— Вадим один вкалывает, а ты тут целыми днями сидишь! — Полина Михайловна прошла в гостиную, даже не разувшись, и окинула взглядом разбросанные по дивану детские вещи.
Алена замерла на пороге спальни с Лерой на руках. Малышка только-только заснула после часового укачивания, и сейчас меньше всего хотелось, чтобы она проснулась от громких голосов.
— Добрый день, — выдохнула Алена, осторожно прикрывая дверь в спальню. — Вы бы предупредили, что придете.
— Зачем предупреждать? У меня ключи есть, — свекровь повесила пальто на вешалку и прошла на кухню. — Ой, а тут у тебя что, посуда с утра стоит?
Алена прикусила губу. Да, посуда стояла. И пол не был вымыт. И вообще, в квартире царил тот самый творческий беспорядок, который неизбежен, когда у тебя грудной ребенок и ты не спишь по ночам.
— Леру колики мучили всю ночь, — попыталась объяснить она, входя на кухню. — Я только сейчас уложила ее.
— А в моё время, — начала Полина Михайловна, и Алена мысленно застонала, потому что знала, что будет дальше, — через три месяца после родов я уже вышла на работу. И ничего, справлялась. И квартира у меня всегда была чистая, и ребенок накормлен.
Свекровь открыла холодильник, заглянула внутрь и неодобрительно покачала головой:
— Суп хоть варила на сегодня? Вадим вечером придет голодный.
— Вадим в командировке, — тихо сказала Алена. — Вернется только в пятницу.
— Вот именно! — Полина Михайловна развернулась к ней. — Он там работает, зарабатывает на вас двоих, а ты все дома. Хватит уже в декрете сидеть, надо деньги зарабатывать!
Алена почувствовала, как внутри что-то сжалось. Они с Вадимом заранее откладывали деньги на декретный период. У них не было никаких финансовых проблем. Она планировала выйти на работу, когда Лере исполнится год и можно будет устроить ее в ясли.
— Я выйду на работу через год, — сказала она как можно спокойнее. — Когда дочку можно будет отдать в ясли.
— Через год? — свекровь даже присела на стул от удивления. — Ты серьёзно? Думаешь, Вадим будет один тянуть семью целый год?
— Мы обсуждали это с Вадимом еще до родов, — Алена старалась говорить ровно, но голос предательски дрожал. — Мы откладывали деньги специально на этот период.
— Отложили, — фыркнула Полина Михайловна. — Ну и что, что отложили? Деньги быстро заканчиваются. Вот я нашла объявление, там ищут администратора в офис. Неполный день, с десяти до трех. Я с Лерой посижу, чего тут сложного?
Алена медленно опустилась на стул напротив. Сердце колотилось так, что казалось, свекровь его слышит.
— Полина Михайловна, я не готова сейчас выходить на работу.
— Не готова? — свекровь наклонилась вперед. — А когда будешь готова? Когда Вадим на трех работах вкалывать начнет? Я своего сына не для того растила, чтобы он один всю семью тянул!
— Но он не один тянет! — не выдержала Алена. — У нас есть накопления, мы...
— Накопления, — перебила ее Полина Михайловна. — Накопления нужно беречь, а не проедать. Нормальные жены помогают мужьям, а не сидят в четырех стенах. Вот у меня подруга Елена Викторовна, так ее невестка через два месяца вышла на работу. И ничего, живут нормально, ребенок здоровый растет.
Алена зажмурилась. Голова начинала раскалываться. Она не спала толком уже несколько ночей подряд — у Леры начались колики, и каждый вечер превращался в настоящий кошмар. Малышка плакала часами, и ничто не помогало. Ни массаж животика, ни теплая пеленка, ни укачивания.
— Я кормлю грудью, — сказала она, открывая глаза. — Мне нельзя сейчас нервничать и переутомляться. Это влияет на молоко.
— Ой, перестань! — махнула рукой свекровь. — Все кормят и на работу ходят. Сцедишь молоко, оставишь мне, и иди работай. Три часа в день — это же ерунда! Даже устать не успеешь.
