Христианская антропология на данный момент является одним из наиболее актуальных направлений богословской мысли. XXI век с его всецелой гуманистической сосредоточенностью порождает множество вызовов для православного учения, стремясь вытеснить христианское понимание устроения человека, его сущности и предназначения на обочину истории как не способное давать продуктивные ответы на все больше возникающие вопросы, тесно связанные с пониманием природы человека. Откуда появляется необходимость для православия и его богословского мира, в частности, сосредоточить свои усилия на выработки христианских ответов на актуальные вопросы современного общества. Значительная доля внимания, которого на данный момент уделяется внутренней психической жизни человека, пожалуй, еще никогда в истории психология, как бы она не понималась, не пользовалась такой популярностью.
Соответственно богословская мысль должна отвечать веяниям времени, давая отчет в своем уповании, формируя на основании Предания Церкви психологические концепты, могущие стать актуальной альтернативой в вопросе понимания устроения душевной жизни человека. В святоотеческой традиции накоплен большой опыт и глубокое знание о человеке, но все это сокровище не представлено в системном, последовательном, развернутом виде, задача такого изложения стоит перед православным богословием в наше время.
К подобному, необходимому быть систематически изложенному материалу, относится и главная тема данной серии публиккаций– учение о трех силах души. Её истоки восходят к Платону, систематическое развитие осуществляется у Аристотеля и стоиков, а окончательное антропологическое и сотериологическое переосмысление происходит в христианском богословии, прежде всего у великих каппадокийцев — святых Василия Великого, Григория Богослова и Григория Нисского. Эта концепция не только определяла представления о внутреннем строении человека, но и служила основой для понимания его нравственной жизни, страстей, духовной борьбы и обожения.
В данной серии публикаций будет рассмотрено, как в богословии Каппадокийцев понимается структура души, взаимодействие ее сил, их роль в духовной жизни и борьбе со страстями. Особое внимание будет уделено тому, как христианское богословие трансформировало платоническую трихотомию души, подчинив ее учению о спасении, обожении и гармонизации человеческой природы.
Наиболее удачным представляется такой способ изложения материала настоящей главы: в начале будет кратко охарактеризована концепция трехчастной души как она представлена у Капподакийцев, затем необходимо более подробно рассмотреть отдельно каждую силу, ее особенности и характерные свойства, в конце же показать как в богословии отцов описывается должные отношения между тремя силами, какое их взаимное устройство является гармоничным и соответствующим божественному замыслу.
В целом святые отцы используют платоновскую систему трехчастной души. Вот как характеризует мученик Иоанн Попов учение о души свт. Василия Великого: «в учении о составе человеческой души Василий Великий держится учения Платона. Он различает в ней владычественную, или разум, раздражительную и вожделетельную способности»[1]. Святитель Григорий Нисский в Каноническом послании к святому Литоию, епископу Мелетинскому так пишет об этом: «По первоначальному разделению, в душе нашей замечаются три силы: разумная, вожделетельная и раздражительная. Этими силами совершаются и правые дела людей живущих добродетельно, и падения людей склоняющихся к пороку»[2].
Интересно следующее: в главе, Платон, впервые разрабатывавший данную концепцию, последовательно двигался от простого конфликта души и тела, духовного и материального, к сложной борьбе уже внутри самой души. Трехчастность души вытекает из двойственности человеческой природы. Этот переход становится ясным, если понимать, что для Платона раздражительная и вожделевательная силы теснейшим образом связаны с телом, в принципе, оно причина их бытия, в собственном смысле душа – это разумная сила, а бытие двух других как бы некий придаток из-за заключения души в тело.
В учение великих капподакийцев прослеживается та же логика, лучше даже сказать тот же пафос – дуалистического противостояния материального и духовного. Так для святого Василия Великого человек «есть ум (νοῦς, а также душа - ψυχή), сопряженный с телом»[3], святитель Григорий говорит о человеке как двусоставном существе, подчеркивая, что, будучи посредником между материальным и нематериальным мирами, человек носит в себе характерные черты обоих: «своим умом, или духом, он связан с нематериальным, божественным и невидимым, тело же его принадлежит к области материального, земного и видимого»[4]. С одной стороны, для него душа «“частица Божества”» в человеке»[5], но эта «частица» заключается именно в заключается в ее высшей части - уме (νοῦς), рассудке (διάνοια) или духе (πνεῦμα). Святитель Григорий Нисский прямо говорит, что «неразумные силы человеческой души - страстная и вожделеющяя … в собственном смысле не принадлежат к сущности души и «привзошли в нее извне», хотя и были присоединены к ней Самим Богом, чтобы разум господствовал над ними и направлял их к добродетели»[6].
Следствием такого воззрения на три силы души, при котором явно доминирует в своей значимости первая их них, является и естественно большее внимание, уделяемое ей, проще говоря, о ней у отцов Капподакийцев значительно больше написано.
Прежде чем перейти к рассмотрению каждой части души в отдельности, необходимо сказать следующее: для Платона части души изначально имеют некоторый нравственный окрас, разум, например, есть благо сам по себе, так как он часть вечного божественного мира идей, а вожделевательная часть наоборот – изначально источник всего злого. Нетрудно понять почему это так, достаточно вспомнить христианское учение о первородном грехе, Платон исследует человеческое естество, уже пораженное грехом, проникнутое злом. Пытаясь указать источник последнего, он сводит его к материи как таковой, однако для христианства такой ответ неприемлем, Господь сотворил все хорошо весьма (Быт. 1:31), в человеческом естестве нет ничего изначально недоброго, не причастного благу. Капподакийцы строго следуют этому, потому для них каждая сила «становится для обладающего ею благом или злом по образу употребления»[7]. И ниже будет показано как именно каждую силу можно употребить на благо, а как на зло, в этом оригинальность понимания святыми отцами учения о трех силах, в платоновском учение такого не встречается.
Продолжение следует
Студент Сретенской духовной академии 4 курса бакалавриата Антоний Автайкин
[1] Иоанн Попов, муч. Конспект лекций по патрологии. М.: Булат, 2006. С. 111.
[2] Церковное право. Правила свт. Григория Нисского // URL: https://azbyka.ru/pravo/pravila-svt-grigoriya-nisskogo/ (дата обращения: 22.06. 2025 года).
[3] Василий Великий, свт. Творения. Т. I. М.: Сибирская благозвонница, 2008. С. 426.
[4] Григорий Богослов, свт. Творения. В двух томах. М.: Издательство П. П. Сойкина, 1912. С. 544.
[5] Там же. С. 443.
[6] Там же. С. 611.
[7] Георгий Флоровский, прот. Восточные отцы IV века. М.: Издательство Белорусского Экзархата, 2006. С. 80.