— Пап, а кто такая Лиза? Почему ты с ней в отеле встречаешься? Только не ври, что это твоя коллега или заказчица — я переписку вашу читала! Пап, как ты мог? Как ты мог поступить с мамой? Она же надышаться тобой не может, она на тебя как на бога смотрит! Или ты сам ей признаешься, или я маме все рассказываю! Все, пора прекратить этот балаган!
***
Ирина сидела за кухонным столом, поджав под себя одну ногу, и лениво листала конспекты по макроэкономике. В окна кухни, выходящие на тихий московский дворик, вовсю било майское солнце, высвечивая мелкие пылинки, танцующие в воздухе.
— Ир, ты опять за учебниками? Суббота же, — мать обернулась от плиты, поправляя выбившуюся прядь светлых волос. На ней был смешной фартук с надписью «Лучшая хозяйка галактики», подарок отца на восьмое марта. — Сходила бы прогулялась. Погода — просто подарок.
— Мам, у меня зачет в понедельник. Если завалю, Громов меня живьем съест, ты же знаешь, — Ирина улыбнулась, глядя на мать.
Мать выглядела счастливой. В свои сорок семь она сохранила ту девичью легкость в движениях, за которую, как всегда говорил отец, он и влюбился в неё с первого взгляда. Она постоянно что-то напевала себе под нос, двигалась по кухне плавно, словно в каком-то только ей слышном ритме.
— Папа твой ещё спит? — мать кивнула в сторону коридора.
— Не, в душ пошел пять минут назад. Слышишь, вода шумит?
— Точно. Слушай, мы тут с ним обсуждали... У нас же через две недели серебряная свадьба. Двадцать пять лет, Иришка. Даже не верится. Кажется, только вчера я в том нелепом платье с рюшами у загса стояла.
Ира рассмеялась:
— Платье было отличное для девяностых, мам. Ретро-шик.
— Ой, скажешь тоже, — мать махнула рукой, но по её лицу было видно, что воспоминания ей приятны. — Мы решили, что не будем устраивать огромный банкет. Снимем тот маленький ресторанчик на набережной, где мы отмечали твоё совершеннолетие. Позовем только своих. Человек пятнадцать, не больше. Папа обещал сегодня забронировать столик.
— Классная идея. Он, кстати, вчера цветы притащил? Я видела в гостиной огромный букет лилий.
— Притащил, — мать нежно улыбнулась. — Без всякого повода. Просто зашел в магазин по дороге с работы. Сказал, что они напомнили ему о нашем первом свидании.
Ира почувствовала привычный укол гордости за родителей. Подруги в универе часто жаловались на разводы, скандалы или холод в семьях, а она всегда знала: у неё дома — тыл. Настоящий. Где люди умеют любить друг друга десятилетиями.
В этот момент в коридоре хлопнула дверь ванной, послышались шаги отца. Он заглянул на кухню — взъерошенный после душа, в сером махровом халате, пахнущий гелем для душа с кедром.
— Доброе утро, мои королевы! — зычно провозгласил он, подходя к жене и целуя её в макушку. — Чем кормите? Запах такой, что я готов съесть даже сковородку.
— Садись, — Ольга легонько подтолкнула его к столу. — Ириша, передай папе салфетки.
— Пап, — Ира вспомнила о деле. — Мне нужно файл один на почту Громову скинуть, а мой ноут вчера окончательно сдох. Можно я с твоего планшета? Буквально две минуты.
Дмитрий, уже потянувшийся к чашке с кофе, кивнул:
— Да, конечно. Он на столе, под газетой. Пароль ты знаешь. Только не удали там чертежи по новому объекту, а то меня заказчики распнут.
— Не переживай, я только в почту и обратно, — Ира вытянула планшет.
Отец углубился в чтение новостей в телефоне, мать гремела тарелками, а Ира сгоняла за планшетом. Ввела четыре цифры — дату рождения матери. Быстро зашла в браузер, вбила адрес почты, но палец случайно соскользнул, задев иконку мессенджера, который висел в фоновом режиме.
Ира уже хотела закрыть приложение, когда сверху выскочило уведомление. Короткое, резкое, как пощечина.