Из спальни донесся тихий всхлип, потом другой. Лера просыпалась.
— Извините, мне нужно к дочке, — Алена поднялась.
— Иди-иди, — Полина Михайловна тоже встала. — А я пока суп сварю. Хоть что-то в этом доме нормальное будет.
Алена вышла из кухни, чувствуя, как по щекам текут слезы. В спальне Лера уже вовсю плакала, размахивая крошечными кулачками. Алена взяла дочку на руки, прижала к себе и тихо зашептала:
— Тише, солнышко, тише. Мама здесь.
Лера постепенно успокоилась, уткнулась носиком в мамину шею и снова задремала. Алена осторожно опустилась на кровать, не выпуская дочку из рук. С кухни доносились звуки — Полина Михайловна гремела кастрюлями, что-то бормоча себе под нос.
Алена закрыла глаза. Как же она устала. От бессонных ночей, от постоянного плача Леры, от ощущения, что она ничего не успевает. И вот теперь еще свекровь со своими претензиями.
Она посмотрела на телефон. Два часа дня. Вадим сейчас, наверное, на встрече с клиентами. Звонить ему бессмысленно — он все равно не ответит. Да и что она скажет? Что его мама опять пришла без предупреждения и требует, чтобы она вышла на работу?
Алена тихо вздохнула и прижала Леру покрепче. Малышка сопела во сне, и в эти моменты казалось, что все остальное неважно. Важно только то, что дочка здорова, что она рядом, что Алена может ее защитить.
— Алена! — крикнула с кухни Полина Михайловна. — Иди сюда, поговорим нормально!
Алена осторожно положила Леру в кроватку и вернулась на кухню. Свекровь уже поставила на плиту кастрюлю и резала картошку.
— Садись, — кивнула она на стул. — Я тебе как взрослой говорю. Ты молодая, глупая еще, жизни не знаешь. Думаешь, что декрет — это отдых? Это не отдых. Это деградация. Женщина без работы превращается в домохозяйку, которая только и может, что памперсы менять.
— Я не собираюсь деградировать, — тихо возразила Алена. — Я просто хочу провести первый год с дочкой. Это важно для ее развития.
— Развития! — Полина Михайловна бросила нож на доску. — Что ты понимаешь в развитии? Я двоих детей вырастила, и оба выросли нормальными людьми. Вадим вон какой умный, успешный. И ничего, что я на работу вышла, когда ему три месяца было.
Алена промолчала. Спорить со свекровью было бесполезно. Полина Михайловна всегда знала лучше, всегда была права, всегда находила аргументы.
— Я уже договорилась о собеседовании, — вдруг сказала свекровь, и Алена вздрогнула.
— Что?
— Ну, про эту работу, администратора. Я позвонила своей знакомой, она там главным бухгалтером работает. Сказала, что есть вакансия, и завтра могут тебя посмотреть. В три часа дня. Я с Лерой посижу.
Алена уставилась на нее:
— Вы... вы договорились без меня?
— А что тут такого? — пожала плечами Полина Михайловна. — Я помогаю тебе. Хорошую работу найти сейчас сложно, а тут как раз неполный день. Специально для молодых мам. Придешь, познакомишься, все обсудишь. Работа простая — телефоны принимать, документы оформлять. Справишься.
— Я не пойду на это собеседование, — твердо сказала Алена.
Повисла тишина. Полина Михайловна медленно повернулась к ней:
— Что ты сказала?
— Я не пойду, — повторила Алена, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все дрожало. — Я не готова выходить на работу. И я не просила вас ничего для меня искать.
Лицо свекрови побагровело:
— Ты понимаешь, что я ради тебя попросила знакомую? Что я ее просила устроить тебя? А ты теперь не пойдешь? Ты хоть понимаешь, как это выглядит?
— Полина Михайловна, — Алена встала, — я благодарна вам за заботу. Но это мое решение. Я выйду на работу, когда буду готова.
— Готова! — свекровь тоже вскочила. — Ты никогда не будешь готова! Будешь сидеть дома, пока Вадим не надорвется на работе! Эгоистка ты, вот ты кто!
