Возня, возня, возня! Вот уже неделю в Пандоре ни на минуту не утихает топот сотен ног. Подобно рокоту прилива мощной волны, ударяющейся о берег, точно небо обрушивает грома, звучали сотни испуганных, растерянных и усталых голосов. Ни на минуту не прекращались допросы, рыцарям-писарям ежесекундно приносили всё новые и новые документы. Шелестела бумага, исписанные листы летали по комнатам и, точно снежный покров, устилали тёмные бархатные ковры коридоров и зал.
Все: и мужчины, и женщины; служащие Пандоры и даже те, кто ещё не заключил легальный контракт с цепями; подростки и старики; чиновники низшего ранга, слуги и члены герцогских семей – вот уже который день, озабоченные будущем страны, проводили дни и ночи в душных, освещенных сотнями свечей залах штаба. Увы, это неудивительно. Резня в доме Ислы Юры взбудоражила всю Пандору с головы до пят. Только неимоверными усилиями Четырех Герцогских Домов удалось избежать паники и утечки информации. Да, Пандора скрыла от высшего света правду.
Оз пустым взглядом окидывал длинный коридор, плавно переходивший в просторную залу, по которой снова по поручениям рыцари. Смотрел, но будто бы ничего и не видел. Болезненная пустота пеленой легла на сердце и глаза, стёрла чувства и эмоции. Может, это и хорошо. После случившегося… Было бы больно.
- Больно, - эхо прошелестел Безариус, - лучше бы было больно.
Он так долго бежал от страданий, но сейчас пустота пугала. Хотелось плакать, но не плакалось.
- Неужели моя душа онемела?
Никто не ответил на этот вопрос, до и не услышал его. Кругом всё ещё царила паника. Главы герцогских семей едва успокаивали взволнованных рыцарей, хотя сами жили на грани отчаяния. Горе взбудоражило Пандору, но, как странно, не сплотило.
Знакомые лица мелькали перед глазами. Тенью прошёл мимо герцог Барма, больше похожий на выцветший лист.
Надо отдать должное главам Пандоры. Только поистине мужественным, стойким и сильным людям может удастся успокоить толпы разгорячившихся служащих. Приветливую леди Шерил рыцари слушались не хуже грозного и непредсказуемого герцога Барму.
И пока улыбчивая, но сильная старушка-контрактор читала ободряющие речи, попутно подписывая очередной документ, присланный «сверху», отдавая приказы более – менее спокойным рыцарям и руководя большим штатом прислуги, точно дирижёр оркестром, уже вышеупомянутый лорд Барма, опершись о стол и в задумчивости поднеся по привычке веер к губам, старательно пытался осмыслить недавние события. Нет, он не бездельничал. Все необходимые приказы уже были отданы, слуги отправлены по инстанциям. Все: от первого до последнего подчинённого - заняты поручениями. Штат герцога – давно налаженный механизм, ни разу ещё не дававший сбоя.
В эту случайно выкравшуюся свободную минутку красноволосый глава одного из самых старых родов переваривал и раскладывал по полочкам все им увиденное и услышанное в день новой кровавой трагедии.
- Что же все-таки там произошло? – в недоумении шептал он. – Шалтай-болтай… дети-контракторы… Жертвы ради абсурдных экспериментов… Исла Юра… Безумец.
При мысли о соотечественнике Барму пробирала дрожь негодования. Вот уже несколько десятилетий его Дом доказывает и поддерживает верность иностранному правителю, ум и изобретательность, надёжность, и ведь последнее всегда было основой доверия к роду красноволосого мужчины. Исла в одночасье опорочил и разрушил квоту доверия государя.
Конечно, к действиям бывшего соотечественника Руфус не имел ровно никакого отношения. Всё, что спросил Его Величество при личной встрече, догадывался ли герцог о планах Ислы или слышал что-либо. Однако нехорошие слухи поползли в высшем обществе. Косые взгляды не редко сопровождали мужчину на собраниях. Даже внутри Пандоры находились те, кто подозревал в соучастии не герцога Найтрея, а именно Барму. Оттого и в глазах Его Величества заблестел огонёк недоверия.
- Исла, пустоголовый баран, - прорычал красноволосый мужчина, прижав сильнее веер к губам.
Не только на старого знакомого злился Барма, но и на себя самого. Информация хлынула потоком, но вычленить из неё что-то цельное не представлялось возможным. Не доставало логики в фактах, недоставало фактов и доказательств, вопросов больше, чем ответов, так что выходит в море информации настоящей информации ноль процентов.
