Все главы здесь
Глава 11 Сок Чон Юн
Мажор еле дождался, пока пройдут сроки возвращения Ма Рю Сона согласно его докладу, чтобы отправиться к сержанту со своим.
Сержанту Соку не очень во все верилось, он был очень занят предстоящим визитом гражданских людей и прессы, как и все в части.
Был уверен, что заместитель что-то напутал со временем. Скорее всего, Рю Сон доложил, что будет в расположении части не к закату, а к ужину. Заместитель частенько что-то путал, чем доставлял лишнюю мороку.
До ужина еще 35 минут. Только и к ужину Ма Рю Сон не появился. Сержант тут же вызвал его по рации. Ответного сигнала не было.
-Вот, а я что говорил? – радовался своей правоте капрал. И коня забрал!. Лучшего!
-Он в седле не сидит. Зачем ему конь? – переспросил сержант. Он начинал беспокоиться.
-Кто это нам сказал, что не сидит? Откуда мы это знаем? Все обман! Это легенда. Он сам себя «спалил» на занятиях, помните! Он шпион, засланец. Все вранье! Вот увидите. Ушел к своим.
-А конь то ему зачем? Чтобы заметили быстрее? Или там голодуха? И какой из него шпион, когда доступа к секретной информации у него нет? Даже к топографическим картам. Твой потрет нарисует и тебя сдаст? Мы про тебя ничего не знаем, может и ты шпион?
Сержант пытался шутить. Успокоить себя и попробовать охладить пыл подчинённого. Еще ничего не известно, а он уже готов в штаб бежать.
-Он странный. Я что один это видел?
-Хорошо, пойдем к начальству!
Сержант нутром чувствовал, что такой разговор с этим человеком нужно вести только при свидетелях или под запись.
Только они вышли из казармы, как сразу увидели Ма Рю Сона. Он, шатаясь, шел от ворот КПП. Его лицо было разбитым, на губе и на руках красные пятна, походка нестойкая, а взгляд слегка отсутствующий. Закат, прихрамывая на одну ногу, на которой виднелась повязка, плелся сзади.
Вокруг начали собираться зеваки.
Все это уже не укладывалось в версию побега в стан врага, и, будучи хоть и глуповатым, но не полным идиотом, капрал тут же «переобулся»
-Это саботаж, господин сержант. Он вывел из строя выбранного лучшего жеребца! Его же одного водил! Саботаж!
Признаться, увидеть Ма Рю Сона таким сержант не ожидал и немного растерялся. Что же случилось?
-Рядовой, Ма! – доложите все форме!
Обычно, отвечающий строго по уставу с соблюдением всей субординации, Ма Рю Сон просто стоял и молчал.
Сержант понял, что без кабинетного разговора в присутствии более высоких чинов им не обойтись и ситуация, на самом деле, неординарная.
Однако, физическое состояние обоих, и коня, и самого солдата вызывало опасения. Волосы Ма Рю Сона и кончики гривы коня были еще влажными.
-В медчасть! Под конвоем! Отвести! – громко скомандовал сержант. Обоих!
Врач медчасти был очень грамотным профессионалом, имел как диплом врача, так и навыки ветеринара, за что его сюда взяли и ценили. Он же преподавал азы знаний и Ма Рю Сону. И видел насколько пацан внимательный и вдумчивый.
Ма Рю Сон снова ничего не ответил, но двинулся сразу в правильном направлении. Может, оглох? Может, контузило парня? Так услышали бы взрыв какой или хлопок.... Странный звук, похожий на крик птицы многие тогда заметили, но от такого глухоты не случится, если только крикнуть в самое ухо.
Новость разлетелась быстро. Естественно, о происшествии было доложено подполковнику. С Ма Рю Соном он, конечно, знаком быть никак не мог, он был почти небожитель для рядового состава....
Жеребец ранен, солдат не вменяем. Это ЧП. По другому не назовешь.
