— Да ты просто истеричка! — голос Романа звенел на всю кухню. — Десять лет я тебе говорил: бизнес требует жертв, а ты всё ныла, что тебя не слышат!
Юлия стояла у окна и смотрела на вечерний город. Её руки дрожали, но она держала себя в руках, как будто не слышала этого крика. Только внутри всё сжималось в тугой узел.
— Роман, я не истеричка, — сказала она тихо, но твёрдо. — Я просто устала делать вид, что меня устраивает то, как ты распоряжаешься нашим общим делом без меня.
Он хмыкнул и прошёлся по кухне, нервно потирая затылок.
— Ага, конечно. Я вкалываю как проклятый, пока ты со своими капризами носишься. Хочешь больше внимания? Так иди в театральную студию, там тебе аплодисменты будут!
Она обернулась. В её глазах не было слёз, только холодная решимость.
— Завтра я забираю свои документы. Прекращаю участие в компании. Всё, что касается меня лично, переоформляю. И больше не хочу тебя видеть.
Роман замер, словно не поверил услышанному.
— Что?.. Юля, ты о чём вообще?
— О том, что мне тридцать семь, и я наконец-то поняла: я не обязана терпеть человека, который считает меня обузой. Прощай.
Она вышла из квартиры, не оглядываясь. За спиной раздался громкий удар — видимо, Роман что-то швырнул в стену. Но ей было всё равно. Она шла по улице, дыша полной грудью, и впервые за долгие годы чувствовала: свобода пахнет не свежескошенной травой и не духами, а просто воздухом, которым дышишь без оглядки.
Всё началось десять лет назад, когда они открывали фитнес-клуб вдвоём. Юлия тогда только окончила курсы массажистов и думала, что совместный проект с любимым человеком — это мечта. Роман казался человеком с огнём в глазах, тем, кто знает, чего хочет.
Но постепенно их отношения превратились в вечный марафон выяснений, кто главнее, чья идея лучше и кто больше вкладывается. Роман брал на себя финансовые решения, заключал договоры с поставщиками, нанимал персонал. Юлия занималась клиентами, разрабатывала программы, следила за атмосферой. Но с каждым годом её голос становился тише, а его — громче.
— Ты же сама не разбираешься в этом, — бросал он, когда она пыталась высказать своё мнение по поводу нового тренера. — Я решаю, кого брать, а ты занимайся своими массажами.
Юлия молчала. Терпела. Думала, что любовь — это умение уступать. Но когда однажды узнала, что Роман взял кредит под залог её доли в бизнесе, не поставив её в известность, что-то внутри сломалось окончательно.
Она пришла к нему в офис прямо с работы, ещё в форме клубной.
— Как ты посмел? — голос её звучал спокойно, но холодно.
Роман даже не поднял головы от экрана компьютера.
— О чём ты?
— О том, что ты оформил кредит, используя мою долю.
Он вздохнул, словно она докучала ему мелочами.
— Юля, это нужно было для расширения. Мы же планировали открыть второй клуб, помнишь?
— Мы планировали. Но я не давала согласия.
— Ну и что? — он, наконец, посмотрел на неё. — Ты же часть этого бизнеса. Если я что-то делаю для общего блага, ты должна быть со мной заодно.
— Я не "должна", — ответила она. — Я партнёр. Но для тебя я просто удобное приложение, которое не задаёт лишних вопросов.
Он махнул рукой, отворачиваясь.
— Опять начинается. Юля, у меня куча дел, давай потом.
Но "потом" не случилось. Она ушла из офиса, и впервые за десять лет поняла, что больше не хочет бороться за право быть услышанной.
Через три дня она подала заявление на выход из бизнеса. Роман пытался звонить, писать, даже подъехал к её дому. Она открыла дверь на цепочке.
— Нам нужно поговорить, — сказал он устало. — Юля, мы же столько вместе прошли...
— Да, — кивнула она. — И теперь я прохожу дальше. Одна.
— Ты пожалеешь. Без меня у тебя ничего не получится.
Она усмехнулась.