«Жду не дождусь нашей встречи в четверг в том же отеле, мне не хватает твоих рук».
Имя отправителя — «Лиза». Рядом с именем — маленькое сердечко.
Сердце Иры пропустило удар. Она замерла, глядя на экран, и почувствовала, как к горлу подступает ком.
— Может, это по работе? — пронеслась безумная мысль. — Может, какая-то развязная клиентка?
Но большой палец уже нажал на чат.
История переписки тянулась бесконечно. Ира листала вверх, и перед глазами мелькали кадры чужой, параллельной реальности. Вот селфи: её отец, её «идеальный» папа, обнимает в машине молодую женщину с ярко-рыжими волосами. Они оба смеются. Вот фотография из какого-то загородного дома, где они жарят шашлыки. Подпись: «Наш маленький рай».
— Ир, ты чего там зависла? — голос матери прозвучал как гром среди ясного неба. — Громов уже начал строчить гневные письма?
Ирина судорожно сглотнула. Пальцы мелко дрожали, когда она нажимала кнопку блокировки. Экран погас, но перед глазами всё ещё стояло лицо этой Лизы. Совсем молодая, может, чуть старше самой Иры.
— Да... — голос Иры прозвучал хрипло. — Интернет подтупливает. Сейчас, секунду.
Она сделала вид, что возится с планшетом, пряча руки под стол. Ей казалось, что если она сейчас посмотрит на отца, то её просто вывернет прямо на скатерть.
— Дим, ты сегодня долго будешь на объекте? — Ольга поставила перед мужем тарелку с яичницей. — Я думала, может, вечером в кино сходим? На ту комедию, про которую ты говорил.
Дмитрий отложил телефон, отрезал кусок бекона и с аппетитом принялся жевать. Его лицо было спокойным, расслабленным.
— Ох, Олечка, не знаю, — он виновато развел руками. — У нас там затык с фундаментом. Скорее всего, придется задержаться. Давай перенесем на завтра? Я тебе обещаю, завтра весь день наш.
— Опять этот фундамент, — вздохнула Ольга, но без злобы, скорее с привычной покорностью. — Ладно, трудись, кормилец. Мы тогда с Иришкой, может, по магазинам пройдемся? Тебе туфли нужны новые к празднику.
— Обязательно, — улыбнулся Дмитрий. — Берите мою карту, ни в чем себе не отказывайте. Ты заслужила самое красивое платье, Оль. Двадцать пять лет — это не шутки.
Ира смотрела на него и не узнавала. Человек, сидевший напротив, выглядел точно так же, как её отец. Те же морщинки вокруг глаз, когда он улыбается. Тот же шрам на подбородке от падения с велосипеда в детстве. Но внутри него сидел кто-то другой. Чужой. Профессиональный лжец, который только что, глядя жене в глаза, соврал про «фундамент», зная, что в четверг он будет в каком-то отеле с рыжей Лизой.
— Пап, — вдруг вырвалось у Иры.
Дмитрий поднял на неё глаза:
— А? Что, Иришка? Файл ушел?
— Да... ушел. Слушай, а этот твой новый объект... Лизавета, кажется? Ты говорил, там какой-то сложный ландшафтный дизайн?
В кухне на секунду повисла тишина. Ира видела, как замерла вилка в руке отца. Всего на мгновение. Обычный человек бы не заметил, но она ловила каждое микродвижение. Его зрачки едва заметно сузились.
— Елизавета? — Дмитрий переспросил ровным голосом, даже чуть насмешливо. — Нет, дочка, ты путаешь. Объект называется «Изумрудный берег». А заказчика зовут Геннадий Сергеевич. Суровый мужик.
Он снова принялся за еду, как ни в чем не бывало.
— А, ну да, наверное, перепутала, — Ира заставила себя улыбнуться. Мышцы лица слушались плохо, улыбка вышла кривой и натянутой.
— Ир, ты какая-то бледная, — обеспокоенно заметила мать, подходя к дочери и прикладывая ладонь к её лбу. — Температуры вроде нет. Может, переутомилась? Бросай ты эти учебники, иди полежи.
— Да, мам, наверное. Голова что-то разболелась. Наверное, из-за погоды.
