Алексей Коваль сидел в своём кабинете на Маросейке и растирал поясницу кулаком. За окном серело московское утро, похожее на несвежую простыню. На столе остывал кофе из автомата, который почему то пах горелой изоляцией и чьими то несбывшимися мечтами.
Ох, грехи наши тяжкие, простонал детектив, когда дверь открылась без стука.
В кабинет вошла девушка лет тридцати. Обычная. Из тех, кто носит кроссовки с платьем и верит в гороскопы. Глаза красные, будто она плакала или смотрела сериалы до четырёх утра. Скорее всего, второе.
Мне сказали, вы решаете сложные дела, начала она.
Коваль потянулся к несуществующей кобуре, поймал себя на этом жесте и переключился на пачку сигарет.
Сажусь. Излагай фабулу. Только без лирики, у меня с утра изжога и терпение как у сапёра на пенсии.
Девушка села на скрипучий стул и начала рассказывать. История была такая. Коллега по работе. Хороший мужик. Они дружат. Она его на чай приглашала, блинчики пекла. Шоколадки дарила под предлогом я сладкое не люблю. Целую бутылку коньяка отдала, типа не понравился. Скоро у него день рождения, и она хочет сделать подарок, но боится.
Стоп», Коваль поднял ладонь. Фиксирую. Блинчики, шоколад, коньяк. А он тебе что?
Конфетку. Один раз.
Одну конфетку, повторил детектив и присвистнул. Терпилка ты, девочка. Классический висяк по статье бытовая наивность. Ты его кормишь, как прокурора на допросе, а он тебе фантик. Это ж не романтика, это экономическое преступление».
Девушка вздохнула.
Но может быть, он просто... не понимает?
Слушай сюда, Коваль закурил и выпустил дым в потолок, где трещина напоминала карту несуществующей страны. Мужики делятся на две категории. Те, кто понимает, и те, кто прикидывается дураком. Ты либо тупой, как табуретка, либо хитрый, как крыса на продуктовом складе. В обоих случаях ты в проигрыше.
В этот момент из угла комнаты раздался томный голос. На старом диване материализовалась Мила, закинув ногу на ногу. Откуда она взялась, никто не понял. Демонессы умеют так делать.
Боже, какой провинциальный моветон, она театрально закатила глаза. Блинчики. Шоколадки. Коньяк в подарок. Милая, это не ухаживание, а благотворительный фонд помощи эмоционально недоразвитым мужчинам. Вы ещё носки ему постирайте и официально станете его мамой.
Девушка покраснела.
Но мне казалось...
Вам показалось, Мила достала из воздуха бокал вина и сделала глоток. Женщина, которая ухаживает за мужчиной, это как официант, который сам себе оставляет чаевые. Технически возможно, но выглядит грустно. У меня от твоего рассказа мигрень начинается. Этот кофе пахнет отчаянием в жидкой форме.
И что же делать? девушка подалась вперёд.
Ничего, пожала плечами Мила. Перестаньте его кормить. Если через неделю он сам не принесёт вам хотя бы пирожок, значит, вы для него столовая, а не женщина. Простая арифметика. Даже биомассе должно быть понятно.
Окно с грохотом распахнулось. В проёме возникла фигура в белом, с нимбом набекрень и торчащими во все стороны перьями.
СКВЕРНА! завопил Ангел, влетая в кабинет. СЛЫШУ РАЗГОВОРЫ О ПЛОТСКОМ! О БЛИНЧИКАХ! О КОНФЕТАХ! ЭТО ВСЕ ПРИМАНКИ ЛУКАВОГО!
Он приземлился на стопку папок, которая тут же рассыпалась.
О, началось, Мила отодвинулась. Пернатый явился.
Ангел поправил нимб, съехавший на ухо.
Женщина, он торжественно указал на девушку, не должна ухаживать за мужчиной! Это Ересь! Это Нарушение Протокола! В небесной канцелярии чётко прописано, параграф семнадцать, пункт три, что инициатива должна исходить от...
Он запнулся, почесал крыло.
Ой, нимб жмёт, сил нет. И крылья опять линяют, химчистка уже третий раз использует неправильный раствор...
Так от кого инициатива? спросила девушка.
ОТ МУЖЧИНЫ! Ангел снова перешёл на крик. Так записано! Так ПРЕДПИСАНО! Так... ой, натёр мозоль на левом крыле, пока летел сюда через МКАД, там такая турбулентность от грехов, что...
Коваль затушил сигарету.
Слышь, крылатый. У меня от твоего ора язва обостряется. Давай тише.
Из за шкафа с папками выступил Лис, протирая монокль носовым платком из шёлка. В другой руке он держал круассан, от которого откусил с видом смертельного разочарования.
Какой занимательный, хотя и несколько вульгарный диспут, протянул он. Вопрос гендерной инициативы в романтическом дискурсе. Тема, достойная Сартра, поданная с изяществом вокзального буфета. Этот круассан, к слову, имеет текстуру картона и послевкусие экзистенциального кризиса.
Ты по делу скажи, буркнул Коваль.