Всякое случалось на границе, но чаще именно ближе в зоне демилитаризации, и почти всегда при свидетелях. По одному туда никто никогда не ходил. А в тот район таких, как Рю Сон и доступа нет.
И кто свидетель? Конь? Парень молчит.
Первый раз Ма Рю Сон подал голос, когда доктор хотел обтереть его губы салфеткой, уж очень картина была зловещей.
-Нет! Вдруг довольно громко сказал Ма Рю Сон. Это не кровь! Разрешите, я сам и протянул руку с салфетке…
Мажор, конечно же, был тут. Как самый главный очевидец ухода солдата из части.. Он же отпустил солдата к реке. Ему очень хотелось сказать, что не отпускал, не дозволял, это бы усугубило положение, но он уже ляпнул сержанту, что разрешение давал...Эх, хорошая мысля пришла опосля....
-Я знаю что это! Я знаю! - забыл, что рядом офицеры в высоком звании, разошелся капрал.
В его воспаленном от жажды мести мозгу одна версия сменяла другую. Зрел новый уже план. Сейчас он обвинит его употреблении, а выход в лес с конем- повод.
-Это ягоды. Такие как виноград только на ножке и красные, он их ест в лесу. Он нарк...ан! Он шаман! Мажор не знал, какое лучше выбрать слово для обвинений, тем больше, тем лучше.
-Это ягоды! Посмотрите! Посмотрите на его глаза. Он нас даже не видит!
И на ноге лошади какая-то трава! И в конюшне у него травы висят. Я вам докажу, я принесу. Я сам вам скажу что произошло. Он нажрался ягод, влез на коня, когда ему запрещено и они упали в какую-то канаву! Я вам его траву покажу!
"Складно поешь" - подумал почему-то сержант Сок. То шпион, то торчок...
И капрал без всякой команды или согласия выбежал и кабинета.
Было не ясно, кто из них более "не в себе" в эту минуту, Ма Рю Сон выглядел заторможенным, капрал, вообще "бесноватым".
-Это правда? – спросил подполковник, показывая на красные следы на салфетке? Это ягоды?
-Да. Это правда. Ма Рю Сон молча склонил голову. Это аризема.
Он опасался что сок может навредить коже рук врача, который без перчаток, поэтому сказал то, что сказал, но истолковано все было иначе.
Подполковник видел парня впервые и выглядел тот подозрительно. Взгляд был и, правда, слегка с поволокой, а зрачки «гуляли».
Доктор, который был знаком ближе в обеими, как с капралом, так и с Ма Рю Соном, склонялся к мысли, что все не так просто, как кажется, и стоит копнуть глубже. Его душа, словно сразу же перешла на строну еле живого парня, который обреченно сидел на стуле, села рядом и взяла его душу за руку.
Однако, он ему не брат и не друг. Он сам военный врач и его мнение в этом ЧП может оказаться решающим.
Капрал вернулся, прихрамывая на одну ногу. Так бежал, что сам свалился где-то?
Чтобы разобраться все перешли не неуставную форму общения.
Это больше походило на разбор полетов директора приюта с учениками, которые ввязались в очередную драку или еще как набедокурили.
Возможно, от этого Ма Рю Сону стало спокойнее. Или усталость и страх стали слегка отступать.
-Как Закат? Посмотрите его! – попросил он доктора
-Вот, вот, смотрите же! Уже переходил на визг, запыхавшийся от злобы капрал
-Отставить вопли! – попробовать вразумить его доктор. У тебя что с ногой?
-Да кот зараза такая! Этот ненормальный, и кот такой же. Вот, смотрите сколько травы, видите? Он шаман! Он коней травит! Вот чтобы они в нужный момент силы потеряли! Или их понос пробрал или ослепли все!
Подполковнику и лейтенанту было вообще пока не до этого. Надо срочно принять меры, чтобы информация никак не попала завтра к журналисту или отменить все, надо было подготовить другого коня, надо было все это решать. По сути подвел всех под монастырь Рю Сон основательно.
-В изолятор его! Завтра разберемся. Не помирает?
