Часть вторая
Предыдущая часть тут:
Помещение, которое курьер называл дворницкой, я нашла очень легко – небольшая пристройка к дому за углом. И как я раньше его не замечала? Постучав в низенькую дверь, я услышала нетерпеливое приглашение войти и поспешила его принять.
Комната была без окон, и внутри казалась больше, чем снаружи. У стены топилась дровяная печь на изогнутых ножках. Дверца её была открыта, и отблески огня уютно освещали помещение. В углу громоздились мётлы, лопаты, ломы для льда и прочий инвентарь. В центре комнаты стоял небольшой круглый столик, покрытый скатертью с бахромой, вокруг стола – несколько табуретов. Дальнюю часть комнаты занимала кровать с панцирной сеткой и металлическим изголовьем, прилежно застеленная ярким покрывалом. На прибитой к стене полке ровными рядами стояли книги, рядом громоздился платяной шкаф, к которому был прислонён велосипед. Особенно мило в убранстве комнаты смотрелись ковры: небольшой тканый коврик перед кроватью и шерстяной настенный ковёр над ней.
Было жарко, и Курьер начал стягивать с себя свитер с высокой горловиной.
– Помоги, пожалуйста, – промычал он откуда-то из глубины свитера, обращаясь, ко мне.
Я освободила его от шерстяных оков, он остался в футболке и лёгких спортивных штанах.
– Снимай шубу, тепло же! – Курьер снял с меня мою короткую шубку и небрежно кинул на спинку стула.
– И сапоги снимай, не топчи тут. Надень вот, пол всё равно холодный, – он подал мне вязаные носки из грубой овечьей шерсти, я надела их на капроновые чулки, в которых явилась, и уселась за стол.
– Есть будешь?
Курьер поставил на стол мятую алюминиевую миску, взял с печки консервную банку, вывалил оттуда в миску перловую кашу с мясом, быстро нарезал хлеб и вручил мне гнутую ложку.
– Лопай! – предложил он, зачёрпнул кашу и отправил себе в рот.
– Я не...
– Ешь, говорю! – перебил он меня. – Вкуснотища!
Мы ели кашу, склонившись вдвоём над одной миской, и в конце даже немного поборолись за остатки. Я победила.
– Ты поговорить хотела, – напомнил он, указывая на бутылку вина.
Я помотала головой, отказываясь от вина. Он, не спрашивая, кинул в меня банкой пива, и я на удивление легко её поймала. Курьер уселся на кровать, я осталась на табурете. Раздался характерный шипящий звук – мы одновременно открыли банки с пивом.
– Ну же, Детка, начинай.
– Что начинать?
– Сказку про то, как жила-была девочка...
Усмехнувшись, я посмотрела в потолок, затем перебралась на кровать к Курьеру, села рядом, поджав под себя ноги.
– Жила-была девочка, – начала я, сделав хороший глоток пива, – все её любили: умница, красавица, прекрасно воспитана. Девочка выросла и вышла замуж за прекрасного принца. Один за другим наследники у них родились. Жили они во дворце каменном с садом прекрасным. Душа в душу жили.
Курьер одобрительно похлопал в ладоши:
– Продолжай!
– Сыновья подросли, и девочка работать отправилась в компанию крупную на должность престижную, чтобы не обабиться, да богатство семейное приумножить. Встретился там ей Змей Горыныч, высокий, влиятельный, одет с иголочки, с голосом тихим, да смехом глубоким. Старше неё значительно. Смотрел на неё так, как будто никого больше на свете нет. Сбилась девочка с пути истинного. У Змея тоже супруга и наследники имелись, да только девочке всё равно было, Горыныч ей голову вскружил. Полюбила она его, ирода окаянного, думала, что и он любит её всем сердцем. Но вскоре выяснила, что сердце у него змеиное.
Я замолчала, отпила ещё пива, подложила под спину подушку.
– А как девочка из дворца и Змей её, судя по всему, тоже не из халупы, здесь оказались? – спросил меня Курьер.
– Это уже сказка с пометкой «18+» получится, – я быстро опьянела, но мне хотелось высказаться.
– Паспорт показать?
– Не надо, - улыбнулась я. – Змей позвал сюда девочку разврату передаваться. Хоромы эти от кого-то ему достались, тут нет ни видео ока всевидящего, ни знакомых вездесущих. Внешний вид у дома убогий, а внутри комната очень даже уютная. Нашли они это место вполне для своих целей пригодным. И всё бы у них было хорошо, если бы ненароком девочка в телефоне его ещё одну змеюку не увидела. Не специально смотрела да выискивала, а вышло так. Змей в телефоне своём лазал, а девочка на коленях у него сидела, краем глаза зацепилась за смайлик двусмысленный. Спросила, больше в шутку, кому это он поцелуйчики шлёт. Мог бы обмануть. Должен был обмануть! Но Змей отпираться не стал, телефон девочке отдал, смотри, мол, от тебя ничего скрывать не буду. Такой я любвеобильный, прими меня таким, какой есть, всё равно никуда тебе от меня не деться!
– Но девочка хоть попыталась от него деться?
– Девочка молча оделась, вышла из дома, прошла на улицу, села в свою колесницу и уехала. Никто её не остановил, не успокоил. Но в какую бы сторону она не ехала, всё время возвращалась к этому дому.
Курьер скосил на меня глаза и хмыкнул себе под нос.
– Вы же здесь тоже не просто так? – спросила я, доверительно подаваясь к нему.