В виске немилосердно стучала жилка.
- Очередная разбитая печать. Поверженный Баскервилль, Элиот Найтрей и… Зарксис Брейк…
При имени нелегального контрактора, который служит дому Рейнсвортов, в голове Бармы опять кометой пронеслась череда смазанных картин того страшного званого вечера. Мозг жаждал ответов, тело жаждало действий, но начинать не с чего.
Подобное состояние туманной беспомощности окатило едва ли не каждого члена Пандоры.
Оз отметил для себя, что старший писарь Эрнест Хемсворт прошёл из своего кабинета в зал совещаний уже в семнадцатый раз за полчаса. В голове и груди по-прежнему пусто.
- Оз, в чём дело? – аккуратно и с опаской прозвучал рядом голос Алисы.
Безариус медленно повернулся к девочке и натянуто улыбнулся.
- Знаешь, я ведь всё это время тешил себя надеждой, что Филип попал в хорошие руки, - и без того тусклый взгляд золотоволосого юноши совсем потух, - я не смог тогда помочь его отцу.
- Но ты же был не при чём, - возразила цепь.
- Да, это так, - кивнул Оз, - Гил говорит, чтобы я не переживал, что ко мне эти люди не имели никакого отношения. Только если думать обо всех окружающих так, разве я не превращусь в эгоиста? Меня не касается, значит, не буду думать и делать. А что тогда меня касается? Разве такой мир не равнодушный и жестокий? Алиса, разве хочется в таком мире жить?
В шорохе и шуме голосов девочка молча глядела на своего контрактора взглядом, полным понимания и горечи.
- Мир всегда был таким, - глухо отозвалась Алиса, - сколько себя помню, каждого волновал только он сам.
- Сколько же судеб поломала такая философия? – Оз повернул голову к окну, за которым ветер трепал кроны деревьев.
Мимо в восемнадцатый раз прошёл Эрнест Хемсворт.
- Но знаешь, Оз, - Алиса снова обратила взгляд на юношу, - ты хотя бы пытался им помочь. Я имею в виду того мальчика-контрактора. Едва сам не погиб, чтобы его спасти. Значит, ты живешь не по философии эгоиста. Вот почему с тобой так весело.
Краски стали немного теплее.
- К тому же ты не всё на свете можешь. Даже я, цепь высшего уровня, и то имею пределы, - Алиса по свойственной ей привычке сложила руки на груди и громко фыркнула, - хватит киснуть. Не всё так ужасно. Кое-что ты смог сделать. И сдаётся мне, это очень даже не мало.
Звуки и краски сделали чёткими. В груди сжалось, в уголках глаз защипало. Больно. Хорошо.
- Спасибо, Алиса, - неподдельно улыбнулся Оз, - мне и впрямь полегчало.
- Ага, - кивнула девочка, - в этом хаосе кошмара всё-таки есть и хорошие новости.
Эрнест Хемсворт прошёл в зал совещаний девятнадцатый раз.
***
То, что случилось утром двумя днями позже, Оз Безариус ждал с замиранием сердца.
- Господин Оз! Господин Оз! – раскрасневшаяся Шерон вихрем ворвалась в комнату.
Едва не выронив раскрытую на той же странице, что и вчера, книгу, Оз с удивлением воззрился на младшую Рейнсворт. Подобное поведение нехарактерно для утончённой деликатной принцессы. На секунду сердце застыло, прежде чем Безариус решился встретить взгляд девушки. В нём впервые за последние несколько дней сияла радость.
- Господин Оз, он очнулся!
- Очнулся? – недоумённо повторила Алиса. – Ты о ком, сестрёнка?
Несколько мгновений Оз пытался осмыслить сказанное. Ещё через мгновение сорвался с места и стремглав помчался к одной комнате. Комнате, до которой ему всё недоставало смелости дойти.
Золотоволосый дворянин мчался, расталкивая на бегу служащих Пандоры, не замечая летевших вслед недоумённых возгласов, сердце стучало барабанной дробью, солнце слепило глаза, и даже Эрнест Хемсворт не казался больше серой угрюмой мухой.
Дверь отлетела в сторону, едва не сорвавшись с петель. И этого Оз не заметил, как не заметил едва не получившего разрыв сердца лекаря. Сделав два шага, юноша замер. Медленно, точно боясь поверить, он переводил взгляд с пухового одеяла на лицо человека, лежавшего на кровати. Жив. Всё, что пронеслось в голове. Он жив.
