– Да ладно тебе, Ленка, не бухти! Ну, зашли мужики футбол посмотреть, что тут такого? Сто лет не виделись, еще со школы. Ты лучше огурчиков порежь, да колбаски той, что мы к празднику брали. А то пиво есть, а закусить, почитай, и нечем, – голос мужа доносился из гостиной, перекрывая гул телевизора и гоготание трех здоровых мужиков.
Елена стояла в прихожей, все еще сжимая в руке ключи от квартиры. Она только что переступила порог, мечтая лишь об одном: снять туфли, которые за девять часов работы превратились в орудия пыток, смыть косметику и упасть на диван с книжкой. День был адский. Годовой отчет, истерика начальницы, два часа в пробке под моросящим дождем. Она ехала домой как в убежище, как в тихую гавань. А попала на вокзал в час пик.
В нос ударил тяжелый, кислый запах дешевого пива и вяленой рыбы. В прихожей, прямо на ее любимом бежевом коврике, грудой валялись мужские ботинки сорок пятого размера, некоторые – с ошметками грязи. Чья-то куртка упала с вешалки и теперь лежала на полу, словно подбитая птица.
Лена глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она прошла в комнату. Картина маслом: Сергей, ее законный супруг, развалился в кресле, а диван оккупировали Витек, Пашка и еще какой-то незнакомый бородач. На журнальном столике – том самом, стеклянном, который она протирала специальным средством, чтобы не было разводов, – громоздились бутылки, пакеты с чипсами и гора рыбьей чешуи прямо на газетке.
– Сережа, – тихо сказала Лена. – Мы же договаривались. Никаких гостей в будни без предупреждения. Я устала. Я просто хочу тишины.
Сергей отмахнулся, не глядя на нее. Его внимание было приковано к экрану, где двадцать два миллионера гоняли мяч по траве.
– Ой, ну начинается! – протянул он. – «Устала», «голова болит». Лен, ну не будь ты бабкой старой. Пацаны, скажите ей!
– Хозяйка, да мы тихонько! – гаркнул Витек, у которого «тихонько» по децибелам равнялось взлету реактивного самолета. – Щас наши забьют, и мы, может, даже спляшем! Ты давай, присоединяйся. Пивка налить?
– Мне не нужно пива, – Лена почувствовала, как внутри начинает закипать холодная, злая решимость. – Мне нужно, чтобы через десять минут здесь было пусто и чисто.
– Лен, ну не позорь перед людьми! – Сергей наконец соизволил повернуть голову. Лицо у него было красное, недовольное. – Иди на кухню, займись делом. Пельмени свари, что ли. Мужики голодные. А то стоишь над душой, кайф ломаешь.
Лена посмотрела на него так, словно видела впервые. Десять лет брака. Десять лет она старалась быть идеальной женой: уют, чистота, вкусные ужины. Она терпела его гаражные посиделки, его маму с вечными советами, его разбросанные носки. Но сегодня что-то сломалось. Может, последней каплей стала эта чешуя на столе, а может – приказной тон «иди вари пельмени».
Она молча развернулась и вышла из гостиной.
– Ну вот, обиделась, – донеслось ей в спину. – Ничего, сейчас остынет, принесет поесть. У нее характер такой, отходчивый.
Лена прошла в спальню. Там, на комоде, лежал бумажник Сергея. Он имел привычку, приходя домой, выкладывать все из карманов: ключи, мелочь, карты. Лена знала, что вчера ему пришла квартальная премия. Хорошая, жирная премия, которую они планировали отложить на ремонт балкона или, на худой конец, на новую зимнюю резину.
Взгляд упал на золотистую банковскую карту.
План созрел мгновенно. Дерзкий, безумный план, на который прежняя Лена – тихая, покладистая Лена – никогда бы не решилась. Но той Лены больше не было. Ее место заняла женщина, которая хотела уважения. Или хотя бы компенсации за моральный ущерб.
Она взяла карту. Потом открыла шкаф и достала небольшую дорожную сумку. Движения были четкими, быстрыми. Сменное белье, любимая пижама (шелковая, которую Сережа называл «скользкой и неудобной»), зарядка для телефона, косметичка.
Из гостиной донесся дружный вопль: «Гооооол!» Стены дрогнули. Кто-то, кажется, прыгнул на диване.
