Кажется, миру наконец-то надоел тотальный позитив. Помните, многие из тех, кто бывал за границей, часто с удивлением отмечали: там люди словно другие — открытые, улыбчивые, веселые и даже беззаботные. А у нас? Суровый взгляд, сдержанная мимика, выражение лица, будто ты решаешь проблемы всего мира.
Ну что ж, видимо настал и наш звёздный час: славянский суровый взгляд внезапно стал мировым трендом. Как же так вышло?
Корни этого внезапного увлечения уходят в Вашингтон. Объектом восхищения и примером для подражания стала Мелания Трамп, уроженка Словении. Ее сдержанная, почти ледяная манера держаться на публике, тот самый пронзительный, суровый взгляд, которым она частенько одаривала своего бурного супруга, был объявлен эталоном «славянской дивы». Западные комментаторы увидели в этой невозмутимости не просто личную черту, а некую этническую сверхспособность. И понеслось. Блогерши начали «практиковать славянский взгляд», чтобы, как они шутят, «привлечь миллиардера» или «больше никогда не слышать слово „нет“». Для них это стал новый психологический лайфхак, маска силы и невербального доминирования.
Но весь мир заблуждается. Они не знают, что «славянский взгляд» — это не просто поза или техника. Это нечто гораздо более глубокое и неуловимое. Его нельзя надеть, как эффектную шляпу. Это — состояние души, отлитое в чертах лица годами, если не столетиями особого культурного кода.
Это взгляд, который формируется не перед зеркалом, а в духоте переполненной маршрутки, когда ты день за день едешь на работу. Это мимика, отточенная в бесконечных очередях, где умение ждать без внешних эмоций возведено в ранг высокого искусства. Это выражение лица человека, который с детства усвоил, что «смех без причины — признак дурачины», а искренняя улыбка — слишком драгоценная валюта, чтобы разбрасываться ею по любому поводу.
Наша улыбка — это не автоматическая вежливость, а настоящая, накопленная как кинетическая энергия, и выпускаем мы ее только по действительно весомому поводу.
Поэтому, наблюдая за старательными попытками тиктокеров, мы видим, что у них получается лишь карикатура. Они напрягаются, хмурятся, пытаются выглядеть «опасно». А ведь суть в расслаблении, в принятии, в той самой «экзистенциальной пустоте», о которой с горьковатым юмором пишут некоторые исследователи человеческих душ.
Идеальным западным воплощением этого состояния сетевые знатоки справедливо назвали ирландца Киллиана Мерфи с его вечно усталым, отрешенным и невероятно харизматичным взглядом.
Такое ощущение, что он несет в себе тихую бурю человеческого несовершенства.
Мир, уставший от тотального позитива, обязательной улыбчивости и давления успеха, вдруг нашел отдушину в нашей аутентичной, не приукрашенной реальности. Нас долго пытались «исправить», заставить улыбаться и радоваться без повода, а теперь учатся у нас. Слабаки!
Но, согласитесь, в этом есть какая-то историческая ирония? Кстати, важно понимать: они пытаются скопировать внешнюю оболочку, форму. А содержание, та самая «славянская душа» — недоверчивая, стойкая, сентиментальная внутри и крепко скроенная снаружи — продукт уникального климата, истории и коллективного опыта. Ее нельзя освоить по тиктоткам. Можно лишь с уважением наблюдать со стороны, понимая, что за этим «вечно недовольным» лицом скрывается не злоба, а спокойное приятие фундаментальной тяжести бытия.