Марина остановилась у церковной ограды, крепче прижимая к груди спящего Мишеньку. Сердце билось так сильно, что казалось — сейчас разорвётся. Две недели назад она родила этого малыша, мечтая о счастливой семье. А теперь стоит здесь, готовая оставить сына на скамейке и уйти навсегда.
— Прости меня, сынок, — прошептала она, садясь на холодную скамейку. — Какая же я мать, если не могу тебе ничего дать?
Жизнь Марины с самого начала не баловала теплом. Она выросла в детском доме, куда попала в два года после гибели старшей сестры. Родители не смогли справиться с горем, запили и быстро умерли. Девочка не помнила их, но всегда мечтала о своей семье — той, где будет любовь, уют и никогда не будет алкоголя.
Получив после выпуска однокомнатную квартиру, Марина устроилась продавцом в супермаркет. Училась она неважно, но это не казалось важным. Главное — найти надёжного мужчину, родить детей и создать ту самую счастливую семью.
Сергей появился в её жизни внезапно. Он был заведующим секцией, на три года старше, уверенный в себе и перспективный. Когда он начал оказывать ей знаки внимания, Марина расцвела. Наконец-то судьба повернулась к ней лицом!
Их отношения развивались стремительно. Сергей вскоре получил более лучшее предложение по работе и перешёл работать в магазин электроники. Позвал Марину жить к себе, называл женой, хотя официально они не расписались. Девушка не придавала этому значения — главное, что они вместе.
Правда, выяснилось, что двухкомнатная квартира оформлена на мать Сергея, Анну Петровну. Она жила в пригороде с новым мужем и редко приезжала. Когда всё же появилась, то не понравилась Марине холодностью и какой-то настороженностью. После её визита Сергей стал другим — задумчивым и раздражительным.
— Мать говорит, квартира запущена, — сказал он вечером. — Надо делать ремонт, а денег нет. Давай твою квартиру продадим? Одну отремонтируем как следует, а вторую всё равно не потянем.
Марина засомневалась. Квартира была единственным, что у неё было своего. Но Сергей так убедительно говорил о будущем, что она согласилась. Они мечтали вместе, выбирали материалы, планировали. Это было счастливое время.
Однокомнатную квартиру продали быстро, но за небольшую сумму. Начался ремонт, растянувшийся почти на год. Марина уволилась, чтобы контролировать процесс. Деньги уходили стремительно. Анна Петровна приезжала, критиковала каждую мелочь и говорила с сыном за закрытыми дверями.
Когда ремонт закончился, отношения стали холоднее. Сергей часто раздражался, уходил гулять один. Марина боялась потерять его и старалась угождать. А потом узнала, что беременна.
— У нас будет ребёнок, — сказала она, надеясь, что эта новость всё изменит.
— Что за чушь? — нахмурился Сергей. — Я предохранялся, и ты тоже обещала. Если и беременна, то не от меня.
— Серёжа, ты с ума сошёл? Как ты можешь такое говорить?
— Проверься у врача. Этого не может быть.
Когда врач подтвердил беременность, Сергей пришёл в ярость:
— Значит, мало мне одной тебя на шее! Так ты ещё и ребёнка хочешь мне подсунуть? Делай аборт, и забудем об этом. Между прочим, мать хочет сюда переехать — это её квартира.
— Но я продала свою по твоей просьбе! Мне идти некуда, — растерялась Марина.
— По моей просьбе? Я тебе с топором угрожал? Хочешь и дальше тут жить - решай вопрос с ребенком. А двоим вам здесь не место.
Он швырнул деньги на стол и указал на дверь. Марина оказалась на улице — без квартиры, работы и почти без денег, с ребёнком в животе.
На первое время приютила её подруга Катя из детского дома, которая тоже воспитывала дочку без отца. Позже Марина сняла комнату, нашла работу в маленьком магазине без оформления. Когда родился Миша, она позвонила Сергею. Вместо радости услышала оскорбления.
Тогда она поехала к нему с ребёнком. Дверь открыла Анна Петровна:
— Ну и что, явилась? Спасибо за внука. Если все Серёжины девки будут мне таких приносить, открою приют. Другие поумнее были, сами справились. Иди отсюда, Серёжа скоро женится.