Алена почувствовала, как внутри закипает. Она сдерживалась весь разговор, старалась быть вежливой, но сейчас терпение лопнуло:
— Я не эгоистка! Я мать! И я имею право решать, когда мне выходить на работу!
— Ах, имеешь право! — Полина Михайловна схватила сумку. — Ну и сиди тогда со своими правами! А я позвоню Вадиму, пусть он сам с тобой разберется!
Она резко развернулась и направилась к выходу. Алена стояла посреди кухни, чувствуя, как дрожат руки. Хлопнула входная дверь, и в квартире стало тихо.
Из спальни снова донесся плач. Лера проснулась от шума.
Алена вернулась к дочке, взяла ее на руки и села в кресло. Малышка искала грудь, хныча и вертя головкой. Алена расстегнула кофточку, и Лера сразу успокоилась, начав жадно сосать.
Только тут Алена позволила себе заплакать. Тихо, чтобы не напугать дочку, но слезы текли сами, и остановить их было невозможно.
Она посмотрела на телефон. От Вадима не было ни одного сообщения. Он обещал позвонить вечером, но сейчас было только два часа. До вечера еще так долго.
Алена открыла чат с подругой Светланой и написала: "Можно завтра к тебе приехать? Нужно поговорить."
Ответ пришел почти сразу: "Конечно, приезжай! Что случилось?"
"Завтра расскажу", — набрала Алена и убрала телефон.
***
На следующий день Алена собиралась к Светлане, как на праздник. Хотелось выбраться из квартиры, увидеть живого человека, поговорить с кем-то, кто ее поймет.
Лера вела себя спокойно — то ли чувствовала мамино настроение, то ли просто выспалась. Алена запеленала дочку потеплее, надела на себя пуховик и вышла из подъезда.
Морозный январский воздух ударил в лицо, но это было даже приятно. Алена глубоко вдохнула и пошла к остановке. Светлана жила в соседнем районе, ехать минут двадцать.
В маршрутке она устроилась на заднем сиденье, прижимая к себе конверт с Лерой. Малышка спала, и Алена смотрела в окно, вспоминая вчерашний разговор со свекровью.
Вадим позвонил поздно вечером, около десяти. Алена уже лежала в постели, измученная бессонной ночью и скандалом.
— Привет, — устало сказала она в трубку.
— Привет, — голос Вадима звучал рассеянно. — Как дела? Как Лера?
— Нормально. Вадим, твоя мама сегодня приходила.
— Ну да, она говорила, что зайдет. Как съездили?
Алена сжала телефон покрепче:
— Она требует, чтобы я вышла на работу.
— Да? — Вадим явно был чем-то занят параллельно, потому что отвечал невпопад. — Ну, она просто беспокоится о нас.
— Вадим, она договорилась о собеседовании без меня! — Алена почувствовала, как снова подступают слезы. — Просто позвонила куда-то и сказала, что я завтра приду!
— Алена, — Вадим вздохнул, — мама хочет помочь. Не принимай близко к сердцу.
— А ты что думаешь? — спросила Алена тихо. — Ты тоже считаешь, что я должна выйти на работу?
— Я... я не знаю. Мам, погоди минуту, — Вадим явно разговаривал с кем-то еще. — Прости, это клиент. Поговорим, когда я вернусь, хорошо?
— Хорошо, — прошептала Алена и положила трубку.
Слезы душили, но плакать она не стала. Просто лежала в темноте, слушая, как Лера сопит в кроватке, и думала о том, что муж даже не услышал, как ей плохо.
Маршрутка остановилась возле нужного дома, и Алена вышла. Светлана жила на третьем этаже пятиэтажки. Алена поднялась по лестнице и позвонила в дверь.
— Заходи скорее! — Светлана распахнула дверь и обняла подругу. — Ой, как Лерочка выросла! Дай посмотрю!
Алена прошла в квартиру, разделась и осторожно достала дочку из конверта. Лера проснулась, открыла глазки и начала рассматривать незнакомую обстановку.