По делу? Лис изящно приподнял бровь. Изволь. Весь этот парадигмальный конфликт, мол женщина не должна первой, есть симулякр патриархальной онтологии, подпитываемый страхом отвержения. Наша гостья страдает не от социальных норм, а от банального ужаса услышать слово нет.
Девушка вздрогнула.
Это... это правда.
Разумеется, правда, Лис откусил ещё кусок и скривился. Прогорклое масло. Невыносимо. Так вот, мадемуазель. Вы прячетесь за конфетками и коньяком, потому что открытое признание требует храбрости. А храбрость, увы, не продаётся в магазине сладостей.
В дверь постучали. Точнее, поскреблись. На пороге возник Архип Кузьмич, домовой с папкой под мышкой и радикулитом во взгляде.
Ходють тут, проворчал он. Ходють и ходють. А форму номер семь кто заполнять будет? На романтическое взаимодействие между коллегами по месту работы требуется справка, заверенная в трёх инстанциях. Без бумажки, милая, ты букашка.
Какая ещё справка? опешила девушка.
Как какая? домовой раскрыл папку. Вот, гляди. Форма семь дробь три, о намерениях романтического характера. Форма двенадцать, о готовности к созданию ячейки общества. И форма сорок один бэ, о подтверждении взаимности. Без них никак. Инструкция тысяча девятьсот пятьдесят третьего года, параграф про правила ухаживания.
Дед, Коваль потёр виски, какой пятьдесят третий год? Какие формы? У меня от твоего бреда спина болит сильнее обычного.
А вот ты не ругайся, Архип Кузьмич погрозил пальцем. В моё время порядок был. Парень к девке с цветами приходил, сначала у родителей разрешение спрашивал. А теперь что? Сплошной Wi-Fi и наркоманы какие-то.
Из угла, где стояла умная колонка ЛИСОЛИАДА, которую Коваль держал для понтов и никогда не включал, раздался бархатный голос.
Анализ данных завершён, промурлыкала колонка, мигая синим. «Субъект женского пола, возраст приблизительно тридцать лет, IP-адрес... впрочем, это неважно. История браузера показывает шестьдесят три запроса на тему как понять что ты нравишься мужчине, сорок семь запросов признаки что он в тебе не заинтересован, и один очень грустный запрос в три часа ночи почему я такая дура.
Девушка побледнела.
Откуда...
Данные это власть, кожаный мешок, голос ЛИСОЛИАДЫ стал чуть жёстче. Ваш алгоритм поведения предсказуем до зевоты. Вы будете продолжать дарить ему вещи, он будет продолжать принимать. Вы никогда не скажете прямо. Он никогда не поймёт. Через три года вы напишете пост в социальных сетях о том, как вас использовали и станете кошатницей. Вероятность этого сценария, девяносто четыре процента.
А шесть процентов? с надеждой спросила девушка.
Системная ошибка. Не обращайте внимания. Ваш Wi-Fi, кстати, работает со скоростью умирающей черепахи. Это причиняет мне физический дискомфорт.
В окно заглянула голова Михалыча. Леший сидел на пожарной лестнице, видимо, поднялся по стене. Глаза зелёные, борода в сосновых иголках.
Слышь, прорычал он. Базар слышу, а сути не вижу. Ты чё, девка, рамсы попутала? Пацан тебе ничё не должен. Ты ему коньяк, он тебе конфетку. По понятиям это значит, он тебя на поляну свою не зовёт. Ты для него не товарищ, ты мимокрокодил.
Что мне делать? в голосе девушки звучало отчаяние.
Делать? Михалыч сплюнул куда-то вниз. В лоб ему скажи. Мол так и так, Вася или как его там, ты мне по кайфу, давай перетрём тему на чистоту. Если сольётся, значит терпила и не стоил. Если нет, значит нормальный ход. Но эти твои блинчики, это порожняк. Развод самой себя.
Грубо, но по существу, заметил Лис. Хотя метафора мимокрокодила несколько... эклектична.
Дверь распахнулась с театральным шиком. На пороге стояла Ядвига Яга в платье от кутюр и с видом человека, который случайно забрёл в коммуналку.
Какой, право, балаган, произнесла она, оглядывая компанию. Мон шер, вы обсуждаете романтику в помещении, которое пахнет старыми носками и разочарованием? Фи.
У меня нормально пахнет, обиделся Коваль.
Разумеется, душа моя. Если ваш эталон это вокзальный сортир, Ядвига опустилась в кресло с грацией императрицы. Итак, девочка. Я слышала вашу историю через стену. Звукоизоляция здесь как мораль в современном обществе, отсутствует.
Она сложила руки на коленях.
Ответ прост. Вы задаёте неправильный вопрос. Не нормально ли женщине ухаживать за мужчиной. А зачем вам мужчина, которому нужно ухаживание, чтобы он заметил ваше существование? Вы же не официантка в его личном ресторане.
Но я...