-Нет. Честно ответил врач. Ему самому казалось, что это само правильное решение. Изолировать, чтобы все могли остыть и успокоиться. Изолировать можно было только а камере, это надежнее, чем в медчасти. Ну а оставлять нарушителя, подозреваемого в интересе к запрещенным веществам, в одном помещении с таковыми по меньшей мере не профессионально.
Были солдаты, кто при малейшей царапине клянчили серьезного обезболивания и всеми силами хотели попасть с лазарет. Ма Рю Сон никогда не был замечен за таким, терпел серьезную боль и редко здесь появлялся.
Глядя на него, кажется, что он прозрачен, как горный ручей, но... в человеческую душу на глубину и в один сажень не заглянешь....
Узнать кого-то за такое время почти невозможно.
-Сделайте, что что необходимо. Кровь, мочу, волосы – все на анализ, а его на губу! -еще раз повторило приказ начальство.
Ма Рю Сон даже не пытался оправдываться или сопротивляться. Только еще раз еще раз попросил.
-Закату, Закату помогите…и поник головой, закрыв лицо руками. Он понимал, как всех подвел, ему было совестно и горько, но он не мог понять, как же так получилось. Почему, как такой ловкий Закат поскользнулся?
Мажор ликовал! Теперь «умник» будет наказан, а то и вообще угодит за решетку. Штрафная рота до самого дембеля тоже будет победой. И дембель оттуда с клеймом.
Если у коня рана даст осложнения, возможен такой исход. Это даже он понимал. Порча военного имущества! Можно еще и не подчинение приказу «впаять», сказать, что был приказ вернуться строго к 18 часам или докладывать каждый полчаса. Надо обдумать. На эту горячую, но пустую голову, он уже начал забывать, что и кому уже успел наговорить и наврать. Когда лжешь, записывать надо, что, где кому когда сочинял.
Ма Рю Сон безропотно сдал образцы всего, чего от него добивались, молча зашел в «одиночку» и упал на железную койку. Ее наличие его удивило.
Все его знания об этом месте сводились к тому, что это маленький ад. Ночью разрешено спать на полу…а днем ад становится еще страшнее.
Потому что пытка сидением в одной неподвижной позе, со скрещенными ногами и руками на коленях, без разрешения шевельнуться - это ад. Это очень тяжелое испытание , а не посиделки, пока другие копают траншеи
Менять позу или прислониться к стене или другой опоре тоже нельзя.
Неужели все усилия Сынима по обучению его медитации нужны были для этого? Как же ему будет больно, когда он узнает....про то, как пригодилась его наука...
На самом деле койку поставить распорядился врач. По медицинским показаниям. Все тело Ма Рю Сона оказалось в синяках и ссадинах, давление было низким. Все что удалось от него добиться, это обрывочной информации о том, что Закат и он провели долгое время в ледяной реке.
Налицо еще и гипотермия. Теперь его на холодный пол? Врач – не садист, степень вины «подсудимого» еще под вопросом. Должно быть надежно, по уставу, но с учетом медицинских показаний. Хотя бы на первую ночь. А до отбой оставалось меньше получаса.
Спать уже не хотелось. И уже не было знобко. То самое "ягодное" тепло из детства, растекалось по телу. Это как вспомнить вкус чего-то через много лет.
Впереди предстояла одна из худших ночей в его жизни.
Если мероприятия придется отменить, то срыв – еще одна «статья» в его «деле» А все так неплохо начиналось.
Сейчас его никто не трогал. Было очень тихо. Невыносимо хотелось теперь не спать, а пить. Казалось, что за глоток, за крохотный глоток воды он готов отдать год своей жизни. Какие то пару часов назад он захлебывался водой в реке, казалось, что «нахлебался» на две жизни вперед. А теперь эта мучительная жажда.
Об амулете он сейчас не думал, смирился как будто с потерей.