— Какая красотка! — Светлана аккуратно взяла малышку на руки. — Ну что, расскажешь теперь, что случилось?
Они устроились на кухне. Светланины дети — трехлетний Сашка и пятилетняя Даша — играли в комнате, изредка прибегая на кухню за чем-нибудь вкусненьким.
Алена рассказала обо всем. О визите свекрови, о требованиях выйти на работу, о собеседовании, которое та устроила без ее согласия. О том, что Вадим не услышал ее, не поддержал, просто отмахнулся.
Светлана слушала, качая головой:
— Да у тебя же классическая свекровь-контролер. У меня такая же была.
— Была? — переспросила Алена.
— Ну, сейчас уже нормально, — Светлана покачала Леру, которая начала похныкивать. — А поначалу тоже лезла во все. Как кормить, как пеленать, когда спать укладывать. Даже одежду для детей покупала без спроса — свои вкусы навязывала. Игорь долго терпел, а потом однажды не выдержал.
— И что сказал?
— Сказал, что это наша семья, наши дети, и мы сами решаем, как их растить. Что если она хочет помогать — пожалуйста, но диктовать нам не будет. — Светлана улыбнулась. — Свекровь обиделась, конечно. Два месяца вообще не звонила. Но потом отпустило.
Алена задумалась:
— А как он решился ей это сказать?
— Я поставила условие, — Светлана посмотрела на подругу. — Сказала, что если он не научится защищать нас, я не смогу жить в таком браке. Это было тяжело, но иначе никак.
Алена кивнула. Слова подруги отозвались в душе — именно так она и чувствовала сейчас. Что не сможет жить, если Вадим не встанет на ее сторону.
— Но как об этом сказать? — тихо спросила она.
— Прямо и скажешь, — Светлана передала ей Леру, которая искала грудь. — Без истерик, без обвинений. Просто объяснишь, что тебе нужна его поддержка. Что ты не против его мамы, но против того, что она решает за вас.
Алена задумчиво кивнула. Лера присосалась к груди и успокоилась.
— А знаешь что самое страшное? — призналась она. — Я боюсь, что он выберет маму.
Светлана взяла ее за руку:
— Тогда ты хотя бы будешь знать правду. Лучше знать, чем жить в постоянном напряжении.
Домой Алена вернулась около пяти вечера. Лера проспала всю дорогу и теперь бодрствовала, лежа на развивающем коврике и пытаясь поймать яркие игрушки.
Телефон завибрировал. Сообщение от Полины Михайловны в семейном чате, где были она, Вадим и Алена: "Алена, я нашла объявление о работе администратора в офисе, неполный день. Скину тебе контакты."
Алена посмотрела на сообщение и ничего не ответила. Через минуту пришло еще одно: "Ты видела?"
Алена выдохнула и написала коротко: "Видела. Не интересует."
Ответ пришел мгновенно: "Поговорим об этом лично."
На следующий день, в четверг, Полина Михайловна позвонила в десять утра. Алена как раз кормила Леру и не стала брать трубку. Свекровь перезвонила еще два раза, потом написала сообщение: "Алена, возьми трубку. Это важно."
Алена дождалась, пока Лера поест и уснет, и перезвонила:
— Слушаю.
— Наконец-то! — голос свекрови звучал напряженно. — Я договорилась о собеседовании на завтра. В два часа дня. Адрес скину.
— Полина Михайловна, — Алена старалась говорить спокойно, — я не пойду на это собеседование.
— Что значит не пойдешь? — свекровь повысила голос. — Я же сказала, что уже договорилась! Моя знакомая ждет тебя!
— Я не просила вас договариваться, — твердо сказала Алена. — Я не собираюсь выходить на работу сейчас.
— Ты понимаешь, что я подставила свою знакомую? — Полина Михайловна говорила все громче. — Что теперь я должна ей звонить и говорить, что моя невестка такая... такая неблагодарная?
— Извините, — Алена сжала телефон, — но это ваша проблема. Я не давала согласия на это собеседование.