– Ой, только давай без выканий, – он легонько, шутя, оттолкнул меня от себя и насмешливо посмотрел мне в глаза. Я отвела взгляд, но тут же передумав смущаться, с вызовом посмотрела на него. Он засмеялся, чуть откидывая назад голову, затем взял меня за затылок, комкая мои волосы притянул моё лицо к своему, долго его рассматривал, чуть касаясь моего носа кончиком своего. Я поддела его нос своим, как будто призывая его к более решительным действиям.
– Глазищи-то какие зелёные! – сказал он чуть ли не восторженно, отпуская меня и отстраняясь. – Ты ещё и мстить Ему хочешь, меня используя? Не то, чтобы я возражал, но это не сработает, а лишь усугубит ситуацию.
– А что сработает? – с отчаяньем спросила я, ничуть не стыдясь своего порыва. – Что тут вообще происходит?
– А что тут происходит, Детка?
Курьер допил пиво из своей банки, отставил её, протянул руку к моей. Я не стала жадничать.
– Мы живём тут уже несколько недель, нас никто не ищет. Ни семьи, ни коллеги, – начала я с истерикой в голосе.
– Это совсем небольшой срок.
– Куда бы мы не поехали, вместе или по отдельности, мы обязательно возвращаемся сюда. Однажды мы с Ним прокатались в его машине весь день в надежде вырваться из замкнутого круга. Ездили по знакомым местам, к офису, к его дому подъезжали! Но как только мы останавливали автомобиль, в любой точке города, мы сразу оказывались тут, возле этого несчастного дома.
Я отобрала своё пиво у курьера и, запрокинув голову, вылила в себя остатки. Продолжила:
– В другой день мы решили колёсить до тех пор, пока у нас не закончится бензин, он закончился, автомобиль заглох...
– И оказался на том же месте, где был припаркован в первый раз, когда вы тут оказались, – весело закончил Курьер.
– Да! И датчик топлива снова показывал полный бак!
Я вскочила с кровати, без спроса взяла ещё пару банок пива, вернулась к Курьеру и продолжила:
– Телефоны не работают на входящие и исходящие вызовы, не обновляются новостные ленты, не отправляются сообщения! Работает всего один сайт, на котором можно заказать продукты и товары повседневного потребления. Каждый раз доставку осуществляет один и тот же человек!
– Я! – гордо ткнул себя в грудь Курьер.
– Деньги со счёта списываются, но на следующий день баланс пополняется ровно на списанную сумму, – с истерическим смехом сказала я. – По телевизору одни ток-шоу, сериалы и старые фильмы.
Курьер развёл руками:
– Ко мне-то какие претензии? Кричишь на меня так, как будто я тебя сюда затащил.
– Не на тебя! Просто эмоционирую. Маргинал всё время писает мимо унитаза, и я вынуждена вытирать его лужи, чтобы Он снова не устроил скандал по этому поводу.
– А зачем ты это делаешь? - Курьер взглянул на меня, чуть наклонив голову.
– Потому что Он любит чистоту и порядок. Однажды, когда Он отправился по нужде и увидел, что ободок унитаза грязный, вытащил пьяного Маргинала из комнаты и от души повазюкал его лицом по ободку, – я закрыла лицо руками, демонстрируя неодобрение Его поступка.
– Косметичка визжала, как резаная и кидалась на Него с кулаками, – добавила я.
Курьер рассмеялся.
– Что тут смешного? – я всплеснула руками.
– Весело живёте.
– Не очень.
Глядя на него и мне стало немного смешно, когда я вспомнила, как Он, высокий и сильный, после экзекуции отпустил вяло сопротивляющегося тщедушного Маргинала, и тот растянулся на полу возле унитаза. Тогда Он коротким взмахом головы откинул со лба чёлку, и, не смущаясь присутствия посторонних, в том числе дам, справил малую нужду, не уронив мимо не единой капли. «Мастер класс», – подумала я тогда.
– Детка, – Курьер коснулся моего подбородка пальцами и повернул к себе моё лицо, – скажи-ка мне, Он знает, что Маргинал продолжает ссать мимо, а ты убираешь это паскудство, чтобы Ему было приятнее посещать туалетную комнату?
– Его это мало заботит. Ему важен результат.
Курьер потеребил пальцами свой заросший подбородок и задумался. Я тоже молчала. Потом поток его мыслей иссяк, он вспомнил о моём существовании и ударил своей банкой пива о мою, типа, чокнулись.
– Как сюда попал ты? – спросила я.
– Устроился на работу, – пожал он плечами.
– Ты здесь живёшь? – я обвела рукой комнату.
– Здесь, – ответил он.
– Почему я раньше тебя никогда тут не видела? Ты только на доставки приезжал.
– Может, просто не обращала внимания?
– Так тебе всё это не кажется странным?
– Уже нет.
– Но ты же знаешь, что происходит? – с надеждой спросила я.
Он помотал головой. Я так и не поняла, что значил его жест: «Не знаю» или «Знаю, но не скажу».
Обиженно надув нижнюю губу, я опустила голову ему на плечо. Он взял меня за руку и сжал её, как будто подбадривая. Было ощущение, что мы с Курьером старые добрые друзья. Я зевнула и прикрыла рот рукой.
– Спать хочешь? – заботливо спросил он.
– Давай ещё поболтаем? – сонно сказала я, устраиваясь на кровати калачиком и примостив голову ему на колени.
– Давай, поболтаем, – не стал он спорить, убрал за ухо мои волосы, и укрыл меня краем покрывала.
– Дурочка такая! – услышала я его голос, засыпая.
Следующая часть тут: