- Лучшая подружка — это подушка.
Так часто говорила бабушка внучке. Она переживала из-за её общительности.
Оксана никогда с ней не соглашалась, но за эти последние полчаса была готова признать бабушкины слова пророческими.
И какой чёртик дёрнул её поделиться мыслями с Олей?
В подруге и коллеге вдруг проснулось неутомимое, зловредное существо, задумавшее навсегда лишить Оксану покоя. Июнь, июль — два месяца. Это же восемь суббот. Или больше. Что там у нас в календаре с выходными — Оксана уже не помнила. Но она вообще отказывалась понимать, как ещё можно быть такой спокойной дурой.
— Ну ты же сама прекрасно понимаешь, что Валера странно себя ведёт и ничего не делаешь!
— Нет, ну ладно бы у тебя кто-то появился, тогда бы я поняла.
— Пропал муж на целую субботу — и замечательно, не мешает развитию нового романа. Но ты же всякой ерундой по субботам занята, пока муж неизвестно где!
— Сегодня, например, с тобой по магазинам гуляю и в кафешке сижу, — почти весело напомнила Оксана.
— Вот именно, я об этом и говорю. Ты занята всякой ерундой, — торжествующе подтвердила Оля про себя.
— Если бы у меня был муж, ещё и такой неплохой вариант, как Валера, я бы предпочла проводить все выходные с ним вместе. Иначе зачем вообще вся эта семейная жизнь? Платёжки за коммуналку совместно оплачивать, что ли?
Оксанин муж Валера однажды привёз Олиной маме с другого конца города швейную машинку — выгодно купленную Оле по объявлению на сайте. Своего транспорта у неё не было, с приятелем она недавно рассталась и обратилась к коллегам в поисках бескорыстной помощи. Поездка туда и обратно заняла около часа. Оля болтала почти без передышки, на одном дыхании, а Валера успел сказать за всё время два-три слова.
С тех пор он приобрёл в глазах Оли статус неплохого варианта мужа — что, впрочем, должно было ему льстить. Обычно мужья подруг и коллег удостаивались лишь бесцеремонной Олиной критики.
— Ну, Валерий, даже наша Оля объявила тебя надёжным и серьёзным, — посмеялась на следующий вечер Оксана, желая подбодрить уставшего после работы мужа.
— Ага, — подтвердил Валера, занятый своими мыслями.
Он был ещё и совершенно равнодушен к женской лести — не старался нравиться всем подряд. Оксана искренне соглашалась со всеми, кто говорил, что у неё хороший муж. Она вышла замуж ещё студенткой, удивив всех, кто её близко знал, и даже саму себя. Насмотревшись на мамину семейную жизнь, Оксана совсем не мечтала о замужестве.
Закончив школу, она представляла себя лет через десять-пятнадцать свободной и жизнерадостной: живёт по собственному распорядку, никому не позволяет его нарушать. В выходные спит допоздна, сколько душе угодно, а каждый отпуск проводит в путешествиях, тратя заработанные деньги только на себя. Её маме ничего этого не досталось. Мама взглядывала на часы только с тоскливой тревогой: скоро отец придёт, а что-то всегда не сделано, не успела после работы — и он обязательно заметит, не смолчит.
Он ведь нормально зарабатывал и почти не пил, а с женой и дочерью ему не слишком повезло. Бестолковые, ничего не успевают, хорошие отношения и вложения в дом не оправдывают. Мама получала на праздники посуду и бытовые приборы — и старательно делала вид, что радуется. Она наивно считала, что женщины, которым дарят бесполезные в хозяйстве красивые вещи, чем-то это благо заслужили. Сама она просто всегда не дотягивала, не заслуживала. Оксане мама внушала: надо стремиться делать всё лучше всех. В этом она видела залог удачной судьбы. Ведь уважение и любовь надо заслужить.
