Глава 6
— И липа до сих пор там?
— А как же! Огромная уже стала. Только двор теперь другой — всё перестроили, детскую площадку поставили.
Настя записала адрес и поспешила попрощаться. Если Галина Петровна действительно спрятала документы там, где в детстве клад зарывали, значит, есть шанс их найти.
Двор оказался типовым — пятиэтажки хрущёвского времени, посередине детская площадка с качелями и горкой. И действительно, у забора росла огромная липа, наверное, лет семидесяти.
Настя обошла дерево кругом, внимательно разглядывая землю. Снега навалило много, но кое-где виднелись проталины. Возле одной из них земля показалась ей свежевскопанной.
— Бабушка, вы что, клад ищете? — раздался детский голос.
Настя обернулась. Рядом стояла девочка лет восьми с любопытными глазами.
— А ты откуда знаешь про клад? — улыбнулась Настя.
— Да я тут живу, — девочка кивнула на ближний подъезд. — На прошлой неделе тётя приходила, тоже у липы копалась. А потом мужики злые приехали, всё перерыли.
— Какие мужики?
— Большие, в чёрных куртках. Они очень сердились, что ничего не нашли. Один даже ругался плохими словами.
Настя присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с девочкой:
— А тётя какая была?
— Обычная. Не старая, не молодая. В очках. Добрая — мне конфетку дала.
— И когда это было?
— В воскресенье. А мужики во вторник приехали.
Значит, Галина Петровна успела спрятать документы, но мужики из "Медснаб-сервиса" их не нашли. Где же она их могла закопать?
— А тётя долго копала?
— Нет, быстро. Ямку маленькую выкопала, что-то туда положила и засыпала. А потом ушла.
— Покажешь, где именно?
Девочка кивнула и подвела Настю к другой стороне дерева. Тут земля тоже была взрыхлённая, но не так заметно.
— Вот здесь. Только мужики не туда копали — они там искали, — она показала на другую сторону липы.
Настя достала из сумки складную лопатку — на всякий случай взяла из дома — и осторожно начала копать. Земля поддавалась легко, видно, недавно рыхлили.
На глубине сантиметров тридцати лопатка стукнула обо что-то твёрдое. Настя руками разгребла землю и вытащила пластиковый пакет, туго обмотанный скотчем.
— Ура! Клад нашли! — обрадовалась девочка.
— Нашли, — согласилась Настя, вытирая грязные руки о снег.
Дома она осторожно размотала пакет. Внутри оказалась толстая папка с документами и записка:
"Если кто-то это читает, значит, со мной что-то случилось. Здесь доказательства мошенничества в поликлинике № 47. Директор Семёнов и поставщик "Медснаб-сервис" воруют бюджетные деньги. Прошу передать документы в прокуратуру. Морозова Г.П."
Настя пролистала бумаги. Счета, договоры, расчёты — всё аккуратно систематизировано. Галина Петровна работала как настоящий следователь. И выяснила, что лекарства закупают по завышенным ценам, а разницу делят между собой.
Сумма получалась внушительная — больше миллиона рублей за полгода.
Вечером Настя позвонила Петрову:
— Петь, документы нашла. Тут целое дело о мошенничестве. Передать в прокуратуру?
— Обязательно. А что с женщиной?
— Пока неизвестно. Но подозреваю худшее.
— Настя, а давай устроим им ловушку? Пусть думают, что документы не найдены.
— Как?
— А вот как. Завтра я передам дело прокурору, но тихо, без шума. А ты позвонишь этому Воронову из "Медснаба" и скажешь, что документы у тебя. Попросишь денег за молчание.
— Петь, это же опасно!
— А мы подстрахуемся. Наденем на тебя "жучок", поставим наблюдение. Если они клюнут и приедут — поймаем с поличным.
— А если не приедут?
— Тогда будем искать другими способами. Но попробовать стоит.
Настя согласилась. План был рискованным, но другого способа найти Галину Петровну не было. Живую или мёртвую — но найти.
Утром она позвонила в "Медснаб-сервис":
— Алексея Игоревича можно?
— Кто спрашивает?
— По поводу документов Галины Петровны Морозовой.
Долгая пауза. Потом:
— Подождите минуту.
Ещё через минуту раздался осторожный мужской голос:
— Слушаю.
— Алексей Игоревич? У меня есть то, что вы искали. Папка с документами из поликлиники.
— Не понимаю, о чём речь.
— Не притворяйтесь. Счета, договоры, расчёты по завышенным ценам. Всё, что наша бухгалтер собрала против вас.
Снова пауза. Потом:
— Сколько хотите?
— Пятьсот тысяч. И информацию о том, где Морозова.
— Она... уехала из города.
— Живая уехала?
— Конечно, живая! Мы не убийцы.
— Тогда встречаемся. Сегодня в восемь вечера, у памятника Пушкину в Тверском бульваре. Документы на живую Морозову.
— Хорошо. Но если это подстава...
— Никаких подстав. Мне деньги нужны, а не геройство.
К семи вечера Петров с оперативниками расставили наблюдение вокруг памятника. На Настю надели микрофон и дали сигнальную кнопку.
— Если что-то пойдёт не так — жми кнопку, мы сразу подбежим, — инструктировал Петров.
— А если они Морозову действительно живой привезут?
— Тогда возьмём их мирно. Главное — не дёргайся раньше времени.
В восемь часов к памятнику подъехали две машины. Из первой вышли двое мужчин в тёмных куртках. Из второй — мужчина средних лет в дорогом пальто. Наверное, Воронов.
Настя подошла к ним, крепко сжимая в кармане папку с документами:
— Алексей Игоревич?
— Это я. Где документы?
— Где Морозова?
— В безопасном месте. Покажите сначала бумаги.
