ЗАПАХ ПОРОХА
Ответ на её провокацию пришёл быстрее, чем она ожидала, но не с той стороны. Через два часа новый телефон завибрировал — звонок от Никиты, его голос был сдавленным от ярости и тревоги.
— Что ты наделала? Твой пост на форуме уже у всех на радарах! Ты думаешь, это шутки?
— Мне нужно было отвлечь их внимание от этого дома, — защищалась Катя. — Сработало?
— Сработало так, что полгорода теперь знает про ангар! В том числе и наши «друзья». Я только что от своих людей узнал — к ангару стянулись две машины с бойцами Кравеца. Они проверяют, не лежака ли подбросили.
— И что?
— И ничего. Они ничего не нашли, потому что там уже лет пять ничего нет! Это была пустышка! Теперь они в ярости и ищут, кто эту утку запустил. И, Катя, они не дураки. Они могут выйти на тебя. На твой IP, на стиль письма…
— Я использовала прокси, — пробормотала она, но уверенность таяла.
— Прокси от тебя, дура, не спрячут! У них есть спецы, которые за полчаса такие цепочки раскручивают! Сиди тихо. Я сообщил ему. Он в бешенстве.
Связь прервалась. Катя осталась сидеть, глядя на экран ноутбука, чувствуя, как её авантюра оборачивается катастрофой. Она хотела создать дымовую завесу, а подожгла свой же тыл.
Через полчаса раздался резкий стук в дверь. Не условный. Три жёстких, требовательных удара.
Катя замерла, кровь стыла в жилах. Это не Никита. Не курьер.
— Открывай! Сантехник! — прокричал грубый мужской голос за дверью.
Она знала, что сантехники так не стучат. И не приходят без вызова.
Она медленно отползла от двери вглубь комнаты, к окну в кухне, которое выходило на узкий балкон соседей. Это был единственный возможный выход. Но второй этаж…
Дверь затрещала под напором. Кто-то пытался выбить её или взломать замок.
Она рванула окно. Оно открылось со скрипом. Холодный воздух ударил в лицо. Балкон соседей был в метре, через пустоту. Никаких перил, только узкий бетонный выступ.
За дверью раздался приглушённый удар, древесина хрустнула. У них был таран.
Не думая, Катя перелезла через подоконник, ухватилась за раму и, зажмурившись, прыгнула. Её пальцы скользнули по шершавому бетону соседского балкона, ноги на секунду повисли в пустоте. Сердце бешено колотилось. Она подтянулась, вползла на чужой балкон, ударив коленом об бетон.
Следом с грохотом рухнула её дверь. Крики, тяжёлые шаги в квартире.
Не оглядываясь, она вломилась в соседскую квартиру через незапертую балконную дверь. Внутри пахло капустой и стариком. В кресле, спиной к ней, спал седой дед, перед ним гудел телевизор.
Катя проскочила через крохотную прихожую, вырвалась на общую лестничную площадку. Сверху уже доносились шаги — они проверяли этаж. Она помчалась вниз, перепрыгивая через ступеньки. Где-то сзади крикнули: «Она здесь!»
Выскочив в подъезд, она увидела на улице у входа ту самую серую «Ладу». Возле неё стояли двое крепких парней в спортивных костюмах. Она рванула в обратную сторону, к чёрному ходу, ведущему в другой двор.
Бежала, не разбирая дороги, ныряя между гаражами, через детские площадки. Лёгкие горели, в ушах стучала кровь. Она слышала за спиной погоню, но не оборачивалась.
Выбежав на очередную улицу, она попыталась остановить первую же машину. «Жигули» пронеслась мимо. Сзади, из-за угла, выскочил один из преследователей.
И тут, как в кино, рядом с ней резко затормозил чёрный внедорожник. Пассажирская дверь распахнулась.
— Садись! Быстро! — крикнул Никита.
Она влетела в салон, дверь захлопнулась, и машина рванула с места, едва не сбив того, кто бежал за ней. Через секунду они уже мчались по улице, лавируя между машинами.
— Пристегнись, — рявкнул Никита, его лицо было искажено концентрацией. Он резко свернул в переулок, затем на набережную.
— Откуда ты? — выдохнула Катя, дрожа всем телом.
— Я был неподалёку. Следил за тем типом у подъезда. Как только увидел подмогу — понял, что щёлкнет. Твой дурацкий пост сработал как маяк. Они вычислили район и начали прочёсывать. Везу тебя в другое место.
— А он? — спросила Катя про Гордеева.
— Звонил. Сказал, чтобы я тебя уберёг любой ценой. У него свои проблемы. Силин вызвал его на срочную встречу. Прямо сейчас.
ЛОМАЮЩИЕСЯ ПРАВИЛА
Встреча Силина и Гордеева проходила не в кабинете, а на нейтральной территории — в закрытом зале частного клуба для гольфа за городом. Зелёные лужайки были покрыты инеем, в огромных панорамных окнах отражалось свинцовое небо.
Силин сидел за столом, на котором стоял только графин с водой. Он не выглядел грозным. Он выглядел усталым и… разочарованным.
— Вы нарушили правила, молодой человек, — сказал он без прелюдий. — Наша договорённость была о тихом перемирии. А вы что делаете? Организуете утечку информации, которая бросает тень не только на меня, но и на структуры, с которыми я работаю. Вы думаете, я не знаю о вашей маленькой игре с ангаром?