Ма Рю Сон сначала лежал с закрытыми глазами, пытаясь осмыслить, все что случилось этим вечером. Сколько прошло времени он не знал, может час, может два. Вдруг уже вообще утро? Окон на улицу нет, не понять Только тусклая лампочка в коридоре, свет которой пробивается в маленькое внутреннее окошко в стене. На двери скрипнула встроенная створка.... Нет, утро вряд ли, его бы подняли и заставили сесть…Или за этим и идут? Не могла ночь быть такой короткой.
Рю Сон открыл глаза.
- Подойди! Голос как будто был ему знакомый. И звучал не как приказ.
Без звания, без обращение, ни заключенный, ни рядовой, никак. Просто "подойди"
Рю Сон вскочил и по холодному полу босиком подбежал к двери.
В окошко передали небольшую флягу с водой и..... его амулет.
Ма Рю Сон не мог знать кто это, он увидел сначала руку, а потом вещь, которую считал утерянной безвозвратно. Только шнурок на подвеске был обрезан до очень коротенького не больше объема запястья...и завязан узлом.
Когда он его увидел, радость заполнила собой сердце. Как можно радоваться в таком месте и в такой ситуации? Не понятно, но это была именно радость или облечение вместе с радостью.
Вода! Может, не пить? Уж очень Мажор вел себя подозрительно. Даже безобидную траву из конюшен приволок. Своего не упустит. И что то про кота орал? Боже, кот! Что ему сделал кот и что он сделал коту!!!
Слово за словом все услышанное в кабинете всплывало в памяти… Ма Рю Сона.
Такой крысеныш и во фляжку подсыпет что-нибудь.
Он смотрел на воду, как на спасение от смерти, и боролся с желанием сделать глоток.
Что-то показалось ему знакомым…буквально пару минут назад...,не только голос. Какая-то еще деталь. Какая, какая, какая же…
Точно. Шрам! Треугольный шрам на руке, что протянула воду. На одном из пальцев! Сержант как то, когда ругал всех новичков за неловкость обращения с затворами и даже лопатами показал его и рассказал историю о том, как прищемил палец домкратом, решим помочь отцу отремонтировать автомобиль. Три недели нормально писать не мог. Тогда и показал шрам!
Так это сержант Сок. Сержант, рискуя своей должностью, принес ему воду и амулет. Вода перестала представлять опасность, арестованный жадно начал глотать живительную влагу, но мозг кричал «Все, оставь, оставь глоток на потом»
Что он и сделал. И потом все думал о том, как медальон мог оказаться у сержанта.
У него выходила всего одна версия. Амулет выпал и застрял где-то в одежде, зацепился внутри, шнур лопнул еще в реке...
Ма Рю Сон в его состоянии, не смог его нащупать и отыскать, а в кабинете врача при осмотре и манипуляциях оберег, видимо, выскользнул или остался там с частью одежды....
Его нашел кто-то или сам сержант и теперь вернул, видимо точно зная, что вещь принадлежит Рю Сону.
Но почему вернул, если тут даже обувь забрали?
Мог бы просто к личным вещам положить. На этот вопрос не было ни одного логичного ответа…
Как же было на самом деле? Эта история происходила за стенами каземата.
Войдя в раж, капрал не мог успокоиться даже, когда они с сержантом шли обратно к казармам.
Время отбоя. И тут он совершил, наверное, самую большую глупость, которую можно было совершить в продуманном им сценарии. Недалекость ума не замедлила сказаться. Будь на его месте кто другой, мог бы быть и другой расклад.
-Вот! Вот что у него в тумбочке было! Глядите. Это, чтобы навести порчу. На всех нас, на всю нашу часть! На вас! И капрал достал из кармана тот самый талисман амулет!
Сержант даже в темноте узнал знакомую ему вещь. На самом деле все тайные вещи и небольшие секреты своих подчиненных он знал...
-Дай сюда, это улика – сказал он. И сразу подумал что здесь что то не сходится, потому как Ма Рю Сон всегда или держал вещь под подушкой или носил с собой.
Его бабушка верила в подобные штучки и у нее дома были разные. В детстве они внука забавляли, а бабушка сердилась, ругалась, мол нельзя трогать и играть такими вещами.
