Утро началось как обычно. Андрей ушёл на работу, поцеловав меня на прощание и пообещав вернуться к шести. Я выпила кофе, посмотрела в окно на серое небо и решила, что сегодня отличный день для генеральной уборки. Давно собиралась, но всё никак руки не доходили.
Начала с кухни. Перемыла все шкафчики, протёрла плиту до блеска, вычистила духовку. Потом взялась за ванную. К обеду добралась до гостиной. Тут у нас на подоконнике стоял большой фикус в керамическом горшке. Андрей его очень любил, ухаживал, поливал, даже разговаривал с ним иногда. Я к цветам равнодушна, но этот фикус терпела ради мужа.
Протирала подоконник мокрой тряпкой, случайно задела горшок локтем. Он качнулся, я попыталась поймать, но не успела. Горшок упал на пол и разбился вдребезги. Земля рассыпалась по ламинату, корни торчали во все стороны. Я выругалась, схватила веник. Вот ещё проблема, Андрей расстроится. Придётся новый горшок покупать.
Стала подметать землю и вдруг заметила что-то странное. Среди комьев земли блеснуло что-то белое. Я наклонилась, присмотрелась. Пакет. Небольшой полиэтиленовый пакет, запечатанный скотчем. Я подняла его, отряхнула землю. Внутри были деньги. Много денег. Пачки купюр, туго перетянутые резинками.
Сердце ухнуло куда-то вниз. Я села прямо на пол, держа пакет в руках. Голова закружилась. Зачем Андрей спрятал деньги в цветочном горшке? Почему не сказал мне? Мы всегда всё обсуждали, никогда друг от друга ничего не скрывали. Или я так думала.
Пальцы дрожали, когда я развязывала пакет. Достала одну пачку, пересчитала. Пятьдесят тысяч. Потом вторую. Ещё пятьдесят. Всего в пакете оказалось шесть пачек. Триста тысяч рублей. Я сидела и смотрела на эти деньги, не понимая, что происходит.
Откуда у Андрея такая сумма? Он работает инженером на заводе, зарплата у него средняя. Мы живём нормально, но до богатства далеко. Каждый месяц планируем бюджет, считаем расходы. Триста тысяч для нас огромные деньги. Мы столько за год не откладываем.
Я попыталась успокоиться, подумать логично. Может, он копил? Откладывал понемногу каждый месяц, хотел сделать мне сюрприз? Купить машину или съездить в отпуск? Но зачем тогда прятать в горшке? Почему не положить в банк, не рассказать мне?
В голову полезли страшные мысли. Может, он взял кредит и скрывает? Или взял деньги в долг у кого-то? Или, хуже того, украл? Нет, Андрей не такой. Он честный, порядочный. Мы вместе пятнадцать лет, я его знаю. Он не способен на такое. Или способен?
Я встала, сунула деньги обратно в пакет, пошла на кухню. Налила себе воды, выпила залпом. Руки всё ещё тряслись. Посмотрела на часы. Три дня. До прихода Андрея ещё три часа. Три часа, чтобы решить, что делать. Спросить его напрямую? Или сделать вид, что ничего не нашла?
Я вернулась в гостиную, убрала осколки горшка, собрала землю. Фикус положила в таз, полила водой. Потом взяла пакет с деньгами, принесла на кухню, положила на стол. Села напротив, уставилась на него. Думала, думала, но мысли путались, не складывались в единую картину.
Позвонила маме. Она всегда умела успокоить, дать совет.
— Мам, привет.
— Здравствуй, доченька. Что-то голос у тебя странный. Случилось что?
Я хотела рассказать, но вдруг поняла, что не могу. Это же касается Андрея. Мама его любит, но если узнает про деньги, начнёт переживать, задавать вопросы, может, даже хуже подумает. Нет, пока рано.
— Нет, мам, всё нормально. Просто устала. Уборку делаю.
— Ну отдохни тогда. Зачем себя изнурять?
— Отдохну. Не переживай.
— Ладно. Передавай Андрею привет.
— Передам. Пока, мам.
