История махинаций в сфере торговли искусством неотделима от истории искусства. Иногда аферы рождаются из художественных амбиций или обид, по крайней мере, такую историю рассказывают сами художники. Например Хан ван Меегерен был уязвлен критикой и хотел доказать экспертам, что он не просто ремесленник, хорошо работающий в духе старых мастеров, но талантливый творец, и его работы работам этих старых мастеров не уступают. А британец Том Китинг неоднократно повторял, что наводнил арт-рынок своими работами под самых разных художников из желания проучить алчных дилеров и бестолковых экспертов.
Но более очевидный мотив мошеннических схем — финансовая выгода. Намного приятнее продать работу подороже, чем подешевле; только для этого ее нужно правильно подать в правильный момент. И в XVI веке с такими махинациями вышел забавный казус.
Подорожал и вошел в моду Иероним Босх. Посмертно, как водится. По его работам делали гравюры, его фантастической бесовщине открыто подражали, и работы «в духе» хорошо продавались. Но, естественно, не всем было достаточно простого подражания.
Одним из тех, кто хотел большего, был фламандец Иероним Кок — живописец, гравёр и крупнейший издатель гравюр в Северной Европе своего времени. Его издательский дом «На четырех ветрах» публиковал множество работ, популяризируя искусство, и когда в моду вошел Босх, издательство не побрезговало хайпануть и повыпускать, спустя примерно полвека после смерти Босха, гравюры с новых рисунков Босха. То есть, рисунки, конечно, были не Босха, но на гравюрах было выгоднее поставить его подпись, ведь настоящий автор был в тот момент не настолько модным и дорогим.
Справедливости ради, сейчас сложно сказать, насколько этот настоящий автор одобрял такой маневр. Но на примере рисунка и гравюры «Большие рыбы поедают малых» можно увидеть, что свой рисунок (pic.1) художник все-таки подписал собственным именем: в правом нижнем углу неброско, но четко написано «Брейгель». В то время как на гравюре (pic.2) в левом нижнем углу, композиционно на том же месте, стоит уже совсем другое имя.
Как вы уже наверняка догадались, прошло немного времени, и ценить начали самого Брейгеля — Питера Брейгеля Старшего или Мужицкого. И казус в том, что в угоду моде, похоже, в какой-то момент уже на работах Босха ставили подпись Брейгеля, чтоб поднять цену. Во всяком случае известен графический лист «Ведьмы» (pic.3), хранящийся в Лувре, который, несмотря на крупное и яркое «Брейгель» внизу листа слева принято атрибутировать как Босха.
На всякий случай: название заметки было шуткой. Брейгель много вдохновлялся Босхом, так что у них можно найти много общего, но у каждого из них была индивидуальность и один не заменим полностью другим в рамках истории искусства.
Но, как вы теперь знаете, при должной сноровке вполне взаимозаменимы разные подписи. И сколько еще переподписаных и принятых в свое время за оригиналы работ все еще живет с неправильной атрибуцией — босх его знает.
Автор: Аня Веснина