазами, на которых ещё не высохли слёзы.
– Вязать?.. Нет, не умею. Меня в детстве бабушка пыталась научить, но я была такой непоседливой, как Наташа. И ничего не получалось у меня.
– А хочешь, я тебя научу? Будешь вязать своей дочурке красивые свитера, жилетки, шапочки, носочки. Это совсем не сложно, но от грустных мыслей отвлекает, да и пользу приносит. Пойдемте ко мне, поговорим, если не торопитесь?
Как будто услышав слова пожилой соседки, малышка сказала:
– Мам, я пить хочу!
– Вот и чудесно! Пошли ко мне чай пить! – вновь предложила Татьяна Андреевна.
Она подхватила немного растерянную Анну под локоть и довела до своей квартиры. Они долго пили ароматный чай с травами, маленькая Наташа уже играла на ковре с разноцветными клубками, как с котятами.
И с тех пор так и повелось. Почти каждый вечер Анна с дочкой приходили к этой доброй женщине, в квартире которой появились и игрушки, и детские книжки, купленные ею. Женщины чаёвничали, с интересом беседовали и принимались за работу.
За вязанием хорошо говорилось, будто слово за слово на невидимые спицы разговоры нанизывались, как петельки. А невидимая нить связывала этих женщин, объединяла. Спустя две недели Татьяна Андреевна отвела Анну в детский дом и познакомила с Диной Борисовной.
– Вот, моя помощница. Теперь в четыре руки мы больше пользы принесем вашим ребятишкам, - сказала она.
– Нашим с вами ребятишкам, - поправила ее улыбающаяся заведующая и поблагодарила за обновки, среди которых были вещи, связанные уже Аней.
Зима подходила к концу, но по утрам лужи на тротуарах затягивались хрусткой ледяной корочкой. Татьяна Андреевна только что вернулась из магазина, чуть не упав на скользкой дорожке. Решила к вечеру испечь пирожки и решала, какую начинку приготовить, когда раздался звонок в дверь.
Гостей днем она не ждала, поэтому удивилась, пошла открывать. На пороге стояла Анна. Её лицо казалось взволнованным, лёгкий румянец покрыл щёки.
– Татьяна Андреевна, я к вам с огромной просьбой, – произнесла она, переступив порог.
– Что случилось?
– Мне нужно срочно уехать, очень важная и интересная командировка! Но я не могу взять с собой Наташу. Далеко очень и хлопотно. А родители мои в Краснодаре живут. Вы не согласитесь присмотреть?
– Ну, о чем разговор! Конечно, соглашусь. И в садик буду отводить, и забирать вечером. Поезжай, конечно, раз надо.
– Правда? Спасибо вам огромное, Татьяночка Андреевна! – не сдержав радость, Анна обняла соседку и поцеловала в щёку.
Анна ещё долго рассыпалась в благодарностях. А Татьяна удивлялась и радовалась одновременно тому, как изменилась эта молодая женщина. Ни следа не осталось от былой бледности. Лицо отражало массу живых эмоций. Губы то и дело трогала улыбка, глаза, хоть и грустные еще, но будто светились изнутри.
«А она ведь красавица!» – радостно подумала Татьяна Андреевна, как будто в этой красоте была и её заслуга. И пригласила их с Наташей на пирожки.
Пожилая женщина, ощущая душевный подъём, обдумывала, чем будет кормить маленькую Наташу, куда будет водить гулять при хорошей погоде, какие сказки будет читать ей перед сном.
Судьба сделала ей чудесный подарок, о котором она и не мечтала, – хоть на несколько дней почувствовать себя бабушкой. Радостные мысли крутились в голове.
Ещё не старые, ловкие руки продолжали неустанно трудиться: металлически позвякивали спицы, вывязывались петли, тянулась длинная шерстяная нить к клубку, а душа незаметно приплетала к ней нерастраченное за жизнь тепло.
Неделя пролетела быстро. Наташа оказалась не такой уж и непоседой, послушная, славная девчушка.
Они вместе ждали возвращение мамы, которая вернулась возбужденной, проделавшей свою важную работу с отличным результатом. В руках она держала пушистого голубого зайца для дочки и большой пакет с пряжей.
– Вот, накупила нам с вами. Будем вязать для деток. Спасибо вам за все, тётя Таня! Вы вернули меня к жизни.
На руках у нее сидела счастливая девочка, обнимая маму за шею, в глазах светились радостные огоньки, которые, как звездочки согревали пожилую женщину, теперь уже и не одинокую, счастливую от того, что у нее появилась небольшая, но дорогая сердцу семья.
А еще их с Аней ждут там, где живут маленькие ребятишки, нуждающиеся в их тепле и заботе. Разве это не счастье?!
- Спасибо всем, кто прочитал этот рассказ. Я надеюсь, доброта этой женщины затронула вас, дорогие читатели.
- Все мы живем среди людей или, как любит говорить одна моя читательница, в социуме. И это просто обязывает нас прислушиваться к чужой беде, помогать тому, кому плохо. Уважать окружающих и уметь общаться.
- Буду признательна за отзывы, лайки и комментарии!