Игорь сидел на кухне за завтраком и смотрел в окно на свой синий Фольксваген Пассат. Машине было восемь лет, но она всё ещё блестела на солнце, как новенькая. Он купил её за полгода до свадьбы, на сбережения. Тогда казалось — вот оно, счастье. Своя тачка, карьера идёт в гору, а впереди — свадьба с Викой.
— Игорёк, ну что ты уставился на эту колымагу? — Вика вплыла на кухню в шёлковом халате, от которого пахло дорогими духами. — Я тебе серьёзно говорю. Продавай.
— Вик, мы это уже обсуждали...
— Нет, это ты думаешь, что обсуждали. А на самом деле ты просто отмалчивался. Слушай, какой смысл держать машину, если мы ездим на моей? Твой Пассат только место занимает и за парковку платить приходится.
Игорь вздохнул и отложил вилку. Яичница остывала, но аппетит уже пропал. Логика в её словах была, но что-то внутри сопротивлялось. Машина была его. Добрачной. Единственной вещью, которую он не делил ни с кем.
— А зачем вообще продавать? У нас же всё нормально с деньгами.
Вика закатила глаза и плюхнулась на стул напротив.
— Игорь, ты взрослый человек или нет? Посмотри на Лёшку с третьего этажа — у них уже вторая дача! А мы что, хуже? Лето на носу, а нам опять к твоей маме в деревню ехать? Где туалет во дворе и вода из колодца?
— Там красиво...
— Там комары размером с вертолёт! — Вика махнула рукой, словно отгоняя невидимое насекомое. — Я хочу нормальную дачу. С душем. С верандой. Чтобы подруг приглашать, шашлыки жарить. Это же инвестиция в наше будущее!
Игорь почесал затылок. Когда Вика начинала говорить об инвестициях и будущем, спорить было бесполезно. Она работала в банке и оперировала цифрами так же легко, как он — гаечным ключом.
— Ладно, я подумаю...
— Думай быстрее, — Вика поднялась и чмокнула его в макушку. — А то все нормальные варианты разберут.
***
Через неделю Игорь стоял и фотографировал свой Passat для Авито. Сердце ныло, но он убедил себя: Вика права. Семья важнее машины. Да и дача — это правда инвестиция. Земля дорожает, все так говорят.
Покупатель нашёлся быстро. Какой-то молодой парень в кроссовках за двадцать тысяч и с блеском в глазах. Игорь передал ему ключи и почувствовал себя предателем, наблюдая, как Passat уезжает за угол.
— Вот и отлично! — Вика просияла, когда он вернулся домой с конвертом денег. — Теперь давай быстренько оформим дачу. Я уже выбрала идеальный вариант!
Дача оказалась в пятидесяти километрах от города, в посёлке с романтичным названием "Сосновый бор". На деле сосен там было штук пять, зато комаров — миллион. Но домик был крепкий, с верандой и даже с баней.
— Смотри, какая красота! — Вика кружилась по участку, как девчонка. — Здесь мы сделаем клумбы, тут — беседку, а баню ты подремонтируешь. У тебя же руки золотые!
Игорь молча кивал и думал о своём Passat. Интересно, новый хозяин уже поменял масло?
Оформление заняло три дня. Вика настояла, чтобы дачу записали на них обоих — мол, мы же семья, какие могут быть вопросы. Игорь, окрылённый её энтузиазмом и мечтами о совместных шашлыках, не стал спорить.
В субботу они приехали на дачу с первым грузом вещей. Вика была подозрительно молчаливой всю дорогу, уткнувшись в телефон.
— Всё в порядке? — спросил Игорь, разгружая коробки.
— Да-да, отлично, — Вика даже не подняла головы.
***
В понедельник утром Игорь проснулся от того, что Вики не было в рядом. Странно — она обычно спала до последнего. Он нашёл её на кухне. Она сидела с чашкой чая и смотрела на него так, как смотрят на соседа, которому нужно вернуть взятую в долг дрель.
