Чёрный горизонт, изрезанный рваными силуэтами мутировавших деревьев, давил на плечи. Тишина, густая и липкая, сочилась между ними, пропитывала каждый клочок промасленной ткани, каждое движение. Отряд «Свободы» стоял вокруг костра, вглядываясь в потемневшее лицо своего командира – Бастиона.
Несколько часов назад, во время вылазки к центру Зоны, их накрыла стая кровососов. Отбились, но Бастиону досталось – рана в живот, сломанные ребра. Сидел он сейчас, прислонившись спиной к огромному, источенному ржавчиной корпусу грузовика, и в бледном свете костра его глаза казались провалами в саму Зону.
"Бросьте меня, братья," – прохрипел он, сплевывая кровь. – "Не тащите на себе обузу. Я все равно не жилец. Идите на нашу базу, расскажите о Припяти, о том, что вы там увидели. Это важнее моей жизни."
На его слова отозвался взрыв возмущения. Первым заговорил Клим, самый опытный в отряде, всегда готовый броситься в пекло:
"Не говори глупостей, Бастион! «Свобода» своих не бросает! Мы вытащим тебя, даже если придётся костьми лечь!"
Остальные закивали в знак согласия. Бастион молча смотрел на них, в его глазах плескалось что-то, что они отказывались понимать – смирение и одновременно какая-то обречённость.
Ночь опустилась на Зону, стягивая её в тугой узел тревоги. У костра дежурили двое – Клим и Чердак, мастер бесшумного передвижения и смертельно меткий стрелок. Остальные пытались спать, но сон не шёл, перебиваемый стонами Бастиона и шелестом неведомых тварей в кустах.
Под утро, когда первые бледные лучи пробились сквозь мутный покров атмосферы, Чердак разбудил Клима одним коротким толчком в плечо. Он показал на место, где лежал Бастион. Там было пусто.
"Куда он делся?" – прошептал Клим, соскакивая на ноги.
Если Вас не затруднит, можете прямо сейчас подписаться на канал🔔.Оставляйте комментарии, для меня важно видеть обратную связь! Пальцы вверх, так же приветствуются. Спасибо всем моим людям!
Они разбудили остальных. Отряд принялся искать командира, прочёсывая окрестности. Нашли его возле старой, полуразрушенной водонапорной башни. Бастион лежал, откинувшись головой на проржавевшие опоры, в руке зажат пистолет. Один выстрел…
Клим подошёл ближе, сердце забилось в бешеном ритме. Возле тела лежал пистолет, в котором не хватало всего лишь одного патрона. Значит, Бастион не оставил им выбора. Он предпочёл смерть плену мучений и приказал им жить дальше, завершив их миссию.
Они молча похоронили его рядом с башней, сложив небольшой курган из камней. После похорон отряд собрался решать, что делать дальше.
Вдруг Чердак остановил руку сталкера, уже было потянувшегося к фляжке.
"Стой,"– прошептал он, его глаза метали молнии. – "Посмотрите."
Он протянул руку к карману своей куртки и вытащил оттуда пулю. Тускло блеснув в утреннем свете, она лежала на его ладони.
Клим нахмурился.
"Откуда это у тебя?"
Чердак молча указал на карманы остальных. Каждый сталкер из отряда «Свободы» вытащил из своего кармана пулю. Все они были одинаковыми – старые, тусклые, с небольшими потёртостями. Точно такие же, как в пистолете Бастиона.
Неожиданно Клим понял. Бастион не сам решил уйти. Зона решила за него. Она дала ему выбор, иллюзию свободы, но на самом деле его судьба была предрешена. И судьба каждого из них тоже.
«Свобода». Они думали, что сами выбирают свой путь. Они бросают вызов системе, сражаются с Долгом, ищут артефакты и верят в свои идеалы. Но сейчас каждый из них держал в руке доказательство – крошечную пулю, символ предопределённости.
Зона играла с ними, давая им иллюзию контроля над своей жизнью, а потом одним щелчком пальцев забирала её обратно. Она заманивала их в свои ловушки, подсовывала головоломки, заставляла верить в свободу выбора, которого на самом деле не было.
Клим поднял голову, посмотрел на горизонт, на чёрные исковерканные деревья, на мёртвую тишину, которая обволакивала их. Он понял, что настоящая свобода в Зоне – это умение принять свою судьбу, признать своё бессилие перед её могуществом. И может быть, только тогда, когда ты перестанешь бороться с ней, она оставит тебя в покое.
Отряд «Свободы» двинулся дальше, к Барьеру, неся с собой не только весть о Припяти, но и тяжёлый груз осознания, что Зона всегда будет решать за них. И каждый из них, держа в кармане холодную пулю, знал, что его час тоже может настать в любой момент. Свобода была мифом. Предопределённость – реальностью Зоны.