Девушку схватили, когда она завязывала шнурки на сандалии. Едва она приподнялась, как кто-то крепко сжал ей рот и попытался взять за руку. Несчастной стало страшнее вдвойне, когда она увидела, что Олли, стоящий в конце переулка, уже ушел, а из зажатого рта вырывается только приглушенное мычание. Неожиданно Ника почувствовала на запястье жар акиров, и страх постепенно начал отступать, оставляя после себя желание бороться. Недолго думая, она со всей силы впилась зубами в ладонь. Девушка с удовлетворением услышала, как противник тихо взвыл от боли, и этот звук заставил ее еще сильней сжать челюсти. Секунда – и рука отпустила ее, однако другая продолжала крепко держать за запястье. Набрав в легкие побольше воздуха, Ника завизжала так, что сама удивилась своему голосу. Ей показалось, что это голосит какая-то другая девица, волей случая оказавшаяся в этом же переулке, лишь боль в горле, нехватка воздуха и полный ужаса вопль «ОЛЛИ!» доказали ей, что кричит она сама. Ника принялась вырываться с утроенной энергией, ей показалось, что еще немного – и она на свободе, что тиски, сжимающие запястье, разожмутся, но нет. Ниоткуда возник еще один человек, он помог держать трепыхающуюся девушку, а первый, негромко выругавшись, снова зажал ей рот. Сопротивляться против двоих было сложнее, однако отчаянная путешественница не уставала попытки освободиться.
Вот в переулок влетел Олли, и Ника принялась с новыми силами лягаться и царапаться. Кусаться больше не получалось, нападающим удалось закинуть ей голову так, что девушка при всем желании не могла работать челюстями, но вот ногти девушка беззастенчиво пустила в ход. «Надеюсь, мои вопли услышал не только Олли!» - подумала она, не переставая отчаянное, сопротивление.
Едва завидев подругу, парень со всех ног бросился на помощь. Он не представлял, что и как будет делать, единственная мысль, вившаяся у него в голове, во весь голос орала: «Ника в беде, Ника в опасности, Нике требуется помощь!». Однако Олли не пробежал и половины пути, как будто налетел на невидимую стену. Он как подкошенный рухнул на землю, не понимая, что происходит. Подняв голову, он увидел, что один из насильников оставил Нику и смотрит прямо на него, вытянув перед собой руки. Поднявшись на ноги, парень было бросился на человека, но опять не смог сделать и нескольких шагов, ему снова как будто поставили подножку, а затем он почувствовал такую боль, что дыхание перехватило. Олли давно, очень давно не били, он успел совершенно отвыкнуть от этого ощущения, и сейчас память лихорадочно подкидывала пареньку воспоминания, связанные с его прошлой жизнью. Юноша вспомнил это отвратительное чувство, когда болят ребра и легкие, когда нельзя ни вдохнуть, ни выдохнуть, и все, что ты ощущаешь, это боль. «Именно так бывало, когда меня в солнечное сплетение били» – подумал Олли, поднимаясь на колени и глядя на паршивца с расставленными руками. «Вот засранец! Вместо того, чтобы лично сражаться, он свою магию применяет! Нет бы самому руки марать! Если бы все было честно, у меня был бы хоть малейший шанс победить, а так я даже подойти к нему не могу! Боги былые и грядущие, что делать?! Остается надеяться, что Ника сумеет вырваться из хватки одного из них!». Сделав пару шагов, несчастный с тихим стоном снова повалился на землю – очередной удар пришелся в живот. Затем Олли уже и не считал, куда и сколько раз его ударили, парнишке казалось, что его избивает целая толпа.
Ника, видя мучения друга, принялась еще сильнее крутиться, вертеться и лягаться. Ее держал лишь один человек, и у девушки появился шанс освободиться. Запястье болело от сжимающих его клещей, однако она сумела вывернуть голову в нормальное положение и снова заорать.
На этот раз помощь появилась безотлагательно. В переулок влетел вихрь в виде Кенты, который тоже влетел в невидимую стену. Но, в отличие от Олли, которого, похоже, продолжали бить, стражник не растерялся. Крутанувшись на месте, он растворился в воздухе, переметясь буквально на метр, оказавшись прямо за спиной мучителя Оливера. Казалось, что в нем проснулся настоящий зверь, его взгляд горел, а ноздри вздымались. Все говорило о том, что парень разозлился.
Обуреваемый ледяной злостью, чувствуя каждый сантиметр площади, каждую пылинку вокруг, Кента контролировал любое движение противника. Оттолкнувшись от мостовой, парень прыгнул на врага. Человек в черном, как и следовало ожидать, отпрыгнул в сторону, хитро ухмыляясь. Резко подскочив с места, соперник кинулся на парня. В его руках сверкнуло что-то круглое и острое. Кента, в голове которого был четкий план действий, сделал вид, что не ожидал подобного и, отскочив, специально оступился, чтобы дать время для нового броска. Казалось, что Кента решил поиграть, для него это было скорее развлечением, чем опасностью. Они упали на камни мостовой, Кента оказался сверху. Не упуская такой возможности, он два раза ударил парня в черном по лицу. Он бы продолжил методично избивать врага, если бы тому каким-то чудесным образом не удалось скинуть с себя здоровяка. Откатившись в сторону, но встал на ноги принимая позу для атаки.
Переулок был как будто огорожен незримой стеной, мешающей кому-либо пройти в его центр, в круг, где стояла Ника и держащий ее человек, однако Кенте и Олли это удалось. На шум драки в подворотню прибежали Лу и Марв. Какая картина предстала их глазам! Кента сцепился не на жизнь, а на смерть с незнакомым человеком в черных одеждах, рядом с ними чуть живой Олли со стоном перекатился на живот, а чуть дальше еще один верзила держит крепкой хваткой отчаянно вырывающуюся Нику. Открыв от удивления рот, Лу, подумав не дольше секунды, бросился вперед, и точно так же, как и Олли до него, грохнулся на землю, будто влетев в кирпичную кладку. Марв всегда был куда осторожнее, он подбежал к приятелю, уже принявшему сидячее положение. Друзья принялись исследовать воздух, ища в нем лазейку, но пересечь черту они так и не сумели.
Ника усушала, как у нее над ухом прошептали какое-то проклятие, и человек, с которым она боролась, попытался скрутить девушку. Ей снова зажали рот, но овладеть собой она не позволяла. Не для того Кента с таким ожесточением дерется со своим противником, не для того Олли, чуть живой, упрямо ползет в ее сторону, не для того Лу и Марв прыгают по всей улочке, пытаясь прорваться! Раз друзья приложили столько усилий, значит, и ей нельзя сдаваться! Нахмурившись, девушка попыталась завести свободную руку назад, решив, что лицо нападающего будет самым уязвимым местом.
Как только появился опытный воин, Олли почувствовал, что его оставили в покое. Болело все тело, по парню будто прошелся табун лошадей, а во рту был металлический привкус крови. Нападавших было двое: один все еще пытался обуздать Нику, а второго избивал Кента, повалив противника на землю и сев на него верхом. Встав на колени, Олли пополз к подруге. Ему было плохо, у него все болело, но Ника нуждалась в помощи. Она продолжала, подобно угрю, выворачиваться из хватки. Вот она решила достать до лица нападающего, протянула руку, то ли желая расцарапать его острыми ногтями, то ли захотев стянуть с него черную маску, и налетчик не преминул попользоваться ситуацией. Он перехватил девушку, одной рукой схватив за косу, выбившуюся из-под платка, в другой же сверкнул кинжал. Увидев это, Олли зарычал, и, собрав волю в кулак, бросился к цели.
Паренек изо всех сил подбирался к подруге, с трудом преодолевая последние метры. Он видел ужас, застывший в глазах Ники, и если бы было дыхание паренек бы крикнул ей что-то ободряющее. Юноша уже готовился броситься на мразь, державшую его сестренку за волосы так, что несчастная взвыла от боли, он был готов на все, лишь бы это животное отпустило девушку. Олли прыгнул – и в эту же секунду человек в черном, а вместе с ним и Ника, которую он все-таки сумел взять поперек талии, растворились в воздухе, а паренек с разбегу влетел в стену.
Противник Кенты, побитый, весь в крови, сумел-таки выползти из-под громилы и бросился в противоположную от гостиницы сторону. Воин-майнэсу с ревом кинулся за ним, но беглец успел уйти с места преступления. Барьер, отделяющий поле боя от всей остальной Сарды, растаял, и остальные путешественники сумели попасть на середину улицы. Лу со всех ног подскочил к Олли, стоящему на коленях у того места, где только что держали Нику. На земле валялся разорванный браслет, подвески, висевшие на нем, слетели и были слегка утоптаны в землю.
- Ника… Ника… Они забрали Нику… Они забрали ее… Мою Нику… Мою сестренку… – чуть слышно шептал Олли, глядя в пространство.
У Лу не было сил на слова. Ему было страшно за подругу, ему было безумно жалко лучшего друга, а еще ему до ужаса хотелось найти ублюдков, посмевших напасть на девушку посреди бела дня. Юноша опустился рядом с другом, со страхом глядя на браслет, который так приглянулся его спутнице. С тяжелым сердцем он собрал подвески. Три цветка, сердечко, которое было все еще теплым, кулон с изображением дерева. Все, что осталось от Ники. К ребятам тихо подошел Марв и опустился в песок. Каждый из них не мог вымолвить ни слова.