— Нам нужно поговорить, — сказала она ровным голосом.
У Игоря ёкнуло в груди. Эта фраза никогда, ни в одном языке мира, не предвещала ничего хорошего.
— Я подаю на развод.
Минуту он просто стоял, переваривая информацию. Потом сел. Потом встал. Потом снова сел.
— Что? Вик, это шутка?
— Нет. Я всё обдумала. Мы не подходим друг другу. У нас разные взгляды на жизнь.
— Какие взгляды?! Мы же только дачу купили! Вместе! На будущее!
Вика поморщилась, как от кислого.
— Вот именно — дачу купили. И теперь это совместно нажитое имущество. При разводе делится пополам.
Игорь почувствовал, как мир слегка наклонился вбок.
— Подожди... Ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что мне надоело жить с человеком, который постоянно ноет про свою машину. Да, я настояла на даче. Да, мы её купили на твои деньги. Но по закону она теперь наша общая. И при разводе я получу свою половину.
Игорь открыл рот. В голове происходило короткое замыкание.
— Ты... всё это спланировала?
Вика пожала плечами.
— Спланировала — громко сказано. Скажем так, я умею считать. Твоя машина была куплена до брака. По закону она твоя личная собственность, я бы на неё претендовать не смогла. А дача — совместная. Математика простая.
— Но мы женаты всего год!
— Как раз поэтому и легче развестись. Нет детей, нет ипотеки. Только дача. Ну и моя машина, но она тоже добрачная, так что ты можешь не беспокоиться.
Она улыбнулась. Игорь вдруг понял, что эта улыбка всегда была немного хищной, просто он раньше не обращал внимания.
— Ты сумасшедшая...
— Нет, я практичная. Разница. Так что давай без истерик, хорошо? Я уже консультировалась с юристом. Всё цивилизованно. Ты выплатишь свою половину от дачи деньгами или мы продадим и поделим. Как тебе удобнее.
***
Игорь сидел у своего приятеля Серёги и смотрел в стену.
— Гений, — выдохнул Серёга, допивая третью банку пива. — Она настоящий гений. Тебя развели, как котёнка.
— Спасибо, мне легче, — буркнул Игорь.
— Да ты не расстраивайся. Знаешь, сколько таких историй? У моего друга вообще квартиру отсудили. Ну, половину. Он до брака купил, а потом жена говорит: "Давай эту продадим и купим побольше". Суд в итоге ей половину присудил. А твоя хотя бы честно призналась.
— Ага, честно, — Игорь хмыкнул. — Знаешь, что самое обидное? Я правда думал, что мы дачу для семьи покупаем. Шашлыки там жарить, грядки копать...
— Копать будешь теперь только себе яму, — философски заметил Серёга. — Слушай, а может, ты того... Типа, откажешься от своей половины? В отместку?
— И что, она всю дачу себе заберёт?
— Ну да. Зато хоть не получит с тебя денег.
Игорь задумался. Идея была безумная, но в ней был какой-то странный смысл. Пусть подавится этой дачей.
***
На следующий день он пришёл домой и застал Вику за упаковкой вещей.
— Слушай, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — По поводу дачи. Я подумал... Забирай. Целиком.
Вика подняла голову, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на беспокойство.
— Что значит "забирай"?
— Я отказываюсь от своей половины. Оформляй на себя всю дачу. Мне она не нужна.
Минуту Вика молчала. Потом рассмеялась — негромко, нервно.
— Игорь, не говори глупостей. Это же твои деньги...
— Возьми себе дачу.
— Ты д..рак? Это же полтора миллиона!
— Может, и д..рак. Но я не хочу видеть, как ты получаешь мои деньги и радуешься, какая ты умная. Пусть у тебя будет дача. Посмотрим, как ты там одна шашлыки жарить будешь.
Вика нервно прошлась по комнате.