Лена накинула плащ, обулась. Взглянула на себя в зеркало: уставшие глаза, сжатые губы.
– Пельмени, говоришь? – прошептала она своему отражению. – Сейчас тебе будут пельмени.
Она вышла из квартиры бесшумно. Никто даже не заметил хлопнувшей двери – шум телевизора надежно маскировал ее побег.
На улице было сыро и промозгло, но Лене вдруг стало жарко. Адреналин бурлил в крови. Она достала телефон и вызвала такси. Класс «Комфорт плюс». Нет, гулять так гулять – «Бизнес».
Машина – черный мерседес с кожаным салоном – приехала через пять минут. Водитель, импозантный мужчина в костюме, вышел и открыл ей дверь.
– Добрый вечер. Куда едем?
– В «Гранд Отель», – сказала Лена. Это была самая дорогая гостиница в их городе, пятизвездочный дворец с мраморными полами и швейцарами в ливреях. Она часто проезжала мимо, любуясь иллюминацией, но никогда не думала, что зайдет внутрь как постоялец.
– Отличный выбор, – кивнул водитель.
Пока они ехали, телефон в сумочке начал вибрировать. Звонил Сергей. Видимо, реклама закончилась, и желудок напомнил о пельменях. Лена перевела телефон в беззвучный режим. Пусть звонит. Пусть ищет. Пусть думает, что она в магазине за сметаной.
В холле «Гранд Отеля» пахло дорогими духами и живыми цветами. Огромная люстра сияла тысячами хрустальных подвесок. Лена подошла к стойке регистрации. Девушка-администратор с идеальной улыбкой посмотрела на нее.
– Добрый вечер. У вас забронировано?
– Нет, – Лена положила на стойку золотую карту мужа. – Мне нужен номер. Люкс. С джакузи, если есть. И видом на реку.
Девушка ни на секунду не замешкалась, профессионально щелкая клавишами.
– У нас есть прекрасный «Представительский Люкс» на седьмом этаже. Завтрак включен, посещение спа-зоны круглосуточно. Стоимость – двадцать пять тысяч рублей за сутки. Оформляем?
Двадцать пять тысяч. Это была половина ее зарплаты. Или треть премии Сергея. Внутренняя жаба, воспитанная годами экономии, попыталась квакнуть, но Лена мысленно наступила ей на горло.
– Оформляем, – твердо сказала она.
– Паспорт, пожалуйста.
Лена протянула документ. Терминал пискнул, считывая карту. «Оплата прошла успешно». Лена представила, как сейчас на телефон Сергея, валяющийся где-то на диване рядом с чипсами, приходит смс: «Списание 25 000 RUB. GRAND HOTEL».
Заметит ли он сразу? Вряд ли. Футбол важнее.
Портье проводил ее до номера. Когда дверь открылась, у Лены перехватило дыхание. Это была не комната – это были покои королевы. Огромная кровать king-size, застеленная белоснежным бельем, гостиная с мягкими креслами, ванная комната размером с их кухню, отделанная мрамором. И панорамное окно, за которым мерцал огнями ночной город.
Оставшись одна, Лена первым делом скинула туфли и прошла по мягкому ковролину босиком. Потом подошла к мини-бару. Маленькая бутылочка шампанского стоила как ящик того пойла, что пили сейчас «друзья» мужа.
– А пусть, – сказала Лена вслух и открыла бутылку.
Она налила игристое в бокал, села в кресло и включила телефон. Пятнадцать пропущенных вызовов. Три сообщения в мессенджере.
«Лен, ты где?»
«Ты в магазин ушла? Купи майонеза!»
«Лена, ты куда делась? Мужики жрать хотят!»
Ни слова беспокойства. Только требования. Лена сделала глоток холодного, колючего шампанского. Как же хорошо.
Тут пришло еще одно сообщение.
«Лен, тут смска пришла какая-то странная. Списание 25 штук. Это ты что-то купила? Карты в кошельке нет. Ты взяла? Ответь срочно!»
Ага. Заметил. Лена усмехнулась и набрала номер обслуживания номеров.