— Хорошо, — голос свекрови стал ледяным. — Тогда я позвоню Вадиму. Пусть он сам с тобой разберется.
Она бросила трубку. Алена опустилась на диван и закрыла глаза. Руки дрожали, сердце колотилось. Но она сделала это. Сказала свекрови "нет".
Вадим вернулся из командировки в пятницу вечером. Открыл дверь, сразу скинул ботинки и прошел в гостиную. Выглядел уставшим, но довольным.
— Привет, — он наклонился к Алене и поцеловал в щеку. — Как вы тут?
— Нормально, — Алена взяла Леру на руки и встала. — Как командировка?
— Отлично! Заключили контракт. Большой, выгодный, — Вадим улыбнулся и потянулся к дочке. — Дай я подержу принцессу.
Алена передала ему Леру, и Вадим начал ее качать, напевая что-то тихонько. Алена смотрела на них и думала, как начать разговор.
Но не успела она открыть рот, как зазвонил телефон Вадима. Он посмотрел на экран и нахмурился:
— Мама. Сейчас.
Он передал Леру Алене и вышел в коридор. Алена слышала обрывки разговора:
— Да, мам... Понимаю... Конечно, я поговорю...
Минут через пять он вернулся. Лицо стало серьезным.
— Мама говорит, ты отказалась от работы, которую она для тебя нашла. Почему ты не обсудила это со мной?
Алена медленно положила Леру в кроватку и повернулась к мужу:
— Почему я должна была с тобой обсуждать то, о чем меня никто не спрашивал? Твоя мама сама договорилась о собеседовании, даже не спросив моего мнения.
— Она хотела помочь, — Вадим потер лицо рукой. — Переживает за наше финансовое положение.
— Какое финансовое положение? — Алена почувствовала, как внутри закипает. — У нас нет никаких проблем с деньгами! Мы откладывали специально на мой декрет!
— Ну да, но...
— Но что? — она подошла ближе. — Ты тоже считаешь, что я должна выйти на работу? Что я сижу на твоей шее?
— Я такого не говорил, — Вадим отступил на шаг.
— Но и не сказал обратного! — голос Алены сорвался. — Когда я звонила тебе в среду и рассказывала про маму, ты отмахнулся! Сказал, что она просто беспокоится!
— Алена, я был занят...
— Ты всегда занят! — она не могла остановиться. — А я? Я что, не занята? Я сутками с ребенком, я не сплю ночами, у меня нет ни минуты на себя! И вместо поддержки от мужа я получаю претензии от свекрови!
Вадим молчал, глядя в пол. Лера начала хныкать в кроватке.
— Мне нужно покормить дочку, — Алена взяла малышку и пошла в спальню.
Она села в кресло, дала Лере грудь и закрыла глаза. Слезы снова душили, но плакать она не хотела. Просто сидела, качая дочку, и слушала, как Вадим ходит по квартире.
Вечер прошел в молчании. Вадим играл с телефоном, Алена укладывала Леру спать. Когда дочка наконец уснула, было уже одиннадцать вечера.
Алена вышла из спальни и увидела, что Вадим сидит на кухне. Подошла и села напротив.
— Нам нужно поговорить, — тихо сказала она.
Вадим кивнул, не поднимая глаз.
— Я не против твоей мамы, — начала Алена. — Но я против того, что она решает за нас. Когда мне выходить на работу, кто будет сидеть с ребенком, как нам жить. Это наша жизнь, Вадим. Наша с тобой и Лериной.
— Я понимаю, — он наконец посмотрел на нее. — Но мама...
— Мама привыкла все контролировать, — перебила его Алена. — И ты это знаешь. Вопрос в другом — ты на чьей стороне?
Вадим замер:
— Это не вопрос сторон...
— Это именно вопрос сторон, — Алена наклонилась вперед. — Я не могу жить, если ты не будешь меня защищать. Если каждый раз, когда твоя мама лезет в нашу жизнь, ты будешь молчать или оправдывать ее.
— А что я должен был сделать? — Вадим вскинулся. — Нагрубить собственной матери?