Безобидно это, просто побрякушки, но для бабушки было принципиально. Тоже все пыталась с собой внуку оберегов целый рюкзак натолкать. Остановились на фото бабушки с защитными иероглифами на обороте. Вставил в рамочку, их и не видно.
А официального «шмона» тут не случалось? У сержанта Сока была своя тактика. Он наблюдал. Внимательно. За каждым. И, если кто-то вызывал подозрения, тихо, когда все на занятиях, осматривал тумбочки или кровати.
К Ма Рю Сону вопросов у него никогда не было. А амулет приметил быстро, когда Ма Рю Сон вынул его из под подушки и переложил в карман.
Тогда не смог рассмотреть. И это надо было проверить. Не шкатулочка ли с тайником, всякое бывает...
Нашел повод отослать парня среди ночи узнать, что за странный шум в туалете, осторожно поднял подушку и разглядел. Ухмыльнулся, еще сам себе: «привет, бабуля». И никому ничего не сказал.
Ма Рю Сон вернулся и доложил, что все тихо.
-Ветки должно быть по крыше, ветер сегодня. – ответил сержант.
Все это не честно? Обыск без ордера? С юридической точки зрения, пожалуй.
Но сержанту казалось, так лучше, деликатнее, что ли. А "ордер" точнее приказ всегда можно организовать в случае серьезных или явных нарушений.
По мелочам их уж в «учебках» обыскивали, напугали, сам что ли таким не был.
Вещица эта не представляла опасности.
Он, сержант Сок, или Сок Чон Юн служил уже пятый год, сначала, как все, потом по контракту. Был из хорошей, довольно обеспеченной семьи, закончил первый курс юрфака, потом пошел служить и задержался. То ли учиться дальше не тянуло, то ли здесь нравилось, то ли, что девушка не дождалась обижало.
Отец хотел, чтобы в доме был свой юрист. Так и говорил что в каждой семье должен быть свой врач и свой юрист! Это перво-наперво.
-И еще целый список – шутил старший брат, зубря, как какая мышца в теле человека называется...
Чон Юну хотелось быть не вторым сыном в семье, а десятым. Тогда бы у отца список желанных «нужных людей» закончился, а он сам выбирал свой путь. Только понятия не имел, чего от хочет, как и сам Рю Сон…,кроме как быть десятым сыном.
Сыновей было лишь двое, а единственная дочка еще школьница. Кто там у папы следующий по важности? Финансовый консультант? Ой, как это все скучно, какая тоска. Вот и тянул сержант с возвращением в универ.
Когда перед тем, как израненный Ма Рю Сон появился у ворот, сержант, получив предположение о том, что тот якобы дезертировал, а рация не отозвалась, бегло осмотрел тумбочку и даже поднял подушку и матрас.
Все личные вещи, в том числе аккуратно перевязанные письма, были на месте. Вот уж что может быть уликой – так это переписка. Она не пропала. Нет только амулета, который и должен был быть у своего обладателя.
Теперь же, когда Мажор потрясал чужой вещью, он намерено употребил термин «улика», чтобы капрал радостно отдал свою находку.
Сержант взял в руки вещь и с удивлением обнаружил, что косица на амулете, влажная, как и пряди самого солдата при аресте. Еще не просохло?
Объяснение этому могло быть лишь одно. Амулет был вместе Ма Рю Соном в воде. В казарму, где он мог бы его оставить, ему зайти по возвращении не позволили, он все контролировал лично.
Помнится в универе один преподаватель сказал "Хороший адвокат добудет больше фактов из лжи, чем из правды"
Капрал врет. Или он нашел вещь в кабинете врача. Или сам был на месте происшествия.
В кабинете было большое количество глаз и ушей. И, если бы, капрал нашел его там, тут же оповестил бы всех разом. Так было бы зрелищнее! Причем, он же сейчас сказал «что было в тумбочке», а не «я нашел в кабинете», что звучало бы куда логичнее. Он даже не сказал «на конюшне», откуда траву притащил, во что тоже проще было бы поверить.