Настя достала папку и показала несколько листов:
— Вот. Счета, договоры, расчёты.
Воронов жадно всматривался в документы. Видно было, что нервничает — руки дрожали, пот выступил на лбу, несмотря на мороз.
— Этого мало, — сказал он наконец. — А где остальное? Морозова копировала документы месяц.
— Остальное получите, когда покажете женщину. Живую и здоровую.
Один из охранников что-то шепнул Воронову на ухо. Тот кивнул:
— Хорошо. Поедемте.
— Куда?
— Увидите. Только документы оставьте здесь.
— Ни за что! — Настя крепче прижала папку к груди. — Сначала Морозова, потом бумаги.
Воронов поколебался, потом махнул рукой:
— Ладно. Но если это ловушка, пожалеете.
Сели в машины. Настя — в первую, с Вороновым. Ехали минут двадцать, в сторону промзоны на окраине города. Всю дорогу Воронов нервно барабанил пальцами по стеклу и поглядывал на Настю.
— А вы кто такая? — спросил он наконец. — Родственница Морозовой?
— Соседка, — коротко ответила Настя. — И пенсионерка. Денег не хватает.
— Понятно. А как нашли документы?
— Морозова сама сказала перед исчезновением. Мол, если что — ищите там-то и там-то.
— Умная была баба. Жаль, что связалась не с теми людьми.
— Была? — у Насти ёкнуло сердце. — Она что, мертва?
— Пока ещё нет. — Воронов усмехнулся. — Но это зависит от вас.
Машины остановились у заброшенного склада. Кругом пустырь, ни души. Идеальное место для расправы.
Воронов вышел первым:
— Идёмте. И документы несите.
Внутрь склада вела железная дверь. Один из охранников открыл замок, включил фонарик. В луче света Настя увидела связанную женщину, сидящую на стуле.
— Галина Петровна! — вырвалось у неё.
— Тихо! — рявкнул Воронов. — Ну что, убедились? Морозова жива. Теперь документы на стол.
Настя положила папку на железный ящик. Воронов жадно схватил её, начал листать при свете фонаря.
— Отлично. Всё здесь. — Он кивнул охранникам. — Теперь можно их обеих...
— Стой! Руки в гору! Полиция! — раздался громкий крик.
В склад ворвались вооружённые сотрудники. Петров шёл впереди с пистолетом наготове:
— Руки вверх! Всем лечь на пол!
Один из охранников попытался выхватить оружие, но его быстро скрутили. Воронов растерянно озирался:
— Вы… вы подставили меня!
— А вы убийца, — спокойно сказала Настя, снимая с пальто микрофон. — Всё записано.
Через час в отделении шёл допрос. Воронов сидел сгорбившись, понимая, что игра проиграна.
— Ладно, рассказывай всё, — сказал Петров. — Может, скостим срок за чистосердечное.
— Что рассказывать? — вздохнул Воронов. — Да, мы воровали. Семёнов с поликлиники подписывал липовые счета, мы поставляли дешевые лекарства по дорогим ценам. Разница — пополам.
— И сколько украли?
— За два года — около трёх миллионов. Ну и что? Государство всё равно не заметило бы.
— А Морозова как вычислила?
— Она слишком умная оказалась. Заметила несоответствия в документах, стала копать дальше. Мы сначала пытались её подкупить, потом запугать. Но она не сдавалась.
— И решили убрать?
— Не убрать! — воскликнул Воронов. — Просто держали, пока не найдём все документы. А потом бы отпустили куда-нибудь подальше.
— Не верю, — покачал головой Петров. — Свидетели вам не нужны.
Настя сидела в соседней комнате и слушала допрос через динамик. Главное — Галина Петровна жива! Врачи уже осмотрели её — кроме испуга и усталости, никаких серьёзных травм нет.
— Анастасия Петровна, — подошёл к ней молодой оперативник, — пострадавшая просит вас зайти.
Увидев Настю, женщина заплакала:
— Спасибо вам! Если бы не вы, меня бы никто не искал.
— Что вы, — присела рядом Настя. — Любой на моём месте так поступил бы.
— Нет, не любой. Большинство прошло бы мимо. А вы не прошли.
— А как вы там неделю выдержали?
— Они меня не очень-то мучили. Кормили, воду давали. Всё время расспрашивали, где документы спрятала. Я молчала — понимала, что как скажу, так меня и убьют.
— Умница. А мы вот по детским воспоминаниям искали — спасибо вашей Зинаиде Семёновне за подсказку.
Галина Петровна улыбнулась:
— Зинка всегда умная была. В детстве мы с ней в разведчиков играли, тайники устраивали. Вот и пригодилось.
Домой Настя вернулась поздно, но усталости не чувствовала. Наоборот — энергия била ключом. Ещё одно дело раскрыто, ещё одну несправедливость удалось исправить.
Зазвонил телефон. Звонила дочь:
— Мам, я в новостях видела! Опять ты преступников ловишь! Горжусь тобой!
— Да что там гордиться, делом занимаюсь.
— Каким делом! Ты настоящий детектив! Может, книгу напишешь о своих расследованиях?
После разговора Настя задумалась. А что, идея неплохая. Записать всё, что было — и дело Калинина, и поиски Морозовой. Может, кому-то пригодится.
Утром позвонила Марина Николаевна, соседка пропавшей:
— Анастасия Петровна, Галочка дома уже! Такая счастливая! Говорит, хочет вас в гости пригласить, поблагодарить как следует.
— Скажите, что благодарности не нужны. Я своё дело делала.
— А у нас тут ещё одна история странная приключилась. Бабушка Марья Ивановна из третьего подъезда говорит, что её обманывают какие-то аферисты.
Предыдущая глава 5:
Главу 7 читайте 26 января в 07:07 мск