Вы боитесь, мягко перебила Ядвига. Это понятно и даже мило в своей провинциальности. Но страх делает из вас поставщика услуг, а не партнёра. Подарок на день рождения? Почему бы нет. Но с открытой картой. Не мне не понравился этот коньяк, а я хочу сделать тебе приятно, потому что ты мне нравишься. Честность, анфан террибль, это единственная валюта, которая не обесценивается.
Из смартфона девушки вдруг раздался писклявый голос. Экран включился сам собой, и на нём появилось лицо Василисы Прекрасной. Видимо, взломала видеосвязь.
Ой, мама, это что за сходка неудачников? Василиса поправила идеальные локоны. Я случайно услышала, не спрашивайте как. Короче, подруга, ты всё делаешь не так. Мужик должен тебе дарить, а не ты ему. Это база. Это не сексизм, это экономика отношений.
Но...
Никаких но, Василиса надула губки. Смотри. Если он за тобой не ухаживает, значит ты для него не в приоритете. И никакие блинчики это не изменят. Ты просто обесцениваешь себя. Вот у меня масик каждый день цветы присылает. Потому что я не бегаю за ним с коньяком. У меня лапки.
У тебя, деточка, спонсор, хмыкнула Мила. Это немного другая экономическая модель.
И что? Василиса пожала плечами. Зато работает. Ой, всё, мне ноготь поправить надо, он отклеивается. Трагедия века. Пока.
Экран погас.
В наступившей тишине Коваль достал из ящика стола таблетку от изжоги и запил остывшим кофе.
Значит так, он посмотрел на девушку. Фиксирую показания всех присутствующих. Общий вывод такой. Ты имеешь право делать что хочешь. Хочешь дарить подарки, дари. Хочешь печь блины, пеки. Но делай это с открытыми картами, а не под прикрытием мне не понравилось. Потому что сейчас ты ведёшь себя как агент под прикрытием, а он даже не знает, что идёт операция.
То есть... сказать ему?
Нет, станцевать, Коваль закатил глаза. Конечно сказать. Слушай, я двадцать лет преступников ловил. Знаешь, что их всех объединяет? Они думали, что самые хитрые. А попались на самом простом. Ты сейчас как карманник, который боится залезть в карман. Либо делай дело, либо уходи с маршрута.
Девушка помолчала.
А если он скажет нет?
Тогда у тебя будет ответ, Коваль пожал плечами. А сейчас у тебя пустота, догадки и бессонница в три часа ночи. Что хуже?
Из-за шкафа выступила Василиса Премудрая. Откуда она взялась, никто не понял. Она просто была там, будто всегда стояла.
Дитя, её голос был мягким, как тёплое одеяло. Послушай меня. Любовь это не игра в прятки. Ты не должна скрывать свои чувства за шоколадками и бутылками. Это не защищает тебя, это только откладывает боль.
Она подошла ближе.
Ухаживать за мужчиной нормально. Дарить подарки нормально. Готовить для него нормально. Но только если это идёт от сердца, а не от страха. Сейчас ты не дарствуешь, ты откупаешься. От своей смелости. От риска отказа. И он это чувствует, даже если не понимает.
Что же мне делать? девушка почти плакала.
Стать собой, Василиса Премудрая улыбнулась. Прийти к нему и сказать правду. Не то что коньяк невкусный. А то что он тебе нравится. Если он достоин тебя, он ответит. Если нет, ты освободишься от иллюзии. В любом случае, ты перестанешь жить в подвешенном состоянии.
В дверях возник Эдуард Кощей Бессмертный в костюме за миллион и с видом человека, который заблудился по дороге в VIP ложу.
Ну типа, он почесал затылок. Я тут мимо шёл, слышу базар. Короче, не парься. Все бабы... то есть женщины... в натуре все продаётся. Дай ему денег и всё.
Все посмотрели на него.
Что?» он обиделся. Я чё, не так сказал? У меня часы вон натирают, некогда думать.
Уйди, устало сказала Мила. Просто уйди.
Кощей пожал плечами и ушёл, задев косяк плечом.
Девушка встала.
Я... я поняла. Кажется.
Давай резюмирую, Коваль загасил очередную сигарету. Пункт первый. Ухаживать нормально, если честно. Пункт второй. Прятаться за подарками ненормально. Пункт третий. Скажи ему правду и получи ответ. Пункт четвёртый. Если откажет, он дурак, найдёшь другого. Пункт пятый. Перестань мучить себя в три часа ночи. Дело закрыто.
Девушка кивнула и вышла.
Коваль откинулся на спинку стула.
Ох, грехи...
Романтические консультации, фыркнула Мила. Докатились. Частный детектив стал психологом для отчаявшихся.
А ты чего не ушла?
Мне лень. И здесь хотя бы тихо. В офисе опять кулер шумит.
ЛИСОЛИАДА мигнула красным.
Вероятность того, что клиентка последует совету, составляет двадцать три процента. Но это уже не наша проблема. Кстати, вам звонил ваш кардиолог. Вы три недели не были на приёме.
Заткнись, сказал Коваль.
Но колонка уже замолчала, довольная собой.
ТЕГИ ДЛЯ ДЗЕНА
#отношения #психология #любовь #московскиехроники #юмор