— Мариш, а ты уже придумала, чем на Новый год займёшься? — поинтересовался муж. — А то время идёт, планы уже надо строить, сама понимаешь…
Олег спросил об этом так буднично, нарезая колбасу для бутерброда, что смысл фразы не сразу дошёл до Марины. Она чуть не выронила чашку с чаем из рук.
— В смысле «чем я займусь»? С тобой отмечать буду. Или тебе дежурство поставили?
Олег наконец обернулся, виновато улыбаясь. Марина ненавидела эту улыбку. Пожалуй, так выглядят нашкодившие коты, знающие, что их всё равно покормят.
— Ну, не совсем дежурство. Тут такое дело… Я забыл тебе сказать, замотался совсем. Мы с мамой, Светой и Ксюшкой решили рвануть в «Сосновый бор». На все каникулы, — он отправил в рот кусок колбасы и прожевал, прежде чем продолжить. — Понимаешь, нам надо побыть семьёй. Давно мы вот так, узким кругом, на природу не выбирались. Мама жалуется, что мы отдалились, а тут ещё и Света после развода сама не своя… Ей поддержка нужна. Вот мы и решили чисто по-семейному отдохнуть.
Марина медленно моргнула и поставила кружку на стол от греха подальше. Да ей и самой пришлось сесть, чтобы не упасть.
…В этот момент перед глазами пронеслись три года брака. Марине не хотелось признавать это, но так было всегда...
Вспомнилась их свадьба. Точнее, даже не их. Хозяйкой того вечера была свекровь, Галина Петровна. Пока Марина стояла в белом платье где-то в сторонке, словно часть фона, Олег танцевал с мамой, успокаивал всплакнувшую от умиления сестру и носил на руках племянницу. На Марину обращали внимание только тогда, когда нужно было кричать «Горько!».
— Ты не обижайся, просто у нас семья крепкая, все друг за друга горой, — сказал ей тогда Олег, в спешке целуя в щёку. — Вливайся!
Она пыталась влиться. Боже, как она старалась…
Взять хотя бы прошлый день рождения Олега для примера. Марина готовила два дня. Пекла его любимый «Наполеон», мариновала мясо. А когда пришли свекровь и золовка, они просто отодвинули её блюда в сторону.
— Ой, Мариночка, майонеза-то сколько… У Олежки печень слабая, ему такое нельзя, — поджала губы свекровь, выставляя на стол свои паровые котлетки. — Вот, сынок, кушай мамкино, полезное.
И он ел. Ел мамины котлеты, смеялся над шутками сестры про какую-то тётю Люсю из Саратова и совершенно забыл, что жена сидит где-то на обочине этого праздника жизни. Она пыталась расспрашивать, что же это за тётя Люся и бесконечные общие знакомые, но ответ всегда был один:
— Да не парься, Мариночка, — говорила свекровь, отмахиваясь. — Это мы о своём.
В такие моменты Марина ощущала себя официанткой. Подай, принеси, помой посуду и не мешай «семье» говорить о «своём».
Доходило до крайностей. Полгода назад Марину резко скрутило от боли в правом боку. Она не на шутку испугалась, вызвала скорую и позвонила Олегу, чтобы он вернулся домой.
— Мариш, можешь немного потерпеть? — раздражённо спросил он. — Просто я сейчас не могу, у Светки там потоп, кран потёк, она там так истерит… Я всё перекрою и приеду.
Приехал он через четыре часа. Когда Марину уже прооперировали. Светкин кран оказался важнее, чем жена на операционном столе. Ну, конечно, потому что Света — это семья, Свете надо помогать. А Марина и сама справится. В крайнем случае жена не мама, можно и заменить...
— Марин, так ты уже придумала? — переспросил муж, вырывая её из воспоминаний. — Ты только не расстраивайся, ладно? Ты же у меня умная женщина. Должна понимать: семья у меня одна, мама уже не молодая. А ты… Ну, ты же всё равно не любишь шум, гам. Тебе скучно с нами будет. Ксюша, как всегда, раскапризничается... Да и ещё одно место — это сорок тысяч сверху плюс питание. Нам не хватит.