— Знаешь, Рома, я уже много лет жила, боясь остаться без тебя. Боялась, что не справлюсь, не смогу, не потянет. Но сейчас я поняла, что жить, боясь, гораздо страшнее, чем остаться одной.
Он постоял ещё немного, но так ничего и не сказал. Развернулся и ушёл.
Юлия забрала свою долю деньгами. Сумма была не такой уж большой, учитывая, сколько сил она вложила. Но ей было достаточно. Она сняла небольшую студию на окраине, где по утрам пахло свежим хлебом из пекарни этажом ниже, а по вечерам слышались смех детей с соседнего двора.
Первое время было тяжело. Привычка просыпаться и идти на работу, где всё знакомо, где каждый клиент — почти родной человек, куда-то испарилась. Теперь она сидела дома, пила кофе и думала: "А что дальше?"
Одна её подруга, Риточка, позвонила через неделю после разрыва.
— Юлька, ну как ты там? Может, приехать, привезу тортик?
— Не надо тортик, — рассмеялась Юлия. — У меня всё хорошо. Правда.
— Ой, да ладно! — Рита фыркнула. — Бросила всё, мужика, бизнес... Как можно быть хорошо?
— А вот так, — ответила Юлия. — Я впервые за десять лет чувствую, что дышу.
Рита замолчала.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Постепенно Юлия начала заново искать себя. Она вспомнила, что когда-то мечтала открыть маленькую студию йоги. Не огромный клуб с десятками тренажёров и толпами клиентов, а уютное пространство, где можно просто прийти, расслабиться и найти внутреннюю гармонию.
Она начала ходить на курсы, читать, общаться с единомышленниками. И через полгода у неё появилась небольшая студия в старом доме рядом с парком. Три зала, мягкие коврики, приглушённый свет и музыка, которая успокаивает нервы.
Первые клиенты пришли по сарафанному радио. Кто-то узнал от знакомых, кто-то случайно увидел рекламу в социальных сетях. Но постепенно студия начала наполняться людьми, и Юлия поняла, что делает именно то, что ей нужно.
Однажды к ней зашла женщина лет пятидесяти, с усталым лицом и грустными глазами.
— Я давно хотела попробовать йогу, но всё откладывала, — сказала она. — Муж говорил, что это ерунда.
Юлия улыбнулась.
— А теперь?
— А теперь мне всё равно, что он говорит, — женщина вздохнула. — Я устала жить так, как удобно всем, кроме меня.
Юлия кивнула.
— Тогда вы пришли по адресу.
После занятия женщина подошла к ней, и в её глазах уже было что-то другое — не такое усталое, а немного светлое.
— Спасибо, — сказала она. — Я ещё приду.
— Приходите, — улыбнулась Юлия. — И знаете что? Вы молодец, что начали думать о себе.
Прошёл год. Юлия больше не вспоминала о Романе, о фитнес-клубе, о том времени, когда она пыталась доказать, что тоже имеет право голоса.
Иногда она думала, что, возможно, никогда не встретит человека, с которым снова захочет строить отношения. Но её это не пугало. Она научилась быть счастливой одна, и это было самым важным открытием.
Как-то раз Рита заехала к ней на чай.
— Слушай, а ты не жалеешь? — спросила она, разглядывая фотографии на стене студии.
— О чём? — Юлия налила кипяток в чашки.
— Ну, о том, что ушла. Всё-таки, клуб был успешным...
— Нет, — ответила Юлия без запинки. — Я не жалею. Потому что тогда я была не я. А сейчас — я.
Рита задумчиво кивнула.
— Понимаю.
Вечером, закрывая студию, Юлия стояла у окна и смотрела на огни города. Где-то там жил Роман, занимался своим бизнесом, возможно, нашёл новую партнёршу. Но это больше не касалось её.
Она шла домой через парк, вдыхая прохладный воздух, и улыбалась. Жизнь продолжалась, и теперь она сама решала, куда идти, с кем быть и что делать. Никаких чужих мнений, никаких криков и упрёков.
Только она и её свобода. И больше ей ничего не было нужно.