Оксана отмахивалась. Ей нисколько не хотелось быть лучше всех и чего-то у кого-то вымаливать. Ей хотелось жить интересно, чтобы никто ею не командовал. Она никогда не видела, чтобы мама отдыхала. После работы у мамы всегда громоздилась гора домашних дел до позднего вечера. А когда она посмела купить себе на распродаже новое пальто вместо того, что носила двенадцать лет, отец отчитывал её две недели за неразумное отношение к семейному бюджету. Не бил, не кричал — просто отчитывал, как высокомерный менеджер кассиршу за недостачу выручки.
Старшеклассница Оксана помалкивала, чтобы ей не перепала порция нотаций. Но этот случай ясно давал понять: замужество — плохая идея.
— Пойдём сегодня вечером со мной на рынок и в торговый центр заодно? — спросила наутро мама, провожая Оксану в школу. — Заодно и пальто вернём в магазин. Хорошо, что я чек сохранила.
— Мам, давай лучше скажем папе, что распродажное пальто возврату не подлежит. Окончательная, последняя цена, с брачком — да мало ли какую ерунду можно придумать. Отец точно поленится идти скандалить, побубнит и перестанет. Ему всё равно, на какую тему бубнить. А тебе этот цвет и фасон очень идут. Просто как на тебя сшито, фигуру классно подчёркивает.
— Слушай, давай так и сделаем, — подмигнула мама и улыбнулась вдруг совершенно девчачьей улыбкой.
Всю осень она надевала своё сиреневое пальто с тем же удовольствием, что и в первый раз. Её так радовало, что она осмелилась схитрить и сделать что-то по-своему. А зимой отец от них ушёл. Он встретил на работе молодую, красивую любовь, для которой ему ничего не было жалко.
Но поскольку новая любовь требовала средств, отцу пришлось стать ещё практичнее, прощаясь с прежней жизнью. При разводе он разделил даже вилки и ложки. Мама с Оксаной сидели за столом, медленно пили кофе, пока отец снимал с антресолей новую мультиварку, которой мама даже не успела воспользоваться, набор дорогих бокалов для виски и ещё какие-то глянцевые коробочки с нажитым добром.
К радости и удивлению Оксаны, мама смотрела на эти сборы спокойным взглядом — нисколько не притворяясь. Так смотрят на текущую воду или горящий огонь.
— Теперь сделаем генеральную уборку. И дышать легче, и просторнее будет, — произнесла она, когда дверь за отцом окончательно закрылась.
С новой любовью он ушёл в родительскую просторную квартиру, которую годами сдавал жильцам, откладывая деньги на старость. Оксане с мамой повезло: маленькая квартирка, где они жили все те годы, была наследством от маминых родителей. Правда, перед уходом отец напомнил: он делал здесь ремонт, вкладывал деньги и мог бы претендовать на часть площади.
Но поскольку он человек порядочный, он всё оставит бывшей жене и дочери.
– Денег на юристов пожалел, наверное, много за такую обдираловку запрашивают, - предположила Оксана.
– Я ведь несовершеннолетняя, мне, наверное, нельзя ухудшать жилплощадь. Решил, что лучше на любовь эти денежки потратит, если с разменом всё равно не получится.
– Да брось ты, доча, не надо так, он же всё-таки твой отец, тебе он, правда, ничего плохого не желает.
– Мамуль, если ты так считаешь, значит так оно и есть.
Оксана готова была во всём согласиться с мамой, лишь бы скорее забылась вся скованность прежней жизни. Мама выглядела и чувствовала себя немножко растерянной первые месяцы после развода. Когда исчезла необходимость быть образцовой женой и хозяйкой, у неё появилась вдруг масса свободного времени.
Это время можно было посвятить себе, и мама не скрывала, что ей такая жизнь понравилась. Она завела кота и маленькую собачку. Раньше отец не разрешал, не хотел животных в доме. Она записалась на курсы по созданию авторских украшений. Оказывается, ей всегда нравилась необычная бижутерия, а она никогда никому не говорила об этом.