- Элиот, - выдохнул Безариус.
Как не хотелось верить, что Элиот – контрактор. Слова отрицания до сих пор крутились в голове, эхом отдавались в ушах. Последнюю неделю вместе с образом лучезарно улыбавшегося Филиппа в вихре огня перед глазами стояла картинка хаоса, разрушения, пожара, а среди всего этого истекавший кровью Элиот, умиравший со счастливой улыбкой на губах.
Гил на силу вытащил молодого господина из подземелья. Оз совсем не понимал, что происходит, кто и что говорит, который час и где он находится. Не сразу удалось собрать сознание в целое, а после бледный и усталый Гилберт одними губами выговорил: «Элиот жив, но прогнозов лекари не дают». Госпожа Шерил назвала его спасение настоящим чудом. Неминуемая гибель не настигла первого контрактора Шалтая. Однако тело серьёзно пострадало, а потому выживет ли Элиот Найтрей, не мог сказать никто.
Он жив.
- Что? – наконец первым нарушил молчание младший Найтрей. – Может, скажешь уже что-нибудь внятное? Своё имя я уже услышал десять раз.
- Я рад, что ты жив, - мягко произнёс Оз.
- Да.
Несколько минут они просто глядели друг другу в глаза. Элиот Найтрей никогда не любил пустые разговоры, а Озу Безариусу достаточно было сейчас улыбаться от души.
- О, и впрямь очнулся! – воскликнула позади золотоволосого Алиса, так что Оз невольно подпрыгнул, а Элиот дёрнулся в кровати и больно стукнулся затылком об изголовье. – Ты гляди! Не помер! Живучие вы.
- Мастерица тёплых речей, - выдавил Элиот, потирая ушибленный затылок. – Умеешь подбодрить.
- Естественно! – Алиса горделиво вскинула голову. – Оз, я так и не поняла, это хорошо, что он жив? Или очень плохо и надо добить?
Хохот прорвался наружу, и дворянские отпрыски схватились за животы.
- Алиса, это очень хорошо, - мягко ответила Шерон, спокойно прошествовав в комнату, - наш товарищ чудом спасся. Думаю, в череде несчастий наконец-то засиял луч надежды. Всё так, господин Найтрей?
- Не знаю, надежда ли – моё спасение, - серьёзно проговорил Элиот, - но если на одну смерть в ту ночь было меньше и этому рады, я рад.
- Рады ли вы своему спасению? – ещё один знакомый голос послышался позади принцессы.
Шерон почтительно отошла в сторону, пропуская вперёд свою бабушку. Герцогиня держалась как всегда прямо и уверенно, а её взгляд будто проникал в самое сердце. Тень пробежала по юношескому лицу Найтрея.
- Пока… не могу этого сказать.
- Тогда позвольте вас немного порадовать, - прежде чем говорить, Шерил украдкой посмотрела на Оза, - те контракторы Шалтая, что не пострадали и не погибли до разрыва контракта, как и вы, пришли в себя и, похоже, идут на поправку.
Что-то внутри Оза дрогнуло, Безариус коротко улыбнулся и снова сник. То же произошло и с младшим Найтреем.
- В чём дело? Вы не рады? – спросила Шерон.
- Я рад, хотя контракты заключались без моего ведома и участия. Не это меня гложет, - покачал головой Элиот, - я… я ведь…
И так было ясно, что он хочет сказать, потому никто не торопил.
- Я…
- Эли!
Басовитый рёв на сей раз подбросил на месте даже старушку-контрактора. Под яростное шипение: «Ах ты бесполезная пустая водорослевая башка! Я же испугалась!» - Гилберт одним махом очутился у постели брата и стиснул его худые ладони своими, большими и жилистыми.
- Эли, прости! Я должен был заметить! – тараторил Гил пополам с рыданиями. – Я ведь сам контрактор и должен был почувствовать. Прости, что так долго не замечал!
- Кое-что не меняется, - улыбнулся Оз и похлопал слугу по плечу, - ты как всегда винишь себя во всём подряд.
- Кто бы говорил, - хмыкнул Элиот и положил ладонь на голову старшего брата, - Гил, успокойся, ты ни в чём не виноват. Слышишь меня? Скажу это только раз. Спасибо.
