Здесь я хочу порассуждать о Логосе как об абстрактном понятии, схожим со вселенским смыслом, замыслом, мерой всех вещей.
Гераклит
Когда читаешь отрывки утерянных трудов, ответственность за их корректное понимание во многом ложится на того, кто доносит до нас их смысл. Так обстоит дело и с трактатом Гераклита «О Природе», который я прочитал с комментариями Александра Маркова. Ценность этих комментариев в первую очередь в том, что автор приводит трактовки многих великих умов прошлого, что позволяет составить наиболее полную картину.
Из совокупности этих трактовок и собственного понимания я могу сделать следующие выводы.
Гераклит настаивал на постоянном изменении всего сущего. Он верил в мировой пожар, который уничтожает мир, тем самым очищая его, и из этого пожара рождается мир новый. Здесь я вижу параллели с индуистской космологией и её кальпами.
Он отвергал математику Пифагора как способ познания Логоса, а также современную ему интерпретацию богов. Философ порицал Гомера и Гесиода за то, что они низводят божественное до человеческих форм, и презирал народные массы, которые воспевают этих поэтов.
Учение о Логосе как об исходной истине Всего пронизывает весь труд Гераклита. Тех, кто пытался постичь Логос, он признавал мудрейшими, отрицая всякую поверхностность мышления.
Он также был противником дихотомии противоположностей и считал, что все они едины по своей сути. В современных терминах это можно объяснить тем, что любые противоположности являются частью единого спектра или континуума.
Если же говорить об интерпретациях самого Александра Маркова, то во многом они мне кажутся возвышенно-наивными. Эти трактовки могут быть применимы к учению Гераклита в целом, но мысли в частных отрывках сложно развить до той глубины, которую им пытается приписать комментатор. На этом фоне интерпретации Хайдеггера и Лебедева кажутся мне наиболее правдоподобными.
Мои рассуждения о Логосе
Еще недавно я был приверженцем идеи, что человеческая жизнь не несет в себе никакого замысла, а значит, и не имеет смысла. Однако некоторые размышления заставили меня пересмотреть этот взгляд.
Я не говорю, что полностью отрекаюсь от концепции бессмысленности, но теперь готов утверждать: любая концепция смысла или бессмысленности жизни есть догма, которая не выводится из свойств мира. Более того, теперь я разделяю понятия Вселенского Смысла и смысла человеческого существования (как вида, так и отдельного индивида, хотя и это деление можно продолжать до бесконечности).
- Если мы изучаем Логос как меру всех вещей, то приходим к выводу, что Вселенский Замысел является наивысшим Логосом, включающим в себя все частные смыслы. Гностичен ли он? Я склонен полагать, что Замысел Вселенский невозможно раскрыть, находясь внутри самой вселенной. Можно вывести законы, которым подчинен мир, но его Суть непознаваема. И это — еще одна догма, в которую я верю.
- Я сомневаюсь в отсутствии Вселенского Логоса как такового. Впрочем, если он непознаваем, для нас не должно иметь значения, есть он или нет (это некоторая интерпретация «Ставки Паскаля»). В этом плане я могу назвать себя агностическим теистом, ведь понятия Божественного и Логоса (то есть Смысла) сливаются почти во всех философских концепциях. При этом я избегаю называть его Богом, чтобы не вводить читателя в заблуждение ложными ассоциациями с Церковью.
- Существование Вселенского Замысла ровным счетом ничего не говорит нам о смысле жизни людей. Мы можем быть как побочным эффектом этого замысла, так и тем, на что изначально нацелено Бытие мира. Но возможно и то, что наше существование противопоставлено Бытию. Вероятно, человек как вид (или любое существо, обладающее сознанием) искажает Логос и противоречит Ему. И в этом рассуждении возникают две развилки.
- Поскольку мое понимание Логоса догматично, оно не может претендовать на статус Истины, хотя и способно с ней совпадать. Поэтому я допускаю возможность, что Логос все же познаваем. В таком случае, даже если мы являемся антитезисом Логоса, мы должны познать его, чтобы осознанно решить: противостоять ему или стремиться к синтезу с ним.
- Сложность может заключаться в том, что антитезисом Логоса является сама возможность его познания. В таком случае, уже сама попытка постичь его способна нам навредить. Здесь из области объективного мы переходим в область субъективного (если рассматривать человечество как единый субъект), и это уже тема для отдельной дискуссии.
О субъективном восприятии познания Логоса
Если судить по тому, куда движется наука — например, физика или математика, — то кажется, что за тысячелетия существования цивилизации мы не продвинулись в понимании цели бытия. Большую часть истории человечество металось от одних учений к другим, думая, что смена инструментария познания поможет одолеть этот кризис. Естественно формируемые образы божественного вырождались уже при передаче следующему поколению, когда первым Мудрецам приходилось обучать добродетелям ещё неокрепшие умы. Впоследствии попытки интерпретации сменились готовыми теологическими догмами.
До эпохи мировых религий появлялись умы, которые действительно старались постичь Логос. Первые мыслители, которых еще не называли философами, верно уловили и сформулировали главную жажду человечества — постижение Логоса. Из их умозрений вышли все современные науки, но по прошествии времени становится ясно, что ни одна из них (как и сама философия — мать наук) не имеет аппарата для достижения этой главной цели. Они способны решать лишь частные задачи, которые не удовлетворяют запросов пытливых умов.
Нашей цивилизации еще предстоит создать учение, которое с новой силой устремится на поиски Сути Мира. Я же считаю, что стремление к Сакральному Знанию остаётся единственным подлинным двигателем человека. Лишь эта сила вела наши народы к той точке, где мы оказались. Так почему бы нам не продолжить этот путь к истине «посредством естественного света»?