Я до сих пор так делаю. Если позади слышу шаги в тёмное время суток — останавливаюсь. Делаю вид, что что-то ищу в сумке. И пропускаю человека вперёд.
Пусть идёт. Пусть его спина будет перед моими глазами. Только так я могу дышать.
Почему? Всё из-за одной украденной шапки. Тридцать три года назад.
Это была не просто шапка. Это была мечта.
Норковая, пушистая, невероятно тёплая. В 19 лет это был знак того, что ты — почти взрослая, что ты — красивая. Родители, работавшие в совхозе, не могли
её купить. Но тётя, увидев мои голодные глаза в витрине, — смогла. Она
стала моим маленьким чудом.
Я носила её всего неделю. И буквально купалась в счастье. А потом мы с подругой пошли в кино.
Вечер, который разделил жизнь на «до» и «после».
Было светло от фонарей, мы смеялись. И в какой-то момент я почувствовала…
странную лёгкость. Холод. Я дотронулась до головы. Пусто.
«А где твоя шапка?» — спросила подруга.
Мы обернулись. Вдали, растворяясь в темноте аллеи, кто-то убегал. Мы
кричали, бежали за ним. Но тьма поглотила его. И нашу беспомощность
тоже.
Давайте на минутку остановимся. Ваш чай ещё горячий?
Вспомните момент, когда вы поняли, что что-то важное безвозвратно потеряно. Не обязательно вещь. Доверие, чувство безопасности, иллюзия. Какой след оставила в вас та потеря? Он до сих пор с вами?
У меня началась истерика. Не из-за вещи. Из-за наглости тишины, с которой это сделали. Он подошёл так близко. Снял так легко. Исчез. Я была не жертвой кражи. Я была участницей молчаливого спектакля, даже не зная об этом.
Я боялась сказать родителям. Страх разочарования был сильнее страха перед
воришкой. Но через месяц, когда я приехала домой без шапки, папа всё
понял с одного взгляда.
Он не кричал. Не вздыхал о деньгах. Он посмотрел на меня — испуганную, виноватую — и сказал всего одну фразу.
«Бог с ней, с этой шапкой. Главное, что ты жива.»
В этой фразе не было ни грамма упрёка. Только облегчение. Только любовь. В тот миг мир, который перевернулся от прикосновения чужой руки, снова встал на место. Благодаря его словам.
Но страх… страх оказался живучее шапки. Он пришился ко мне намертво. Как та самая оторванная пуговица, которую уже не вернёшь.
С тех пор я слышу шаги за спиной — и мое тело помнит то самое ощущение. Тишину за спиной. Холод на голове. Беззащитность.
Душа, как и хорошая память, хранит не только светлые моменты.
Она хранит и те трещины, через которые в нас однажды заглянул чужой
произвол. И эти трещины уже не срастаются. Они просто становятся частью нашего ландшафта.
Так что же я ношу уже 33 года? Не страх. Телесную память о предательстве пространства. О том, что твоя безопасность — иллюзия, которую можно снять с головы за секунду. Как шапку.
Но вместе с этим страхом я ношу и другие слова. Те, что сказал отец. Они — мой внутренний напёрсток.
Не для того, чтобы зашить ту трещину. А чтобы, касаясь её мысленно,
помнить: да, мир бывает жесток и случаен. Но есть любовь, которая
безусловна. Есть тыл, который не рухнет из-за потерянной вещи. Есть
ценности, которые никто не украдёт.
Я до сих пор оборачиваюсь. И, наверное, всегда буду. Но теперь, пропуская
незнакомца вперёд в тёмном переулке, я не только слушаю свой страх. Я
слышу и эхо тех отцовских слов: «Главное, что ты жива».
А у Вас есть такая «телесная память»? Страх, который живёт в спине, в
плечах, в затылке? И что (или кто) стало для вас тем самым «напёрстком» —
напоминанием, что вы, ваша жизнь и ваши близкие — дороже любой
украденной иллюзии?
P.S. За кадром )) как я превращаю рабочее место в сказку, а также мой глоток спокойствия каждый день. Добро пожаловать в мой Телеграмм канал
Пусть ваши страхи всегда встречаются с вашей силой. До новых встреч в Мастерской.