— Нет. Но мог бы сказать ей, что мы сами разберемся, — Алена встала. — Мог бы сказать, что это наше решение, когда мне выходить на работу. Мог бы поддержать меня, а не ее.
Она вышла из кухни, не дожидаясь ответа. Легла в постель и долго не могла уснуть, прислушиваясь к звукам из квартиры.
Наутро, в субботу, Алена проснулась от звонка в дверь. Было девять утра. Вадим спал на диване в гостиной — видимо, не решился лечь в спальню после вчерашнего разговора.
Алена накинула халат и пошла открывать. На пороге стояла Полина Михайловна с большим пакетом в руках.
— Доброе утро, — свекровь прошла в квартиру, не дожидаясь приглашения. — Вадим дома?
— Спит еще, — Алена закрыла дверь.
— Разбуди. Нам нужно поговорить втроем, — Полина Михайловна прошла на кухню и выложила на стол папку с бумагами.
Алена разбудила Вадима. Тот сел, потер глаза и пошел на кухню. Алена последовала за ним.
— Садитесь оба, — Полина Михайловна уже устроилась за столом. — Я все продумала.
Она открыла папку и достала распечатанное объявление о работе.
— Вот. Администратор в офис, с десяти до трех. Зарплата небольшая, но для начала сойдет. Я уже договорилась, тебя ждут в понедельник, — она посмотрела на Алену. — Я буду приходить к десяти утра, сидеть с Лерой до трех. График удобный для всех.
Алена молчала. Вадим тоже.
— Я все рассчитала, — продолжала свекровь, доставая листок с цифрами. — Вот твоя зарплата. Вот расходы на Леру. Вот что останется. Это же выгодно, ты сама видишь.
— Мама, — наконец подал голос Вадим, — мы не просили тебя это делать.
Полина Михайловна посмотрела на сына:
— Я помогаю вам! Вы молодые, не понимаете, что деньги кончатся быстро. А работу найти сейчас сложно. Я через знакомых устраиваю, это же шанс!
— Мама, — Вадим говорил тихо, но твердо, — решение о том, когда Алене выходить на работу, принимаем мы с ней. Не ты.
Полина Михайловна замерла:
— Что?
— Алена только родила. Ей нужно время восстановиться, наладить кормление, привыкнуть к материнству. Какая работа через три месяца?
— Вадим, но...
— Нет, мам, — он поднял руку. — Я тебе благодарен, что ты хочешь помочь. Но это наша жизнь. Наша семья. Когда нам понадобится помощь, мы попросим. А приходить без звонка и давать советы, которых мы не просили, — это неправильно.
Свекровь побледнела:
— Значит, ты на ее стороне? Она настроила тебя против родной матери?
— Никто меня не настраивал, — Вадим встал. — Мам, займись своими делами. Мы сами разберемся со своими. Пожалуйста.
Полина Михайловна схватила свою сумку и встала:
— Хорошо. Раз я не нужна, не буду мешать. Живите как хотите!
Она резко развернулась и вышла из кухни. Хлопнула входная дверь.
Алена сидела, не в силах пошевелиться. Вадим вернулся к столу и опустился на стул.
— Я правильно сделал? — тихо спросил он.
Алена посмотрела на него. В глазах стояли слезы, но на этот раз от облегчения.
— Да, — прошептала она. — Правильно.
Они сидели молча. Из спальни донесся тихий всхлип — Лера проснулась.
— Я сходжу, — Вадим встал и пошел к дочке.
Алена осталась на кухне, глядя на разложенные на столе бумаги со свекровиными расчетами. Подумала и собрала их в папку, убрала в шкаф.
Когда она вошла в спальню, Вадим сидел в кресле с Лерой на руках и тихо разговаривал с ней:
— Знаешь, принцесса, твоя мама очень сильная. Я только сегодня это понял по-настоящему.
Алена подошла и обняла их обоих.
— Спасибо, — сказала она тихо.
— За что?
— За то, что выбрал нас.
Вадим поцеловал ее в макушку:
— Это не выбор. Это единственный правильный путь. Прости, что понял не сразу.