Марина аж покраснела от возмущения. Как быстро её списали со счетов, даже не поинтересовавшись её мнением.
— А я думала, что ты у меня умный мужчина, — огрызнулась она. — Ничего, что мы женаты? Мне казалось, я тоже часть твоей семьи. А я, получается, так, соседка? Кухарка и удобная любовница в одном флаконе?
— Опять ты начинаешь… — поморщился Олег. — Я имел в виду кровное родство. Это другое. Мы просто хотим вспомнить былое, поболтать о своём… Ну куда ты там? Ты же всё равно ничего не поймёшь. Будешь сидеть с кислым лицом, настроение всем портить, да и сама всё проклянёшь. А так — отдохнёшь, с подружками куда-нибудь сходишь, выспишься, сериальчики посмотришь. А я тебе гостинец оттуда привезу.
Марина скрестила руки на груди. Ну, допустим, к такому отношению ей не привыкать. Но у этого вопроса была ещё и финансовая сторона. Отдых нынче недешёвый, особенно под Новый год.
— И во сколько нам обойдётся эта поездка? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
— Ну… — Олег замялся и отвёл взгляд. — Там на эти дни наценка, сама понимаешь. С питанием и лыжами, думаю, тысяч в сто пятьдесят уложимся… Может, чуть больше. Но я всё посчитал! Мы можем себе это позволить. У нас на накопительном как раз триста лежит. Нам хватит, ещё и на жизнь вполне останется. Бронь я уже подтвердил, вечером оплачу.
Марине показалось, что она разучилась дышать. Олег собирался спустить половину их подушки безопасности на семейный отдых. Той самой подушки безопасности, которую они отложили вдвоём.
Можно, конечно, возразить, что это его половина. Если не учитывать, что он и раньше частенько лез в общую заначку, чтобы срочно помочь маме или сестре. К тому же, что они будут делать, если Олег, например, заболеет? Разумеется, Марина снимет оставшиеся деньги со счёта. Потому что он семья. Потому что своих надо спасать.
Вот только Марина не была для Олега и его родственников «своей». Он вёз их отдыхать на её деньги, а её оставлял дома, чтобы она не испортила идиллию.
— Значит, я свободна и могу праздновать Новый год так, как захочу? — уточнила Марина, вскинув бровь.
— Ну да, — Олег расслабился, решив, что жена смирилась. — Сходи куда-нибудь, развейся. А мы вернёмся числа восьмого, фотки вместе посмотрим, поболтаем, устроим романтический вечер.
Марина лишь хмыкнула.
Когда Олег отправился на работу, и дверь за ним закрылась, Марина достала телефон.
— Планы надо строить, говоришь… — пробормотала она, открывая банковское приложение. — Семьёй им надо побыть… Вот и побудьте. Только за свой счёт.
Она перевела себе свою часть денег. Ровно половину. Если верить Олегу, этих денег ему должно было хватить.
После этого Марина наспех собрала сумку. Документы, ноутбук, немного одежды… Всё остальное — наживное.
Она оставила на тумбочке ключи от квартиры, а рядом — обручальное кольцо...
…Самолёт приземлился в её родном городе поздним вечером. Мороз щипал кожу, от холода перехватывало дыхание. Сугробы были выше человеческого роста.
Марина не предупреждала родителей. Она знала: здесь её всегда с радостью впишут в свои планы, даже если она не вовремя.
Когда Марина садилась в такси, в кармане завибрировал телефон. Олег. Марина машинально нажала на «Принять».
— Ты где?! — сразу перешёл на крик муж. — Марин, ты чего натворила?! Я бронь пытаюсь оплатить, а мне пишет «Недостаточно средств»! Захожу в банк, а там почти ничего не осталось! Куда всё делось?
— Ну ты же сам сказал: могу праздновать Новый год как захочу, — спокойно ответила Марина. — Вот я и взяла своё и полетела к родителям. А вы там, видать, слишком сильно разгулялись, раз вам недостаточно.