После развода мама словно ожила, даже выглядеть стала моложе. Это ещё раз подтверждало Оксанину мысль о том, что брак и вообще зависимость от отношений — неудачная идея. Оксана спокойно закончила школу, без особых сложностей поступила в институт и также спокойно училась там. В свободное время ездила с подружками в маленькие автобусные путешествия по своей и соседним областям.
А деньги на эти скромные развлечения зарабатывала то на раздаче листовок, то официанткой в кафе. Девчонки делились с дружелюбной Оксаной подробностями личной жизни, переживаниями и приключениями, а она слушала и думала, как хорошо, что у неё нет всех этих тревог. Тем немногим парням, которые намекали на какие-то отношения, она открыто говорила, что к отношениям не стремиться, и они исчезали с горизонта.
А потом появился Валера. Оксана уже училась на третьем курсе и решила, что пора подыскивать вместо необременительных подработок стажировку с видами на будущее, и начала ходить по собеседованиям. Но ей не везло. Никто не хотел в ассистентки или в помощники студентку, которой придётся совмещать работу с учёбой. Зачем работодателям лишнее неудобство?
– Сначала вы будете ещё 2−3 года просить войти в ваше положение, пока учитесь и пишете диплом, а закончите институт, родите ребёнка и уйдёте в декрет, а мне опять обучать нового специалиста,
довольно милым усталым голосом объяснила Оксане начальница отдела логистики небольшой компании, куда девушка рассчитывала устроиться помощником логиста.
– Я верю, что вы ответственны, но советую вам всё-таки указывать в резюме, что вы не на последнем курсе, на собеседование всё равно это выяснится, и вы просто потеряете время.
Оксана выходила из кабинета со стыдом, понимая, что еле сдерживает слёзы. Вот добежит до угла здания, до остановки фирмы, и заплачет, не сдержится. Почти все говорят одно и то же. Конечно, можно было бы попросить отца устроить её к себе на работу.
Он на приличной должности, на хорошем счету, ему бы не отказали. И он бы дочери не отказал. У него что-то расклеивается с новой любовью, и он с некоторых пор не прочь поддерживать отношения с Оксаной. Наверное, боится остаться в старости один. Она точно могла бы воспользоваться таким шансом, но не будет. Противно у него просить. Наверное, это детская глупость, но ничего поделать она с этим не может.
Оксана шла и не замечала, что слёзы катятся по щекам, пока её не окликнул незнакомый голос.
- Девушка, у вас что-то случилось, я могу помочь?
Дружелюбный голос принадлежал крепкому рыжеватому парню с короткой бородкой, только что припарковавшему старенький гольф на стоянке. Свободное место оставалось как раз только на том участке, мимо которого брела плачущая Оксана.
У парня была такая вежливая и серьезная физиономия, что вдруг захотела честно объяснить.
– Ничего страшного, на работу просто в очередной раз не взяли, потому что студентка третьего курса. Переживу.
— А кем пытались устроиться?
— Помощником логиста.
— Не жалейте, я этот логист, — хмыкнул парень, не меняя серьёзного выражения физиономии. И это выглядело забавно.
- С вами никто не может сработаться, — фыркнула Оксана.
— Не, я человек спокойный. Я про то, что успел изучить здешнюю кухню изнутри. Не самое лучшее место. Я подыскиваю другое. Первые два года после института отработал. С опытом уже проще будет искать. Найду приличную компанию. И вам постараюсь посодействовать, коллега.
- И прикалываться с каменным лицом научите, пожалуйста? — ответила Оксана и не сумела сдержать улыбку.
Этот чудаковатый парень попался ей вовремя. Рыдать уже не хотелось. Парень тут же широко улыбнулся в ответ, ткнул себя кулаком в грудь, слегка кивнул и представился.
– Валерий.
продолжение