– Добрый вечер. Я бы хотела заказать ужин в номер. Да, я знаю, что поздно, но я очень голодна. Салат с морепродуктами, стейк средней прожарки и... тирамису. И бутылку красного сухого. Хорошего. Да, карту запишите на номер.
Она пошла в ванную, включила воду, насыпала ароматной соли. Телефон на кровати начал разрываться новой трелью. Сергей звонил уже непрерывно.
Лена взяла трубку только когда погрузилась в теплую, благоухающую пену.
– Алло?
– Лена! Ты с ума сошла?! – заорал Сергей в трубку. На заднем плане было подозрительно тихо. Видимо, друзья притихли, почуяв неладное. – Ты где? Что за списания? Какие двадцать пять тысяч?! Ты что, шубу купила ночью?!
– Нет, дорогой, не шубу, – спокойным, расслабленным голосом ответила Лена. – Я купила себе тишину и уважение. Я в отеле.
– В каком еще отеле?! Зачем?!
– Затем, что дома проходной двор и воняет рыбой. А я, как ты помнишь, устала. Я просила тебя не приводить гостей. Ты меня не услышал. Ты сказал мне варить пельмени. А я не хочу варить пельмени. Я хочу стейк и пенную ванну.
– Ты... ты пьяная, что ли? – голос Сергея дрогнул. – Немедленно возвращайся! Это же общие деньги! Это на балкон!
– Балкон подождет. А мои нервы – нет. Кстати, сейчас еще придет смс за ужин. Не пугайся, там тысяч семь будет, не больше.
– Семь тысяч за ужин?! Лена, ты офигела?! У нас пельмени в морозилке!
– Приятного аппетита, Сережа. Пусть тебе Витек сварит. Или Пашка. Они же друзья, должны помочь в беде.
– Лена, прекрати истерику! Возвращайся сейчас же! Мужики уже уходят!
– Правда? А запах тоже уходит? И гора посуды сама помоется? Нет, Сереженька. Я оплатила сутки. И я намерена использовать их по полной программе. Завтра утром еще на массаж пойду. Говорят, тут отличный спа.
– Какой массаж?! Это еще сколько?! Лена, это грабеж! Вернись, я все уберу! Я сам помою пол!
– Я очень рада, что у тебя проснулся хозяйственный инстинкт. Практикуйся. Вернусь завтра к обеду. Если будешь орать – продлю на вторые сутки. Карта-то у меня.
Она нажала «отбой» и выключила телефон совсем.
Стук в дверь прервал ее триумф. Принесли ужин. Официант вкатил столик, накрытый белоснежной скатертью. Серебряные приборы, запах жареного мяса, изысканный десерт. Лена сидела в махровом халате, ела божественный стейк и смотрела на ночной город.
Впервые за много лет она чувствовала себя не прислугой, не функцией по обеспечению быта, а Женщиной. Дорогой, капризной, любимой. Пусть даже любить себя пришлось самой, за счет семейного бюджета.
Ночь прошла великолепно. Кровать была похожа на облако. Никто не храпел под ухом, не тянул одеяло. Утром она проснулась от солнечных лучей, пробивающихся сквозь плотные шторы. Потянулась. Тело отдохнуло, голова была ясной.
Она спустилась в спа-зону. Бассейн, хаммам, массаж. Массажистка с сильными руками разминала ее забитые плечи, приговаривая: «Ох, как же вы напряжены, милочка, надо себя беречь».
– Теперь буду, – пообещала Лена, чувствуя, как уходит боль и тяжесть.
Когда она вышла из отеля, было уже два часа дня. На телефон, который она включила, посыпались сообщения. Десятки пропущенных. И одно последнее от Сергея: «Я все убрал. Жду. Поговорим».
Она вызвала такси (опять «Комфорт плюс», гулять так гулять) и поехала домой.
Ключ повернулся в замке. В квартире пахло... хлоркой и лимоном. И еще немного – виноватым мужчиной.
Сергей сидел на кухне за столом. Перед ним стояла чашка остывшего чая. Квартира сияла. Никаких следов вчерашнего погрома. Коврик в прихожей был вычищен, пол блестел, посуда вымыта и расставлена по местам. Даже плиту, кажется, протерли.
Увидев жену, Сергей вскочил. Вид у него был помятый, под глазами залегли тени. Видимо, ночь он провел не так сладко, как она.