— Игорь, не неси чушь. Ты не можешь просто так отказаться от полутора миллионов!
— Могу. И откажусь. Считай это платой за урок. Дорогой урок, но полезный. Теперь я знаю, что не всем женщинам нужен муж. Некоторым нужен просто банкомат с функцией конвертации.
— Ты пожалеешь!
— Возможно. Но ты пожалеешь больше. У меня чуйка.
***
Через месяц Игорь случайно встретил бывшую подругу Вики в супермаркете.
— О, привет! — Света была неестественно оживлённой. — Слышала, вы с Викой развелись?
— Слышал тоже, — усмехнулся Игорь.
— Ну ты даёшь! Отказался от денег! Вика психанула — она думала, ты будешь бороться за свою долю, а ты просто взял и отдал всё. Теперь у неё дача, за которую она платит налоги, вкладывается в ремонт, а продать не может — рынок просел. Она каждую неделю туда ездит, участок поддерживать. Одна. Потому что никто из подруг с ней туда не хочет — далеко, скучно, комары.
Игорь почувствовал, как внутри что-то тепло разливается.
— Ну надо же...
— Да она теперь говорит, что лучше бы ты свою половину забрал! — Света хихикнула. — Сама просчиталась. Думала, быстро продаст и получит чистыми деньгами. А теперь сидит с дачей, как с занозой.
***
Прошло ещё два месяца. Игорь уже почти забыл про Вику и её дачу. Он копил на новую машину, встречался с девушкой из соседнего отдела и вообще чувствовал себя неплохо. А потом позвонил Серёга.
— Слушай, ты в курсе новости про дачу твоей бывшей?
— Какие ещё новости? — Игорь напрягся.
— Там какая-то движуха с администрацией. Говорят, планируют дорогу через ваш посёлок прокладывать. Объездную. Несколько участков под снос попадают.
У Игоря ёкнуло сердце.
— И что, наша дача...
— Твоя бывшая дача, — поправил Серёга. — И да, похоже, что она как раз в зоне. Вика уже всех юристов в городе обзвонила.
На следующий день Игорь встретил Вику случайно. Она выглядела так, будто не спала неделю. Костюм сидел идеально, но глаза были красные.
— Слышал про дорогу. Как дела?
Вика горько усмехнулась.
— Игорь... Генплан утверждён три года назад, просто никто не удосужился нас предупредить. Участок попадает под изъятие для государственных нужд. Компенсация — по кадастровой стоимости. Копейки… Игорь, я в минусе на миллион.
Игорь молчал. Внутри боролись два чувства — злорадство и что-то похожее на жалость.
— Юристы говорят, можно оспорить сумму компенсации, — Вика затянулась и выдохнула дым в небо. — Но это годы судов. И никаких гарантий. А дорогу начнут строить уже весной.
— Вик...
— Знаешь, что самое смешное? — она повернулась к нему, и в глазах блеснули слёзы. — Если бы дача была на нас двоих, мы бы делили эту проблему. Ты бы хотя бы половину расходов нёс. А так... Это теперь только моя головная боль. Моя и только моя.
— Ты сама так хотела.
— Я хотела денег. А получила судебную тяжбу с администрацией и участок, который через полгода превратится в строительную площадку. Иронично, правда? Я думала, перехитрила тебя. А перехитрила саму себя.
Игорь стоял и смотрел, как она уходит к зданию суда. Высокие каблуки цокали по асфальту всё тише и тише. И вдруг он понял, что не чувствует победы. Только странную пустоту.
Месяц спустя решение суда оставило компенсацию без изменений. Игорь слышал, что она уволилась из банка и уехала к родителям в другой город.
А он купил себе подержанную Мазду. И когда садился за руль, то думал не о Вике и не о даче. Он думал о том, что справедливость — штука странная и непредсказуемая. Иногда она приходит сама, без твоего участия. А иногда наказывает всех — и жадных, и наивных, и тех, кто просто оказался не в то время не в том месте.