Это, определенно что-то меняло, но не все. Потому как обвинения «в употреблении» и порче казенного имущества с Ма Рю Сона это никак не снимало.
Просто понятно стало, что у того «коня», что хотел представить всем Мажор «перед с задом не сходится». Но для того, чтобы все встало на свои места одного амулета мало.
А в сержанте вдруг начал неожиданно просыпаться и детектив, и «недопечённый» адвокат в том числе.
В эту ночь практически никто из участников событий не спал.
Подполковник, потому что пришлось в столь поздний час отменять существующие договоренности на счет визита журналиста и переносить все минимум на неделю. Масса сложностей и бюрократии, срыв планов редакции. Когда ты военный высокого ранга и в чем-то не держишь свое слово, это удар по самолюбию. Естественно, он был взбешен от того, что какой то «молокосос посмел». Однако, ему показалось, что все, кроме капрала, симпатизировали именно этому поганцу. Чей сын капрал он то был точно осведомлен и не питал к нему добрых чувств. И все же… подставил его не этот неприятный парень, что бы даже не удивило, а по сути конюх!
Не спал и сержант….Не спал доктор…Не спал кинолог, который, конечно же не мог не знать о случившемся. Не спал даже Мук, потому что не спал хозяин.
Не спалось Нуне и даже коту...Почему Рю Сон не пришел пожелать всем добой ночи и лично проверить запоры денника? Зачем этот противный капрал приходил? Даже животным было тревожно...Хорошо хоть доктор заглянул и выглядел внешне спокойным. Заката привел. Почему не Рю Сон???
Доктор обработал рану Заката. Надо же, подорожник. Парень, действительно смыслит в травах. И те, которыми потрясал горлопан и остатки которых остались в конюшне, выглядели похожими на обычный тысячелистник, да череду. Он сам иногда использовал при приготовлении чая. Кажется, тут еще были мята, чебрец и обыкновенная крапива.
Рыжий кот терся о ноги доктора, пока тот проводил манипуляции, спокойно реагировал на то, что тот берет травы и какие-то личные вещи Ма Рю Сона, справочник и тетрадь. Это хороший человек, от него добром пахнет...даже через запах антисептика добро пробивается... Какой аккуратный почерк! Так подумал доктор, увидев записи.
Все написано ровно, самое главное подчеркнуто. Понятно было, что парень конспектировал книгу по уходу за лошадьми.
И этот ласковый котяра расцарапал ногу капрала в кровь? Ее же тоже пришлось обрабатывать. Все это весьма подозрительно…Но хорошо, что кот жив и никто не совершал ответного нападения.
На самом деле капрал пнул кота ногой, но тот сгруппировался, а удар получился не сильным,. Кот просто кубарем свалился на сено. Колко немного, но не больно.
Сержант коротко переговорил с кинологом. Предполагая, что, если кому-то Ма Рю Сон и рассказывал о своей подвеске, то только ему. И то не факт.
Тот ответил, что упоминание было коротким. Только что вещь эта как-то связана с его учителем монахом, а еще он очень боялся, что ее конфискуют еще в «учебке», но «Ловец ветра» оказался очень хорошим человеком, строгим, но справедливым.
Звонить в монастырь было у же поздно, нечего там на ночь глядя всех баламутить, а вот в «учебку» можно попробовать. Вряд ли только, если того самого ловца нет на месте, ему дадут его личный номер, похоже что он точно выше по званию. Сержант зашел в дежурку к капитану и официально запросил разрешения позвонить. Это было важно.
И ему повезло. Там сразу поняли, о ком речь, офицер был в части, а когда узнал, что звонок по поводу Ма Рю Сона, то сразу взял трубку.
-Я по поводу амулета рядового Ма Рю Сона. Он сказал, что Вы в курсе, что это за вещь и было дозволено иметь ее при себе, это так?