Вернувшись в комнату, Марина получила предупреждение от хозяйки — с ребёнком придётся съезжать. Работать она больше не могла, денег не было. Единственный выход — оставить Мишу в детском доме. Пусть вырастет под присмотром педагогов, получит образование и квартиру.
«Лучше так, чем побираться с ребёнком на руках,» — убеждала она себя, идя к церкви.
Она села на скамейку, прощаясь с сыном, когда рядом остановилась женщина с коляской. Она что-то нежно ворковала, склоняясь над ней.
— Мальчик? Ой, какой милый! — улыбнулась она Марине. — А моему Саше уже полгода. Посмотрите, какой красавец!
Марина заглянула в коляску и застыла. Там никого не было.
— Но там же пусто, — растерянно сказала она.
— Как пусто? — удивилась женщина. — Там Сашенька, мой единственный сыночек. Если бы не он, я бы руки на себя наложила.
Она поправляла невидимое одеяло, разглаживала складки. Движения были уверенными, как у опытной матери.
«Сумасшедшая,» — испуганно подумала Марина.
Женщину звали Надеждой. Полгода назад они с мужем и маленьким Сашей ехали на море. Произошла авария. Муж и сын погибли, Надежда выжила. Когда ей сказали о трагедии, она словно не поверила. Стала нянчить несуществующего ребёнка, разговаривать с умершим мужем, гулять с пустой коляской.
Мать, Екатерина Ивановна, не знала, что делать. Врачи предлагали психиатрическую клинику, но на это женщина не могла согласиться. Оставалось только молиться.
Конечно, Марина ничего этого не знала. Но увидела в глазах Надежды чёрную пропасть горя, спрятанную за тихой улыбкой.
— Вашего малыша как зовут? — спросила Надежда.
— Миша. Ему две недели, — Марина сглотнула. — Хотите, я вам его отдам? Я напишу отказ, вы усыновите. Он здоровый, некапризный. Я собиралась оставить его здесь, на скамейке. У меня нет другого выхода. Нам негде жить, нет ни денег, ни работы. Он никому не нужен, даже своему отцу.
Надежда замерла. В её глазах растаял покой, появилась надежда. По щекам покатились слёзы. Она взяла Мишу на руки.
— Неужели вы готовы отказаться от этого чуда?
— А что мне делать? У меня правда нет выхода.
— Вы его ещё не крестили?
— Нет.
— Тогда пойдёмте в церковь. Покрестим его. Вы будете крёстной, а я усыновлю Мишеньку. Я буду хорошей мамой, обещаю.
Так решилась судьба маленького Миши. Родная мать стала ему крёстной.
Надежда быстро оформила усыновление. Марину приглашали в гости, но редко.
— Я хочу, чтобы Миша считал меня мамой, — объяснила Надежда. — Когда вырастет, расскажем правду. А пока заходите как родственница, только нечасто. Вам лучше отвыкнуть.
— Не думаю, что будет время для частых визитов, — ответила Марина. — Мне нужно свою жизнь устраивать, работу найти, с жильём разобраться.
Она смотрела на сына в красивой кроватке как бы со стороны. Две недели назад она его родила, девять месяцев он был частью её тела. Но теперь это был не её ребёнок. Как крёстная она может любить его, навещать, дарить подарки. Но мамой больше не будет.
Это наполняло сердце горечью, но и облегчением. Всё кончилось. Можно начинать новую жизнь. Да, трудную, может, неудачную. Но страдать будет только она, не подтягивая в эти лишения сына.
Для Надежды тоже началась новая жизнь. Теперь не нужно было обнимать пустоту, готовить несуществующие кашки. Она не забыла Сашу и не приняла Мишу за замену. Просто научилась жить дальше.
— Смотри, мама, — говорила она Екатерине Ивановне, — у Сашеньки волоски были светлее, чем у Миши. А Саша в четыре месяца так же переворачивался.
Однажды она сама предложила:
— Давай на кладбище съездим. Надо же моих навестить, могилки поправить. Я поняла, что их нет. Но я же всё равно жена и мать. Я люблю их и всегда буду любить.
Екатерина Ивановна только молилась, чтобы дочь окончательно пришла в себя. И чтобы Марина не позвала её материнское сердце обратно к брошенному ребёнку.
Через пять лет Надежда вышла замуж. Миша стал настоящим родным сыном. Крёстная Марина иногда заходила, поздравляла с праздниками. Но и она уже была замужем и родила девочку.