Ира встала, чувствуя, как ватные ноги едва держат её. Она положила планшет на стол — теперь он казался ей куском ядовитого пластика, к которому страшно прикасаться.
— Пойду к себе, — бросила она и почти выбежала из кухни.
Захлопнув дверь своей комнаты, она прислонилась к ней спиной и сползла на пол. В ушах шумело. «Мне не хватает твоих рук».
Она вспомнила, как неделю назад отец пришел поздно и сказал, что застрял в пробке. Он тогда принес маме её любимые эклеры. Мама смеялась, заваривала чай, и они сидели на кухне до полуночи, обсуждая, какую плитку выбрать для ванной. И всё это время он знал. Он помнил вкус губ той женщины, он чувствовал запах её духов, а потом шел домой и целовал маму.
Иру затрясло. Это было не просто предательство. Это было обрушение всей её вселенной. Если даже их семья — ложь, то что в этом мире вообще правда?
Через полчаса она услышала, как отец собирается на работу.
— Всё, девчонки, я погнал! — крикнул он из коридора. — Оль, не забудь позвонить в ресторан! Иришка, выздоравливай, вечером привезу тебе каких-нибудь витаминов!
Хлопнула входная дверь.
Ира подошла к окну и увидела, как его машина выезжает со двора. Она чувствовала себя шпионом в собственном доме. Врагом, который знает тайну, способную уничтожить всё вокруг.
— Ира, ты как? — в комнату заглянула мама. Она уже переоделась в домашний костюм и выглядела такой по-будничному уютной, что Ире захотелось закричать. — Я чай заварила с имбирем. Попьешь?
— Мам, — Ира посмотрела на неё, и в горле снова встал ком. — А ты... ты никогда не думала, что папа может что-то скрывать?
Мать замерла в дверях, удивленно приподняв брови. Потом негромко рассмеялась и зашла в комнату, присев на край кровати.
— Скрывать? Твой отец? Иришка, он же как открытая книга. Он даже заначку спрятать не может, я её нахожу через пять минут. Что за мысли у тебя в голове?
— Ну, не знаю. Столько лет вместе. Люди же меняются...
— Люди меняются, это правда, — мать взяла дочь за руку. — Но любовь — это не когда человек не меняется. Это когда ты принимаешь все его перемены. Мы с Витей через такое прошли... И когда денег не было совсем, и когда ты болела тяжело в детстве. Он ни разу меня не подвел. Ни разу.
Ира смотрела на обручальное кольцо на пальце матери. Тонкая золотая полоска, потускневшая от времени.
— Мам, а если бы... если бы ты узнала, что всё не так, как кажется? Что он... ну, допустим, обманывает тебя?
Мать помрачнела. Она внимательно посмотрела на дочь, и на мгновение в её глазах мелькнуло что-то странное. Тень подозрения или страха? Но она быстро справилась с собой.
— Знаешь, — тихо сказала она. — В браке есть вещи, о которых лучше не спрашивать, если не готова услышать ответ. Но это не про нас. Твой папа — честный человек. Иногда честный до боли. Помнишь, как он признался, что случайно разбил мою любимую вазу, хотя мог просто сказать, что она сама упала? Он три дня ходил сам не свой, пока не выложил всё.
«Ваза. Он признался в разбитой вазе», — горько подумала Ира.
— Ладно, мам. Просто голова болит, всякая чушь лезет.
— Отдыхай. Я пойду, списки гостей составлю. Надо еще тете Свете позвонить, а то она обидится, если мы её последней пригласим.
Когда мать вышла, Ира схватила телефон. Её пальцы быстро летали по экрану. Она зашла в соцсети и вбила в поиске «Лиза». Город Москва. Возраст примерно 23-25 лет. Друзья друзей...
Ей нужно было увидеть её. Не на маленьком экране планшета в мессенджере, а по-настоящему. Понять, кто она такая. Почему она? Что в ней есть такого, ради чего её отец готов поставить на кон двадцать пять лет жизни?
Через час бесцельного блуждания по профилям она наткнулась на неё. Елизавета Волкова. Ландшафтный дизайнер. Работает в крупном бюро. На фото — та самая рыжая девушка из машины. Острые скулы, насмешливый взгляд, ярко-зеленые глаза. На одной из фотографий она стоит на фоне строящегося дома.