-Нашли таки? Что то долго у него получилось скрываться. Да, это волосы дорогого ему человека, вещь придает ему сил и уверенности, парень физикой слабоват, я позволил. Ее дал ему монах, его Сыним, учитель, больше я ничего не знаю. У него трепетное и бережное отношение к этой вещи, верит, что она дает ему силы. Зачем разрушать надежду солдата в то, что он станет однажды сильнее, даже если это случится от тренировок, а не от таких безделушек? Я так тогда рассудил.
Ловец ветра был прозорливым и опытным, понимал, что просто так из за вещицы никто ему звонить был не стал. Сами бы все решили, позволить или запретить. Поэтому, он прямо спросил
-У вас там случилось что-то? Ма Рю Сон в порядке?
Сам вопрос для сержанта был своего рода ответом. Потому что на там конце провода не прозвучало нечто типа: «Что он натворил?», а была очевидно волнение за парня или даже забота.
-Он в порядке, просто хотелось удостовериться в информации. Что бы Вы могли сказать о нем, как о человеке?
-Что то, все же, случилось?
-Было небольшое местное ЧП, мы пока только лишь выясняем все обстоятельства. Не стоит беспокоиться.
Ловец Ветра прекрасно знал, что ни одна часть не «вынесет сор из избы» тем более до окончания разбирательств. Голос сержанта звучал спокойно, похоже он позитивно настроен по отношению к Рю Сону.
Поэтому, он не стал задавать больше вопросов. Правда, представить себе не мог, в какой такое ЧП мог «вляпаться» Рю Сон. Разве что физическая сила где-то его подвела, что могло иметь последствия для других сослуживцев.
Он мог сказать о парне только хорошее, что кратко и сделал. Честный, порядочный, исполнительный, вежливый, хороший собеседник, много знает, не конфликтный и не нытик.
Все в точности совпадало с собственным мнением сержанта о Ма Рю Соне.
Он подумал, что там, в этом маленьком холодном «каземате» после того, что случилось Ма Рю Сон тоскует по своему источнику веры и силы, как ребенок по матери.
Он тоже предположил бы, что волосы именно мамы, однако кинолог сказал, что парень матери своей не знал и не помнит….А так ли это важно сейчас?
Так что решился на то, чтобы вместе с водой передать Рю Сону дорогую ему вещь. Улика? Да какая это улика…, отпечатки пальцев что ли с нее снимать, когда чья вещь понятна, а Мажор ее уже «облапал».
Смущало лишь то, что нельзя в такие вот места «заключения» передавать что либо, что может стать причиной нового происшествия. Кожаный шнур – это оружие в умелых руках. Поэтому, он подрезал шнур коротко, завязал узелок и передал ее именно в таком виде. Теперь веревка короткая, а края металлического диска были не острыми. Не будет же он сидеть в каземате год, чтобы края о камни затачивать...
Это уже для романа или фильма сюжет, а не для той реальности, в которой они оказались.
Сержант прекрасно понимал, что эта предосторожность просто снимает с него самого часть ответственности за передачу вещи, а не продиктована сомнениями в Ма Рю Соне. Он тоже не мог не думать о своей защите в случае чего.
Все остальные разбирательства придется перенести на утро. И заново выслушать подробно всю версию арестанта, сегодня от него, обычно чётко и грамотно излагающего своим мысли, получить членораздельного рассказа не получилось. Все, допросы, расследования, на завтра. Сейчас - отбой!
Друг кинолог тоже долго волочился с боку на бок. Ма Рю Сон и «употребление»? Да быть такого не может!!! Или псов, а особенно Мука надо списывать за профнепригодность.
Завтра же он займется этим!
Не спал даже Мажор. Потому что все силился вспомнить своей нетренированной памятью, что где и что говорил, а главное, что говорили другие и очень хотел придумать новую каверзу для подтверждения своей правоты.
Все дороги вели в завтра.
Продолжение
(примечание: Гауптвахту с пыткой "сидением" официально отменили в августе 2020 года, но "деды" могут заставить держать "угол" просто в казарме и сейчас, как и сержанты)