За окном падал снег. Январское утро, морозное и ясное. В квартире было тепло и тихо — только Лера тихонько гулила, пытаясь поймать мамин палец.
Алена не знала, простит ли их свекровь. Не знала, как сложатся их отношения дальше. Но сейчас это было неважно. Важно было то, что Вадим встал на ее сторону. Отстоял границы их семьи. Научился говорить "нет" матери.
Лера зевнула и уткнулась носиком в папину рубашку. Вадим осторожно встал и положил дочку в кроватку.
— Пойдем позавтракаем? — предложил он Алене.
Она кивнула. Они вышли на кухню, и Вадим начал готовить яичницу, а Алена сидела за столом и смотрела на него.
— Ты давно хотел мне сказать это? — спросила она. — Про маму.
Вадим перевернул яйцо на сковороде:
— Наверное, да. Но боялся. Всю жизнь привык, что она знает лучше. Что она всегда права. Трудно идти против этого.
— А что изменилось?
Он выключил плиту и повернулся к ней:
— Вчера, когда ты сказала, что не можешь так жить. Я всю ночь думал. И понял, что могу потерять тебя. Потерять Леру. Потерять нашу семью. И это страшнее, чем обидеть маму.
Алена встала и подошла к нему:
— Ты не обидел ее. Ты просто расставил приоритеты.
— Она обиделась, — Вадим вздохнул. — Не знаю, как долго это продлится.
— Время покажет, — Алена обняла его. — Но ты сделал правильно. Мы не можем жить под постоянным контролем.
Они позавтракали в тишине. Потом Вадим ушел в душ, а Алена села у окна с чашкой. За окном метель разыгралась не на шутку, но в квартире было уютно и спокойно.
Телефон завибрировал. Сообщение от Светланы: "Ну как? Поговорила с мужем?"
Алена улыбнулась и ответила: "Да. Он сам поговорил со свекровью. Сказал, что это наша семья и мы сами решаем."
"Молодец! Я рада за тебя!"
Алена убрала телефон и прислушалась. Из ванной доносился шум воды, из спальни — тихое сопение Леры. Обычные, простые звуки. Но сейчас они казались особенными.
Она думала о том, что впереди много сложностей. Нужно будет выстраивать отношения со свекровью заново, на других условиях. Нужно будет учиться говорить о своих границах. Нужно будет находить баланс между заботой о семье и заботой о себе.
Но главное — она больше не одна. Вадим на ее стороне.
Вечером они сидели на диване, смотрели какой-то фильм. Лера лежала между ними, пыталась схватить яркие игрушки на развивающем коврике.
— Как думаешь, мама когда-нибудь простит? — спросил Вадим, не отрывая взгляда от экрана.
— Не знаю, — честно ответила Алена. — Но это ее выбор.
— Мне ее жалко, — признался он. — Она действительно хотела помочь.
— Хотела, — согласилась Алена. — Только по-своему. Не спрашивая нас.
Вадим кивнул. Потом взял ее руку и сжал.
— Я буду лучше, — пообещал он. — Буду слышать тебя. Буду защищать нас.
— Я знаю, — Алена прижалась к его плечу.
Лера вдруг засмеялась — звонко, радостно. Они оба посмотрели на дочку, и та улыбнулась им в ответ, показывая беззубые десны.
— Вот и она согласна, — улыбнулся Вадим.
Алена рассмеялась. В первый раз за последние дни — искренне, от души.
За окном метель стихла. На небе появились первые звезды.
Начало нового этапа их жизни. Без иллюзий, без розовых очков. Но с надеждой. С пониманием. С готовностью отстаивать свои границы и защищать свою семью.
Пятнадцать лет спустя Алена стояла у школьных ворот, провожая взглядом долговязую фигуру дочери. Лера даже не обернулась – в четырнадцать лет мамины объятия уже были неловкостью. Дом встретил непривычной тишиной. И вдруг Алена поняла: она совершенно не знала, кто она без материнства. А тут еще звонок от Вадима: "Маму положили в больницу..."
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...