- Что ж, думаю, господину Найтрею нужно отдохнуть, чтобы полностью поправиться, - сказала Шерил, - у нас ещё много дел. Верно, Шерон?
- Да, бабушка, - кивнула принцесса, - Алиса, не хочешь ли чаю?
Озу очень хотелось многое сказать Элиоту, но сейчас братьям нужен был свой, личный разговор. Дверь за Безариусом на сей раз тихо затворилась. Лёд, сковывавший мозг и сердце, треснул, как по весне. Ледяной обруч разжался, дышать стало легче. Наследник Дома Безариус глядел вслед удалявшейся принцессе и думал, как хорошо, что их разбитая компания снова оживилась. Только почему Шерон повернула налево? Комнаты отдыха и кабинет госпожи Шерил в другой стороне.
***
Элиот поправлялся на удивление быстро. На теле не осталось и следа от печати порока, ни единой раны или шрама. Лекари недоумевали, разводили руками и не находили столько быстрому восстановлению объяснений, равно как чудесному спасению младшего Найтрея.
Появление члена герцогского Дома, над котором нависла тень подозрений и обвинений, вызвала у членов Пандоры противоречивые чувства. Одни воодушевились, прочие косились с подозрением. Никаких распоряжений по отношению к Элиоту ещё не поступило, но совершенно очевидно, впереди череда допросов.
Пока рыцари сновали из кабинета в кабинет, контракторы едва успевали вытирать пот со лба после очередного задания, в совещательной зале свет не гас ни на минуту, герцог Барма по-прежнему решал головоломку.
Герцогиня детально описала то, что было ей известно о спасении Элиота Найтрея. После непродолжительной беседы Барма час массировал переносицу, ибо голова гудела и отказывалась сотрудничать. Логика трещала по швам, факты противоречили друг другу. Мучительную сумятицу усугубляла явная недосказанность в речи Шерил. Спрашивается, что она скрывает от Руфуса? У них не было тайн с момента знакомства.
Безрадостные размышления мужчины прервал внезапно раздавшийся стук в дверь.
- Герцог? Вы позволите? – послышался за дверью учтивый голос Оза.
- Входи, юный Безариус. Пусть все войдут. Есть разговор.
Дверь с еле слышным скрипом отворилась, и в просторную комнату, служившую также кабинетом, вошел задумчивый Оз, следом за ним как всегда неотвязно шествовала недовольная Алиса, растерянный Гил, спокойная Шерон, катящая коляску с пожилой леди Шерил. Последним вошел Элиот.
- Прекрасно, - заключил Барма, оглядев вошедших, - все в сборе. Тогда начнем наше небольшое совещания. Я хочу до конца прояснить события в доме Ислы Юры и все нелегальные контракты.
- Тогда почему бы тебе первым ни рассказать, что ты увидел в доме старого знакомого? – Шерил хитрыми глазами внимательно посмотрела на герцога. – Ты ведь там был, не так ли, Руфус?
- Герцог… Барма, - огорошено вымолвил Оз, - но ведь в этот день вы должны были дежурить в штабе. Вы были в доме Ислы.
- Да, Шерил права. Я был там.
- Так почему не помогли? – Алиса волком уставилась на иностранного дворянина. – Руки марать не хотелось?
Резко раскрыв свой стальной веер, красноволосый герцог наставил его на цепь. Так ничуть не смутилась, продолжая с вызовом глядеть на оппонента.
- Если ты хочешь упрекнуть меня в бездействии, не выйдет. Я не привык действовать наобум. Однако даже будь у меня больше времени, я не смог бы что-то сделать. К тому время, как я смог добраться из штаба, не привлекая внимания, всё, что мне оставалось, разглядывать картину уже совершившегося.
Мужчина замолчал. Закрыв веер, он медленно прошёл вдоль длинного письменного стола, поглядел на стопку старых отчётов Лиама и снова заговорил:
- Поздно вечером я просматривал документы по делу разбитой печати и Охотника за головами. Внезапно почувствовал активность нескольких мощных цепей. Это было явно не близко. Меня насторожила сила импульса, и я тут же помчался из Пандоры прямиком в дом Ислы Юры. Где бы ещё творился кавардак? Меня встретил пожар, крики о помощи и десятки убитых гостей. Кто ещё был жив, в ужасе покидали пропахший кровью дом. Я отправился туда, где по моим ощущениям находился Шалтай-болтай. На полпути нахлынуло мощное чувство – Кровавый Кролик пробудился. Ещё минута, и взрыв. Так как печать была уничтожена, поимка цепи и её контрактора осталась единственной важной задачей. Я бросился в подземелье.