— Какое «своё»?! У нас семья! Мы же договорились! Мама уже чемоданы собрала, Ксюше сегодня лыжи купили! — не унимался Олег.
— Ну, придётся вам оплачивать весь этот банкет самостоятельно. Вы же семья, — усмехнулась Марина. — Пусть Галина Петровна хоть раз пошевелится. Или Света.
Повисла тишина. Олег, кажется, пытался переварить информацию.
— Мариш… — начал он уже совсем другим тоном. — Ну хватит. Ну пошутила и ладно. Верни деньги, а? Мы же уже всё распланировали…
— Это ты всё распланировал. Меня никто не спрашивал, — отрезала Марина. — Ты спросил только, какие у меня планы на Новый год. Так вот, я определилась. Я собираюсь подарить тебе свободу. И твоей маме — тоже. То-то она обрадуется нашему разводу. С наступающим!
После этого Марина сразу выключила звонок и тут же заблокировала номер.
Таксист, пожилой мужчина с добрыми глазами, покосился на неё в зеркало заднего вида.
— Проблемы, дочка? — тихо спросил он.
— Да нет. Наоборот. Проблемы закончились.
…Отец открыл ей дверь в растянутом спортивном костюме и очках для чтения с толстыми линзами.
— Мариша?.. — изумлённо спросил он, не веря своим глазам, а затем глянул в сторону кухни. — Мать! Бросай свои пироги, иди сюда скорее! Маришка приехала!
Через минуту Марина уже тонула в объятиях. Мама плакала и смеялась одновременно, прижимая её к себе, отец гладил по спине, а старый пудель Арчи скакал вокруг и прыгал на ноги.
— Господи, худая-то какая! — причитала мама, затаскивая сумку. — А что ж не позвонила? Мы бы хоть стол накрыли! Олежка-то где? Вещи его где?
Марина сняла куртку, вдохнула полной грудью и улыбнулась.
— Нет Олежки, мам. И не будет больше. Я одна приехала.
Мать сначала осеклась и замерла, но потом, глянув на дочь, всё поняла. Не выдержала. Чаша терпения переполнилась.
— Ну и слава Богу, — сказала она, бросила сумку и снова обняла дочь. — Значит, не твой человек был. Главное — ты теперь дома.
Вечер прошёл на кухне под бормотание телевизора. Снова крутили «Иронию судьбы». Отец достал банку своей вишнёвой наливки, которую держал «на особый случай». Мать наготовила пирогов с капустой и мясом.
— Ешь, ешь, совсем ты исхудала в этой своей столице… — ворчала она, подкладывая куски побольше.
Марина смотрела на них и чувствовала, что вот теперь-то всё правильно. Отец горячо спорил с телевизором, мама смеялась и рассказывала про соседку тётю Зину и про то, как Арчи позавчера украл сосиску. Это был обычный семейный вечер. Но в нём было столько тепла, столько любви, сколько Марина не видела за те три года, что провела с Олегом.
Здесь ей не нужно было молчать в углу, пока «семья» говорит, потому что семьёй была она. Самой главной, самой важной её частью.
— Мам, пап… — сказала она, поднимая бокал с соком. — Спасибо вам.
— За что, доча? — удивился отец.
— За то, что вы у меня есть. И за то, что напомнили мне, что такое настоящая семья.
— Ой, ну ещё сырость разводить в такой день не хватало… — смутился отец. — Ты давай, налегай на пироги. Завтра ёлку наряжать будем. Я из кладовки игрушки достану. Помнишь домик? Так вот Серёга покрасил его, там теперь такая красотень… Завтра всё увидишь.
Марина улыбнулась. Она помнила. И старый облезлый домик, и стеклянные шишки, и то самое чувство беззаботного счастья из детства. Она откусила кусочек пирога. Было безумно вкусно и тепло.
За окном мела вьюга, занося снегом дороги и путь назад, в прошлую жизнь. А здесь, на этой маленькой кухне, всё было просто, душевно и по-семейному. Наконец-то по-семейному...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!