Олли едва ли не выл от горя. На физическую боль ему было плевать, он больше не чувствовал ни тянущего ощущения в животе, ни мучений при каждом вдохе, ни медленно заплывающего глаза, зато душа его в буквальном смысле металась. Он не смог защитить ее, он позволил им украсть Нику, он просто валялся на земле, тихо постанывая, в то время как надо было всеми силами рваться вперед, спасать ее, вытаскивать из лап того урода! Что теперь с ней будет? Они убьют ее или наоборот, оставят для себя в качестве забавной игрушки? Скорее всего второе, девушка юная, хорошенькая, зачем такую зазря убивать, когда можно получить куда больше пользы от живой? От этой мысли Олли горестно взвыл, подняв голову к голубому небу.
- Это я во всем виноват! – крикнул он, чем вывел из оцепенения приятелей. – Это я виноват! Моя вина! Если бы не я, она была бы с нами! Если бы не я, с ней бы ничего не случилось! Если бы не я, она бы была дома, с тем, кто в состоянии ее защитить! Как я мог потащить вас сюда?! Как я мог привести вас в Сиорн?! Как я мог лично выкопать могилу Дирку и Нике?! Боги былые и грядущие, ну я и осел! Почему я не послушался вас, когда вы отговаривали меня от всего этого?! Почему я не заставил себя остаться в Краллике?! Почему, почему, почему, почему?! Ника, моя Ника… Что с ней теперь будет?! Что будет с Дирком?! Я виновен в том, что их забрали!
- Олли, тихо, пожалуйста, не надо так, ты ни в чем не виноват! – Лу попробовал хоть как-то успокоить друга, но тот даже слушать ничего не хотел. На его шум явился вконец убитый Кента и опустился напротив. Лу тем временем взял друга за руку, пытаясь привести в чувства. – В чем ты виноват? В том, что не обладаешь силой местных жителей? В том, что не смог нормально бежать после того, как тебя избили? В том, что не успел выхватить Нику в последний момент? В том, что не умеешь даться, как Кента? Ты не мог всего этого предвидеть и исправить, это не в твоих силах, все, что можно было ты сделал. Мы с Марвом так и не смогли прорваться к вам, пока тот урод, которого мутузил Кента, не растворился в воздухе, в той части улицы была какая-то невидимая стена, а так бы мы сразу кинулись спасать Нику.
- Бедная наша девочка… – прошептал Марв, тихонечко всхлипывая. Он был очень привязан к девушке, за время путешествия он понял, насколько добрым, преданным и заботливым другом она является. А теперь ее украли, будто она была чем-то неодушевленным. – Что же делать? Как нам ее спасать? Кента, тебе не кажется, что тот человек принялся резать ей вены? Я видел кинжал в его руке, когда они исчезли…
- Нет, вены он ей не резал, ему надо было избавиться от амулетов. – грустно буркнул стражник. – Акиры являются исключительно женским оружием. Эти подвески носят все девчонки, но вот для самообороны используют крайне редко. Девушки-майнэсу могут буквально напичкать себя этими маленькими помощниками так, что к ним и подобраться нельзя, вот эти гады и решили на всякий случай перестраховаться. Теряя контакт с человеком, акиры прекращают работать, можно делать с жертвой все, что душе угодно. Ваша Ника так брыкалась, что поймать ее полностью так и не получилось, вот гаденыши и возились долго. Им было достаточно просто покрепче ее схватить, чтобы переместиться с ней, но мне редко удается видеть простую девчонку, не проходившую обучение, которая может так долго сопротивляться!
- Что же нам делать?
- Я не знаю… Для начала пойти в гостиницу, а затем обращаться к Хироши Араки. Ситуация вышла из-под контроля, мы уже двоих потеряли, причем Нику грубым образом похитили. Надо решать, как быть дальше, и искать, спасать ваших друзей. Орри, пойдем, надо, чтобы тебя доктор посмотрел, тот ублюдок хорошо тебя обработал. Можешь идти? Так, где мне тебе врача искать…
- Не надо искать, я лекарь, уж с чем с чем, а с ушибами и синяками я справиться сумею.
Олли молча сидел на земле, глядя в одну точку. Он как будто не слышал слова друзей, погруженный в свои мысли, однако когда Лу осторожно поднял его, не стал проявлять особых возражений. Юноша как будто не понимал, что происходит, он находился в своем мире, когда ребята в скорби вышли из переулка. Последним шел Марв. Бросив последний взгляд на то место, где исчезла Ника, изобретатель с тяжелым сердцем засеменил за приятелями.