Ира присмотрелась. Это был объект, который проектировала фирма отца. Тот самый «Изумрудный берег».
— Значит, Геннадий Сергеевич, да? — прошептала Ира.
Ярость, холодная и острая, как скальпель, начала вытеснять страх. Она всегда была папиной дочкой. Он учил её кататься на коньках, он забирал её из школы, когда она плакала из-за двойки по математике, он говорил ей, что она самая умная и красивая. Он был её идеалом мужчины.
И теперь этот идеал валялся в грязи, разбитый на мелкие осколки.
Весь день Ира провела в каком-то полузабытьи. Она слышала, как мама говорит по телефону, как обсуждает меню, как смеется. Каждый этот звук отдавался в голове Иры физической болью. Ей хотелось выбежать на кухню, вырвать телефон из рук матери и крикнуть: «Хватит! Перестань планировать это вранье! Никакого праздника нет!».
Но она молчала. Она не знала, что произойдет, если она скажет правду. Развод? Раздел имущества? Тихие слезы матери по ночам? Или, что еще хуже, мама не поверит ей?
Вечером вернулся Дмитрий. Он принес обещанные витамины и пакет с фруктами.
— Ну как наш пациент? — он зашел в комнату к Ирине.
Она сидела за столом, делая вид, что читает.
— Лучше, пап. Спасибо.
Дмитрий подошел ближе и положил руку ей на плечо. Ира непроизвольно вздрогнула.
— Ты чего? — он нахмурился. — Совсем заучилась? Прямо током бьешься.
— Просто неожиданно, — она заставила себя посмотреть на него. — Как фундамент? Починили?
Дмитрий на секунду замешкался, но тут же расплылся в улыбке:
— Да, пришлось попотеть. Но вроде разрулили. Ладно, пойду маме помогу с ужином. Она там, кажется, какой-то кулинарный шедевр затеяла.
Он вышел, насвистывая какой-то мотивчик. Ира слышала, как на кухне они начали о чем-то болтать, как зазвенели вилки. Обычный вечер обычной счастливой семьи.
Она открыла ноутбук и снова зашла на страницу Лизы Волковой. В ленте появился новый пост. Фотография букета лилий. Тех самых, что стояли в их гостиной.
Подпись под фото гласила: «Он знает, как поднять настроение даже в самый сложный рабочий день. Люблю».
Иру стошнило. Она едва успела добежать до туалета. Вытирая рот холодной водой, она смотрела на себя в зеркало. Глаза покраснели, лицо осунулось.
— Господи, что мне делать? — прошептала она своему отражению.
Она вышла из ванной и столкнулась с отцом в коридоре. Он шел за полотенцем.
— Иришка, ты точно в порядке? — он прищурился, глядя на неё. — На тебе лица нет.
— Пап, — она сделала шаг к нему. — Скажи... а ты меня любишь?
Дмитрий опешил. Он рассмеялся и притянул её к себе, крепко обняв.
— Ну что за вопросы, глупая? Конечно, люблю. Больше всех на свете. Ты же моё главное достижение. Моя гордость.
Ира уткнулась лбом в его колючий свитер. От него пахло дорогим парфюмом, табаком и той самой Лизой — теперь она была в этом уверена, этот едва уловимый сладковатый цветочный аромат она почувствовала еще утром.
— А маму? — тихо спросила она, не поднимая головы.
Дмитрий на мгновение замер. Его сердце под её ухом стучало ровно и спокойно.
— И маму люблю, — голос его стал серьезным, почти торжественным. — Она — моё сердце, Ир. Без неё я бы ничего не добился. Вы — две самые главные женщины в моей жизни. Поняла?
Ира отстранилась. Она смотрела в его добрые, теплые глаза и видела в них бездну. Человек может говорить такие вещи и одновременно иметь «маленький рай» на стороне. Человек может называть жену своим сердцем и снимать номер в отеле для другой.
— Поняла, — сказала она. — Я всё поняла, пап.
Она вернулась в свою комнату и закрыла дверь на щеколду. В ту ночь она так и не уснула. Она слушала, как за стеной родители ложатся спать, как затихает их негромкий разговор, как гаснет свет.