Гордеев, стоя у окна, медленно обернулся. Его лицо было маской холодной ярости.
— Я не организовывал никаких утечек. Это сделал кто-то другой. Кто-то, кто хочет стравить нас окончательно. И, судя по тому, что в этот момент группа головорезов пытается похитить мою сотрудницу, этот «кто-то» действует очень активно.
Силин нахмурился. Искренне или притворно — было не понять.
— Какая сотрудница?
— Не притворяйтесь. Вы же подключили свою супругу к поискам. И её «друзей».
— Лилия действовала по своей инициативе, — отрезал Силин. — Я запретил ей вмешиваться. Видимо, она решила, что может решить проблему по-своему, заручившись помощью… внешних специалистов. Я с ней разберусь. Но ваша сотрудница… она жива?
— Пока да, — сквозь зубы ответил Гордеев. — Но если с ней что-то случится, Виктор Петрович, все наши договорённости аннулируются. И документы, которые вы так боитесь, увидят свет не через шесть часов, а через шесть минут. Я уже всё подготовил.
Силин побледнел. Его пальцы сжали край стола.
— Это шантаж.
— Нет. Это гарантия. Вы контролируете свою сторону баррикады — я контролирую свою. Если ваши «внешние специалисты» или ваша супруга выйдут из-под контроля, ответственность ляжет на вас. И последствия будут для вас. Лично.
Он подошёл к столу и посмотрел на Силина сверху вниз.
— Я хочу имён. Имён тех, кто нанял Кравеца. Сейчас.
— Я не нанимал Кравеца! — в голосе Силина впервые прозвучали ноты искреннего раздражения. — Я не сумасшедший, чтобы нанимать бывшего силовика для решения проблем с женщиной! Это слишком грубо и слишком заметно!
— Тогда кто? — Гордеев не отступал.
Силин задумался. Его взгляд стал рассеянным, он смотрел куда-то внутрь себя.
— Есть один человек… который был бы очень недоволен, если бы узнал о существовании моего сына. И о тех старых грехах, что всплывут вместе с ним. Он считает, что имеет право на моё наследство. И на моё место.
— Полозов? — угадал Гордеев, вспомнив отца Екатерины, вице-мэра, чей бизнес он обошёл на тендере.
Силин медленно кивнул.
— Андрей Андреевич всегда считал, что я ему должен. Что его сын должен был жениться на моей дочери, объединив наши активы. Лилия разрушила эти планы, выйдя за вас. А ваш успех на «ХБК» стал для него последней каплей. Он старый волк. Он знает все скелеты в шкафу. В том числе и про Костю. И он знает, как нажать, чтобы я не дёрнулся. Наём Кравеца… это в его стиле. Грязно, эффективно и с возможностью свалить всё на меня или на вас.
Гордеев отшатнулся. Картина становилась ясной и от этого ещё более чудовищной. Они с Катей оказались разменными фигурами в старом конфликте двух акул. Силин боялся Полозова. Полозов использовал Кравеца, чтобы ударить по Силину через них. Или наоборот — ослабить Гордеева, чтобы вернуть себе «ХБК». Замкнутый круг из алчности, мести и страха.
— Где Полозов сейчас? — спросил Гордеев.
— Наверное, в своём загородном доме. Ждёт новостей. Он любит наблюдать со стороны.
— Тогда передайте ему от меня, — голос Гордеева стал тихим и опасным, как шипение змеи, — что если он тронет хоть волос на её голове, я уничтожу не только его бизнес. Я уничтожу его сына. И его внуков. Я сделаю так, что имя Полозовых в этом регионе станет синонимом позора и нищеты. У меня достаточно на это средств и… отсутствия совести. Понятно?
Силин смотрел на него с холодным уважением.
— Вы стали жестоким, Сергей Валерьевич.
— Меня научили, — бросил Гордеев и направился к выходу.
Он вышел на холодный воздух, к своему автомобилю, где за рулём ждал молчаливый водитель. Только сев на заднее сиденье и набрав номер Никиты, он позволил себе выдохнуть и провести дрожащей рукой по лицу.
— Говори, — скомандовал он, услышав ответ Никиты.
— Она со мной. В шоке, но цела. Куда везти?
Гордеев задумался. Все убежища были скомпрометированы. Отель — нет. Квартира — нет.
— На склад, — решил он. — На «ХБК». Там сейчас ночная смена охраны, наши люди. И там есть комната, о которой никто не знает. Дай ей ключ. И оставайся с ней. Я скоро буду.
— Понял.
Гордеев положил трубку и откинулся на сиденье. Враг обрёл имя и мотив. Теперь нужно было действовать. Быстро, жёстко и так, чтобы у Полозова не осталось ни сил, ни желания продолжать эту войну.
Он посмотрел на город за окном. Где-то там Катя, испуганная, но живая. И где-то там старый подлец, который решил, что может безнаказанно ломать жизни.
«Ошибаешься, — подумал Гордеев, и в его глазах вспыхнул тот самый, старый, дикий огонь Степы. — Теперь ты имеешь дело со мной. И я не остановлюсь, пока не сотру тебя в порошок».
Продолжение следует…