Закончилась зимовка, оборудование и приборы переданы новой смене, личные вещи собраны и упакованы. Старый полярный гидрограф Олег Дмитриевич Кириллов задумчиво стоял на ступеньках метеостанции.
Вывел его из задумчивости гидролог.
— Вертолёт часа через два будет. Пойдём на море сходим — я поработаю, а ты с Антарктидой попрощаешься. Удочку возьми, может, пару ледянок для Машки словишь.
Чета поморников (Маша и Яша) — гнездилась на ближайшей сопке и часто посещала станцию. На фоне пугливого Яши Маша была просто ручной птицей.
Олег не возражал и они отправились на берег бухты.
Серо-жёлтые прибрежные скалы, ледовый пункт с железным сундуком для приборов, каменная площадка над водой, с которой начинались промерные работы в море — всё это живо напомнило о нелёгкой зимовке. Олег забросил удочку. Ждать пришлось недолго — из четырёх, клюнувших на крючок рыбок, Олегу удалось вытащить три.
— Смотри, прощаться с тобой идёт, — гидролог указал на показавшуюся неподалёку фигурку пингвина.
— Наверное, тот, которого рыбой кормили. Помнишь?
Среди полярников бытует мнение, что пингвины снулую ледянку не едят, а тот ел с превеликим удовольствием.
— Сейчас проверим, — отозвался Олег и потянулся за угощением.
Аделька подошёл к полярнику, склонил набок голову и пристально посмотрел на него, словно вопрошая:
— Узнаёшь?
На предложенную рыбку пингвин отреагировал моментально.
— Наш, рыбоед! — обрадовано резюмировал гидрограф.
Рыбоед крякнул, повернулся вокруг своей оси и независимой походкой пошёл вдоль берега дальше.
Не успел Олег снова забросить снасть, как с ближайшего айсберга скользнула серая тень.
— Маша, — растроганно произнёс старый полярник.
— Как же ты нас нашла?
Олег не забыл, как Маша сопровождала их с Серёгой во время весенних ледовых походов, как делились они с ней пойманной рыбой. Вот и сейчас умная птица не отказалась от угощения. Поблагодарив Олега гортанным криком, Маруся улетела.
— Ну вот и попрощались, — пробормотал гидрограф.
— Да, только Матильды не хватает, — поддержал его Серёга.
Словно услышав его слова, прямо под берегом с шумом появилась довольная собой и жизнью усатая тюленья морда. Олег помнил, как встретили они Матильду, измученную рождением детёныша. Беспомощный, он лежал на снегу, а стая поморников пыталась выклевать ему глаза.
Машка с Яшкой в этом гнусном нападении не участвовали. Мать старалась защитить тюленёнка, но была ещё слишком слаба. Люди тогда помогли разогнать злобных разбойников. Малыш вырос и превратился в красивого крупного тюленя. Громко фыркнув, Матильда открыла огромную пасть, в которой исчезла последняя пойманная Олегом рыбка, и ушла в кристальные антарктические глубины.
— Прощание и отвальная состоялись, — весело сказал Серёга, а у гидрографа увлажнились глаза. Вероятно, шалил свежий ветерок, сорвавшийся с расположенного неподалёку ледника Долк.
Полярники ведь никогда не плачут.