Барма опустил веер.
- Что же дальше? – спросила Шерил, хотя эту историю она уже слышала неделю назад.
- Я увидел многое, - задумчиво отозвался герцог, - но не понял ничего.
- Как это – ничего? – недоуменно переспросил Гил. – Вы – мудрейший среди всех герцогов, носитель всевозможной информации, унаследовавший от отца и деда уникальные дедуктивные навыки. Вы просто не могли не понять что-либо.
- Патлатый прав, - кивнула Алиса, устроившаяся на диване, - ты вечно суешь нос в чужие дела и хорошо осведомлён. Давай, говори правду.
Герцог громко усмехнулся.
- Манер вам по-прежнему не достаёт. Что ж, я немного неверно выразился. Я понял, но не всё и не до конца. Так что теперь мне нужно скорее передать слово виновнику «торжества», - Барма искоса глянул на Элиота.
Юный Найтрей виновато оглядел присутствующих и вздохнул.
- То, что ты был нелегальным контрактором Шалтай-болтая, мы уже знаем. Но не соблаговолишь ли ты объяснить, как им стал и как спасся?
Серые тени пробежали по юному лицу младшего Найтрея. Этот разговор был неизбежен, но именного его так не хотелось Элиоту. Молчать, не проговаривая вслух, было легче. Всё же молчать он больше не имел права.
- Когда пришло время выбирать мне слугу, я пересмотрел все кандидатуры в списке и не нашел подходящей. Клод и Эрнест тогда собирались в Дом Фианны, и я напросился к ним в попутчики. Там я познакомился с Лео.
- История вашего знакомства не секрет, - прервал парня Гилберт, - но когда… когда ты стал… нелегальным контрактором?
Оз взглянул на бледное, почти измождённое лицо младшего брата Гилберта.
- Мы с Лео, - почти шепотом продолжил Элиот, - отправились в расселину, куда побежали дети. Потом… на меня напали… Я умирал и… сквозь красный туман услышал голос Лео. Он просил назвать чье-то имя. Я назвал.
- Шалтай-болтай, - фыркнула Алиса, - так и знала, что что-то с тем парнем не так.
- Но Лео не был цепью. Он… - Элиот запнулся, - я не знаю, как он призвал Шалтая. Вскоре появился отец. Он забрал нас оттуда. После мне часто снились кошмары, и только в доме Ислы Юры я понял, что убийца своих родных и Охотник за головами – это я.
- И ты решил себя уничтожить? – Барма щелкнул веером.
Элиот кивнул.
- Это было неплохое решение, - герцог поджал губы.
Оз и Гил поникли. Слова Бармы прозвучали несколько цинично, однако он был прав. Отрицание цепи – самоубийство контрактора, и только оно могло остановить ритуальные убийства и дать возможность уцелевшим контракторам спастись.
- Я уже видел, как разрушается моё тело, как вдруг боль остановилась, и я словно бы почувствовал, как стрелка моей печати движется в обратном направлении, - Элиот расстегнул рубашку, - вот.
Печать порока, которая отчаянием, виной и горем обожгла сердце Элиота, исчезла. Штабу сразу стало известно, кто был первым контрактором Шалтая, но пока никаких мер по отношению к Элиоту не применялось. Решение только впереди.
- Юный Найтрей, - Барма погрузился в большое удобное кресло, - что ты видел, когда силы начали покидать тебя?
Элиот потер лоб. Минуту он задумчиво смотрел в пол.
- Я не могу сказать точно. Когда боль стала невыносимой и сознание рассыпалось в прах, я услышал чей-то голос. Он словно доносился издалека, обрывками, а затем всё сильнее и сильнее. Потом мне показалось, что я увидел мужчину в плаще, - Элиот поднял вопросительный взгляд на присутствовавших, - но глаза подвели меня. Я не смог разглядеть его.
- Оз Безариус, что видел ты? – Барма сощурился, настороженно и внимательно ловя каждое слово говоривших.
- Боюсь, мне нечем дополнить рассказ Элиота, - покачал головой Оз, - печать разбилась, Шалтай исчез. Я не могу сказать, сколько времени моё сознание отделялось от сознания Джека. По крайней мере когда я стал внятно осознавать себя, я увидел только трещавшие стены, исчезавшие осколки печати и лежавших без сознания на полу контракторов Шалтая. Дальше сплошная суматоха.