– Пришла, – выдохнул он. – Ну ты, Ленка, и даешь... Я чуть с инфарктом не слег. Ты хоть понимаешь, сколько ты просадила?
Лена спокойно прошла, положила сумку, достала из кармана карту и бросила ее на стол.
– Понимаю. Тридцать восемь тысяч четыреста пятьдесят рублей. Это цена моего спокойствия и твоего урока.
Сергей схватился за голову.
– Тридцать восемь штук... За одну ночь! Лена, это же половина ремонта!
– А ты посчитай, сколько стоит труд домработницы, повара и психолога за десять лет, – Лена села напротив и посмотрела ему в глаза. – Ты привык, что я удобная. Что я молчу, терплю, обслуживаю твоих друзей. Что мое «нет» ничего не значит. Вчера ты показал, что тебе плевать на мои чувства. Ты привел толпу в наш дом, когда я просила этого не делать. Ты заставил меня чувствовать себя лишней в собственной квартире.
Сергей хотел что-то возразить, но осекся.
– Я не заставил... Ну, просто так вышло. Мужики напросились...
– А у тебя языка нет отказать? Или для тебя «мужики» важнее жены? – Лена говорила тихо, но каждое слово падало как камень. – Так вот, Сережа. Если подобное повторится еще раз – я уеду не в отель. Я уеду насовсем. И подам на развод. И поверь, раздел имущества обойдется тебе гораздо дороже, чем тридцать восемь тысяч.
Сергей молчал. Он смотрел на карту, на жену, на идеально чистую кухню, которую он драил полночи, проклиная Витька с его чипсами. Он вдруг отчетливо понял, что Лена не шутит. Что та удобная, домашняя Ленка куда-то делась, а перед ним сидит красивая, отдохнувшая и очень опасная незнакомка.
– Ладно, – буркнул он, пряча глаза. – Я понял. Перегнул. Витек тоже... свинья, конечно. Я ему сказал больше не приходить.
– Вот и отлично, – Лена встала. – Есть хочу. Пельмени остались? Или вы все сожрали?
Сергей встрепенулся.
– Нет! Я... я суп сварил. Куриный. Из пакета, правда, но с картошкой. Будешь?
Лена едва сдержала улыбку. Суп из пакета. Подвиг Геракла.
– Буду. Наливай.
Они ели в тишине. Сергей то и дело косился на жену, словно ожидая подвоха. А Лена ела суп, который был слегка пересолен, и думала о том, что эти тридцать восемь тысяч были лучшей инвестицией в их брак. Иногда, чтобы тебя начали ценить, нужно стать очень дорогой женщиной. В буквальном смысле.
Вечером, когда они смотрели кино (Сергей уступил ей выбор фильма, и они смотрели мелодраму, которую он обычно называл «соплями»), он вдруг придвинулся и обнял ее.
– Лен...
– М?
– А там правда было круто? В отеле?
– Правда. Джакузи, вид на реку, халат мягкий...
– Может, это... – он замялся. – Может, как-нибудь вместе сходим? На годовщину? Накопим только сначала.
Лена положила голову ему на плечо.
– Сходим. Обязательно сходим. Только карту свою ты теперь держи при себе. А то мало ли, вдруг мне снова захочется стейк среди ночи.
Сергей нервно хохотнул и крепче прижал ее к себе.
– Нет уж. Стейки я теперь сам жарить научусь. Дешевле выйдет.
С того дня прошло полгода. Гости в их доме теперь появлялись только по предварительному согласованию и только в выходные. И самое удивительное – Сергей начал сам убирать за собой посуду. Видимо, призрак «Гранд Отеля» и минус сорок тысяч на счету оказались отличным мотиватором, куда более действенным, чем годы уговоров и просьб.
А Лена завела себе отдельный счет. Назывался он «Фонд неприкосновенности». И откладывала туда понемногу с каждой зарплаты. Просто так. Чтобы знать: если что – у нее всегда есть на «Люкс» с видом на реку. И это знание грело душу лучше любого камина.
Если эта история показалась вам жизненной и вы тоже считаете, что себя нужно любить и уважать, подписывайтесь на канал, ставьте лайк и делитесь своим мнением в комментариях – мне будет очень приятно.