Я никогда не думала, что однажды буду идти по детскому саду рядом с Зигмундом Фрейдом. Он — в строгом костюме, с тростью, с сигарой, которую, к счастью, не закурил (воспитатели строго смотрят на всё, что хоть отдалённо напоминает дым). А я иду с блокнотом в кармане и внутренним вопросом: «Что он увидит здесь, чего не вижу я?» Мы вошли в подготовительную группу. Дети этого возраста уже умеют читать по слогам, но ещё верят, что под кроватью живёт добрый монстр, который охраняет их сны. Фрейд остановился у двери. Его взгляд скользит по комнате: по кукольному театру, где девочка шепчет кукле: «Ты больше не будешь меня наказывать», по мальчику, который яростно ломает конструктор, потому что «он не такой, как надо», по ребёнку, который сидит в уголке и рисует… что-то тёмное, с глазами. - Латентная фаза, - произнёс он почти шёпотом. - Но не спокойствие. Только пауза. Я кивнула. Вспомнила его теорию психосексуального развития: в 6–7 лет, по Фрейду, сексуальная энергия (либидо) временно «засыпа
"Хочу жениться на маме" — это не каприз. Что на самом деле говорит ребёнок
25 января25 янв
18
3 мин