- Гилберт Найтрей? – перенаправил вопрос Барма.
Мужчина, как и его господин, покачал головой.
- Только какая-то дымка перед глазами.
- Точно, дымка, - закивала Алиса, - а до этого странный вихрь каких-то тряпок.
- Вихрь тряпок? – Оз повернулся к девочке. – Когда?
- Не видел такого, - нахмурился Гил, - ты наверняка путаешься во времени. Вихри были раньше, когда Шалтай материализовался.
- Ничего я не путаюсь, - обиженно прогудела цепь, сложив руки на груди, - был вихрь, и всё тут.
Глаза Бармы сощурились ещё сильнее. Никто не заметил напряжения во взгляде главы иностранного герцогского Дома и то, как сильно, почти до хруста металла, сжал мужчина свой веер.
- Сестрёнка Шерон, подтверди мои слова! – потребовала Алиса, когда ей надоело спорить с Гилом.
- Боюсь, Алиса, не смогу, - принцесса пожала плечами, - я пришла немного позже, когда всё закончилось.
- Тогда пусть очкарик подтвердит, - не сдавалась цепь.
- Господин Лиам тоже не сможет этого сделать, - Шерон вздохнула, - Баскервилли серьёзно ранили его. Эквейс обнаружил его в саду возле поместья и сразу же доставил в Пандору. Боюсь, в силу некоторых обстоятельств он совершенно ничего не видел.
- Выходит, никто не знает, что случилось? – нахмурился Оз, оглядев разношёрстную компанию.
Барма подался вперёд.
- Это не так. Шерил.
Недоумённые взгляды тут же скользнули к герцогине. Барма же едва ли не гипнотизировал её.
- Но ведь госпожи Шерил не было в поместье, и… - начал было Оз, но герцог прервал его своей речью.
- Расскажешь мне, что всё-таки случилось?
- Ру, как я могу? – мягко улыбнулась женщина.
- Тогда где тот, кого ещё не выслушали?
- Вы о ком? – Оз ещё раз оглядел компанию, чтобы понять, кому не дали слова.
Не сразу ответ нашёлся, а когда нашёлся, заставил Оза напрячься и нахмуриться. Как можно было не заметить? Всё это время…
- Что происходит? - напряжённо и тихо выдавил Безариус.
Стук в дверь перевёл на себя внимание собравшихся. Барма хищно оскалился и едва ли не с победоносным видом властно протянул:
- Входи.
Вошедший заставил компанию оживиться и завосклицать от радости. Молчали Шерил, Шерон, Барма и Оз.
- Брейк, ты как? – первым встрепенулся Гилберт. – Зачем ты встал? Раны серьёзные. Что если они откроются?
- Помрёт от кровотечения, всего делов, - отмахнулась Алиса.
- Что ты такое говоришь?! – рявкнул на неё в негодовании Элиот. – Ты хоть знаешь, кто это?
- Мне ли не знать! Моя язва и тошнота.
- Да уж не большая язва, чем ты, - фырнул Гил.
- Как радостно меня приветствуют, - усмехнулся Брейк, - пожалуй, скажу, что я тоже рад вас видеть.
Скрипнули ножки кресла по лакированному полу. Барма поднялся с места и вперил испытующий взгляд в нелегального контрактора Рейнсвортов.
- Очень хорошо, что ты сам пришёл. Я уже собирался сам наведаться к тебе за ответами. Говори же, Зарксис Брейк, что случилось в доме Ислы Юры?
- Подождите, герцог, вы явно не того спрашиваете, - Гил повернулся к красноволосому мужчине, - Брейка тяжело ранили Баскервилли в битве возле поместья, он не мог…
Кресло резко отъехало в сторону, красноволосый мужчина шагнул вперёд и угрожающе сверлил альбиноса глазами.
- Говори, - с нажимом выговорил Барма, нахмурив красные брови.
- Но герцог…
- Говори, - грозно рыкнул Руфус.
- Но!..
Гил осёкся и обернулся на шорох позади себя. Брейк не ответил. Вместо этого он принялся расстёгивать рубашку. Ворот отошёл в сторону.
- Это же… - прошептал Гилберт, - стрелка…
- Сдвинулась обратно, - договорил Оз.
Он не владел той массой информации, что владеет Руфус Барма, но именно сейчас он понимал, что случилось в доме Ислы Юры.