Я положила трубку, снова посмотрела на пакет. Может, открыть его кошелёк, посмотреть, нет ли там чеков, квитанций, каких-то зацепок? Нет, это уже слежка. Я не хочу быть такой женой, которая роется в чужих вещах. Хотя если муж прячет деньги, может, имею право?
Села за компьютер, открыла наши общие счета в банке. Всё как обычно. Зарплата Андрея приходит регулярно, расходы стандартные. Никаких крупных снятий или переводов. Значит, эти деньги не из банка. Откуда тогда?
Время тянулось мучительно медленно. Я ходила по квартире, пыталась отвлечься, но ничего не помогало. Мысли возвращались к пакету на кухне. В какой-то момент я даже подумала, что мне всё приснилось. Пошла проверять. Нет, пакет на месте, деньги настоящие.
Ровно в шесть раздался звук ключа в замке. Я сидела на кухне, пакет лежал перед мной на столе. Андрей вошёл, снял куртку, улыбнулся.
— Привет, дорогая. Как дела?
— Привет.
Он услышал что-то в моём голосе, насторожился.
— Что случилось?
Я кивнула на пакет.
— Это случилось.
Андрей подошёл ближе, увидел деньги. Лицо его побледнело. Он медленно сел напротив меня, не отрывая взгляда от пакета.
— Где ты это нашла?
— В цветочном горшке. Случайно уронила, он разбился.
Андрей закрыл лицо руками, тяжело вздохнул.
— Господи...
— Объясни мне. Откуда деньги?
Он молчал. Я чувствовала, как внутри всё сжимается от страха.
— Андрей, я жду.
Он поднял голову, посмотрел на меня. Глаза красные, усталые.
— Это не мои деньги.
— Как не твои? Они в нашей квартире, в твоём горшке!
— Я знаю. Но они не мои. Они брата.
Я растерялась. У Андрея есть младший брат Олег. Они не очень близки, виделись редко. Олег жил в другом городе, работал где-то, я точно не знала где.
— Какого брата? Олега?
— Да.
— И что, он попросил тебя спрятать триста тысяч в цветочном горшке?
— Не попросил. Я сам решил.
— Объясни толком!
Андрей встал, прошёлся по кухне, потёр лицо руками.
— Олег влез в неприятности. Серьёзные. Ему нужно было срочно уехать из города. Он позвонил мне, попросил помощи. Я встретился с ним, он отдал эти деньги, сказал, что пока не сможет забрать. Попросил спрятать до лучших времён.
— Какие неприятности?
— Не знаю точно. Он не рассказал. Сказал, чем меньше я буду знать, тем лучше.
— Господи, Андрей! Ты понимаешь, как это звучит? Может, он что-то натворил! Может, эти деньги украдены!
— Нет, он не вор.
— Откуда ты знаешь? Ты с ним годами не общался толком!
— Он мой брат. Я не могу ему отказать.
Я встала, подошла к окну, уставилась на улицу. На душе было тяжело, муторно.
— Когда это было?
— Три месяца назад.
— Три месяца ты молчал? Ничего мне не сказал?
— Я не хотел тебя волновать. Думал, Олег скоро всё решит, заберёт деньги, и ты никогда не узнаешь.
— Не хотел волновать, — повторила я. — Андрей, мы муж и жена. Мы должны всё друг другу рассказывать. Особенно такие вещи.
— Я знаю. Извини. Я поступил глупо.
Я повернулась к нему.
— А если бы полиция пришла? Если бы обыск сделали? Нашли эти деньги? Мы бы оба сели!
— Полиция не придёт. Олег не преступник.
— Ты уверен?
Андрей помолчал.
— Нет. Не уверен.
Я села обратно за стол, положила голову на руки. Хотелось плакать, но слёз не было. Только тяжёлый комок в горле.
— Что будем делать?
— Не знаю, — тихо сказал Андрей. — Честно, не знаю.
Мы просидели так долго, молча. Потом я встала, взяла пакет с деньгами.
— Убери это куда-нибудь. Только не в горшок. И позвони брату. Пусть заберёт свои деньги. Немедленно.
Андрей кивнул.
— Хорошо. Позвоню.