Мир вокруг остался прежним: те же стены, те же книги на полках, те же планы на лето. Но внутри Иры всё выгорело дотла. Она знала, что завтрашнее утро уже не будет пахнуть просто кофе. Оно будет пахнуть предательством, которое она теперь обязана нести в одиночку. Или не в одиночку?
Ира открыла телефон и набрала сообщение подруге: «Катя, мне нужен контакт того частного детектива, про которого ты рассказывала в прошлом месяце. Помнишь, который твоему дяде помог? Срочно».
Она нажала «отправить» и уставилась в потолок. Суббота закончилась. Началась новая жизнь, в которой её отец больше не был героем, а её дом перестал быть крепостью.
***
Воскресенье выдалось тягучим и липким, как несвежее варенье. Дмитрий, как и обещал, посвятил день семье. Они поехали в загородный парк — место, которое мама обожала за старые липовые аллеи и отсутствие шумных аттракционов.
— Смотри, Дима, — Ольга указала на лебедей в пруду. — Как в тот год, когда мы тебя, Иришка, только-только в сад отдали. Помнишь, как ты пыталась их накормить своими сандалиями?
Отец весело рассмеялся, обнимая жену за талию.
— Конечно, помню. Мы тогда еще полчаса пытались выловить обувь палкой, а Ира стояла на берегу и орала на весь парк.
Ира шла чуть позади, делая вид, что фотографирует пейзажи. На самом деле она снимала их. Спину отца, его руку, по-хозяйски лежащую на плече матери. Каждое их движение теперь казалось ей отрепетированной сценой в дешевой пьесе. Она ловила себя на мысли: «А он сейчас думает о Лизе? Сравнивает их? Или у него в голове переключатель, который он просто щелкает, возвращаясь домой?».
— Ир, ну ты чего там плетешься? — Дмитрий обернулся, щурясь от солнца. — Давай к нам, сфоткаемся втроем. Для архива.
Ира подошла. Дмитрий приобнял её, притянул к себе. Она почувствовала тепло его тела и снова это странное чувство — смесь любви и жгучего отвращения.
— Улыбочку! — пропела Ольга, вытягивая руку с телефоном.
Вспышка. На экране — идеальная семья. Счастливый отец, сияющая мать и дочь с чуть напряженной улыбкой.
— Ой, отлично получилось, — Ольга удовлетворенно кивнула. — Я сейчас в семейный чат скину, пусть бабушка порадуется.
— Скидывай-скидывай, — Дмитрий потрепал Иру по волосам. — Слушайте, я отойду на минуту? Кофе хочу, там ларек у входа был. Вам взять?
— Мне латте, — отозвалась Ольга.
— А мне ничего не надо, — Ира отвернулась.
Как только отец отошел на достаточное расстояние, она увидела, как он на ходу достает телефон. Его походка сразу изменилась — он стал собраннее, шаг ускорился. Он не пошел к ларьку сразу. Он свернул за большое дерево и замер там на пару минут, быстро перебирая пальцами по экрану.
Ира чувствовала, как внутри всё закипает.
— Мам, — тихо позвала она.
Мать в это время разглядывала клумбу с тюльпанами.
— Да, милая?
— А ты никогда не думала... ну, заняться чем-то своим? Выйти на работу? Ты же отличный переводчик, столько языков знаешь.
Мать вздохнула, поправляя сумку на плече.
— Знаешь, Ир... Раньше думала. А потом как-то всё закрутилось. Твой папа всегда хотел, чтобы дома было тепло, чтобы ужин был готов, чтобы ты росла в уюте. Он говорит, что его работа — обеспечивать нас, а моя — быть душой этого дома. И мне это нравится, правда. Я чувствую себя на своем месте.
— Но ведь это... это делает тебя зависимой от него. Полностью.
Мама посмотрела на неё с мягкой грустинкой.
— Зависимость — страшное слово, Ириша. В любви это называется «доверие». Я знаю, что за его спиной я как за каменной стеной. Зачем мне что-то другое?
«Каменная стена с трещиной во весь фундамент», — подумала Ира, но промолчала…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.