Он достал телефон, набрал номер Олега. Я слышала длинные гудки, но никто не отвечал. Андрей попробовал ещё раз. Снова гудки.
— Не берёт.
— Попробуй завтра.
— Попробую.
Вечер прошёл в тягостном молчании. Мы поужинали, посмотрели телевизор, легли спать. Я долго не могла заснуть, ворочалась, слушала дыхание Андрея. Он тоже не спал, я чувствовала.
— Прости меня, — вдруг сказал он в темноте.
— Спокойной ночи, Андрей.
Утром он снова попытался дозвониться до Олега. Безрезультатно. Попробовал написать сообщение. Ответа не было. Я видела, как он нервничает, как сжимает телефон в руке.
— Может, с ним что-то случилось?
— Не знаю. Может.
— Надо искать его.
— Как? Я даже не знаю, где он сейчас.
Я задумалась.
— У него же были друзья, знакомые. Может, они знают?
— Попробую позвонить.
Андрей нашёл в телефоне номера старых друзей Олега, начал обзванивать. Большинство не брали трубку, некоторые говорили, что давно не общались с Олегом, ничего не знают. Один сказал, что видел его месяца два назад, но с тех пор никаких вестей.
Прошла неделя. Олег не объявлялся. Пакет с деньгами лежал теперь в нашем шкафу, на верхней полке, и каждый раз, когда я открывала дверцу, видела его и чувствовала тяжесть на сердце.
Однажды вечером в дверь позвонили. Я открыла. На пороге стоял мужчина средних лет, в тёмном пальто, с серьёзным лицом.
— Добрый вечер. Вы Елена?
— Да. А вы кто?
— Меня зовут Виктор. Я друг Олега.
Я насторожилась.
— Проходите.
Мужчина вошёл, разулся, прошёл в гостиную. Андрей вышел из комнаты, увидел гостя.
— Ты кто?
— Виктор. Друг вашего брата.
— Где Олег?
Виктор сел на диван, жестом попросил нас сесть тоже.
— Олег уехал. Далеко. Ему нельзя сейчас появляться здесь. Он попросил меня приехать, забрать деньги.
Я переглянулась с Андреем.
— Какие деньги?
— Те, что он оставил вам на хранение. Триста тысяч.
Андрей нахмурился.
— Откуда ты знаешь про них?
— Олег рассказал. Он доверяет мне. И просит вас довериться тоже.
— А почему он сам не приехал?
— Не может. Опасно.
Я встала.
— Извините, но мы не можем просто так отдать деньги незнакомому человеку. Даже если вы говорите, что друг Олега.
Виктор кивнул.
— Понимаю. Олег предвидел это. Вот.
Он достал из кармана телефон, включил камеру. На экране появился Олег. Он выглядел уставшим, небритым, но живым.
— Привет, Андрей. Извини, что так получилось. Я не мог предупредить. Обстоятельства изменились, пришлось срочно уехать. Виктор мой друг, можешь ему доверять. Передай деньги, пожалуйста. Они очень нужны. Спасибо тебе за всё. Береги себя и Лену. Ещё увидимся.
Видео закончилось. Виктор убрал телефон.
— Убедил?
Андрей молчал, потом кивнул.
— Подожди здесь.
Он вышел, вернулся через минуту с пакетом. Протянул Виктору.
— Держи.
Виктор взял пакет, проверил содержимое, кивнул.
— Спасибо. Олег будет благодарен.
— Передай ему, чтобы больше не влипал в неприятности.
— Передам.
Виктор ушёл. Мы остались сидеть в гостиной, оглушённые. Я посмотрела на Андрея.
— Всё кончено?
— Надеюсь.
— Больше никогда не бери чужих денег на хранение.
— Не буду. Обещаю.
Я обняла его, прижалась к плечу. Он обнял меня в ответ, поцеловал в макушку.
— Прости, что втянул тебя во всё это.
— Ладно. Главное, что всё обошлось.
Мы сидели так долго, молча, слушая тиканье часов на стене. История закончилась, но осадок остался. Теперь я знала, что даже самый близкий человек может скрывать секреты. И это знание было горьким. Но мы пережили это вместе. И, может быть, стали чуть ближе друг к другу.