23 января 2026 года. Хоккейная среда России сегодня бурлит не столько от результатов матчей, сколько от столкновения идеологий, развернувшегося в медийном пространстве. Пока команды готовятся к очередным битвам на льду, за его пределами происходит не менее захватывающая дуэль умов и концепций. Центральной темой дня стало яркое, острое и, безусловно, полемичное высказывание известного специалиста, бывшего тренера клубов КХЛ Дмитрия Рябыкина. Его комментарий относительно слов наставника СКА Игоря Ларионова взорвал информационную повестку, обнажив глубокие противоречия в современном понимании хоккейной эстетики и прагматики.
Слова Рябыкина, прозвучавшие сегодня, заставляют нас по-новому взглянуть на то, что происходит в тренерском цехе лиги. Речь идет о так называемом «парадоксе», который Дмитрий Анатольевич усмотрел в риторике главного тренера петербургских армейцев. Давайте погрузимся в этот конфликт философий, разберем его на атомы и попытаемся понять, кто же прав в этом споре о «правильном» и «неправильном» хоккее, не забывая, что на календаре у нас разгар сезона 2025/2026, и каждое слово сейчас может иметь вес золота перед плей-офф.
Суть претензии: Зеркало для Профессора
Дмитрий Рябыкин, человек прямой и не склонный к дипломатическим реверансам, ударил в самую чувствительную точку имиджа Игоря Ларионова. Как известно, Ларионов, получивший прозвище «Профессор» еще в бытность игроком, позиционирует себя как адепт интеллектуального, красивого, комбинационного хоккея. Его команды — сначала «Торпедо», а теперь и СКА — ассоциируются (или, по крайней мере, ассоциировались) с культурой паса, контролем шайбы и отказом от примитивных решений.
Однако Рябыкин подметил удивительное несоответствие между декларациями и реальностью. Он обратил внимание на критику, которую Ларионов обрушил на стиль игры минского «Динамо». Главный тренер СКА охарактеризовал игру минчан как «длинный пас, подставление, побежали». В устах эстета Ларионова это звучит как обвинение в примитивизме, в убийстве творчества. Но Рябыкин парирует этот выпад убийственным аргументом: «Игорь Ларионов в роли тренера все эти годы постоянно рекламирует хоккей НХЛ, но ведь там процентов 90 команд играет именно в тот хоккей, который показывает минское «Динамо»».
В этом и заключается парадокс. Если ты молишься на богов Национальной хоккейной лиги, если ты ставишь заокеанский хоккей в пример, то как ты можешь критиковать стиль, который является базисом этой самой лиги? Ведь НХЛ — это, прежде всего, вертикальный хоккей. Это скорость, это давление, это умение доставить шайбу в зону соперника максимально быстро и навязать борьбу. «Длинный пас, подставление, побежали» — это не ругательство, это формула успеха многих обладателей Кубка Стэнли. Рябыкин, по сути, ловит Ларионова на противоречии: нельзя любить НХЛ и ненавидеть её методы одновременно.
Вертикаль против Горизонтали: Битва геометрий
Чтобы понять глубину этого спора, нужно разобраться в терминологии, которую используют специалисты. Рябыкин четко разграничивает два стиля: «вертикальный» и стиль с «раскатами, перепасовкой, горизонталями».
«Горизонтальный» хоккей, который пропагандировал Ларионов в «Торпедо» и пытался привить СКА, — это наследие советской школы, адаптированное под современные реалии. Это игра, где шайбой дорожат как зеницей ока. Игрок не отбрасывается, он ищет партнера, он делает «улитки», он разворачивает атаку, если видит, что впереди стена. Это хоккей для гурманов. Он красив, он зрелищен, он позволяет игрокам творить. Но у него есть существенный минус — высокий риск потерь в средней зоне и уязвимость перед жестким прессингом.
«Вертикальный» хоккей, в котором обвиняют Минск и который, по словам Рябыкина, доминирует в НХЛ, — это про другое. Это про эффективность. Здесь нет места лишним пируэтам. Задача — доставить шайбу вперед по кратчайшей траектории. Длинный пас под синюю линию, вброс или подставление, забег за шайбой, силовая борьба, отбор, бросок. Это энергозатратный, силовой, быстрый хоккей. Эстеты могут называть его «бей-беги», но прагматики называют его «победным стилем».
Рябыкин справедливо замечает, что Ларионов, критикуя Минск за вертикальную игру, по сути, критикует саму суть современного североамериканского хоккея, который он же сам и ставит в пример как эталон профессионализма и зрелищности. Получается когнитивный диссонанс: мы хотим быть как в НХЛ, но играть будем как в СССР 80-х? В 2026 году это уравнение с трудом поддается решению.
Эволюция СКА: Когда жизнь заставляет упрощать
Но самый сильный укол со стороны Рябыкина касается не столько теоретических споров об НХЛ, сколько практической деятельности самого Ларионова в СКА. «Да, когда СКА начали преследовать неудачи, команда упростила игру, перешла практически на минский стиль – и результаты улучшились», — заявляет эксперт.
Это наблюдение бьет не в бровь, а в глаз. Любой, кто следил за играми армейцев в этом сезоне, мог заметить эту трансформацию. Начинали с «кружев», с попыток играть в тотальный контроль, но когда очки начали уплывать, а давление на тренерский штаб возросло, игра изменилась. СКА стал играть проще, надежнее, вертикальнее. Они стали меньше рисковать и больше работать. И, о чудо, результаты пошли в гору.
Рябыкин указывает на лицемерие (вольное или невольное) ситуации. Главный тренер СКА ругает Минск за тот стиль, к которому он сам прибегнул, чтобы спасти положение своей команды. «В любом случае получается, что главный тренер СКА после Минска отругал то, что все последние годы нахваливал (НХЛ) и то, к чему сам пришел. Парадокс!».
Это классическая история о том, как идеализм разбивается о скалы реальности. Легко рассуждать о красоте игры, когда ты тренируете команду-аутсайдера или середняка, от которого никто не ждет чудес (как это было в начале пути с «Торпедо»). Но когда ты стоишь у руля гранда, от которого требуют только Кубок, философия отходит на второй план. Победа любой ценой становится главным императивом. И если для победы нужно играть в «бей-беги», ты будешь играть в «бей-беги», как бы красиво ты ни говорил на пресс-конференциях.
Психология критики: Защитная реакция?
Почему же Игорь Ларионов вообще решил раскритиковать стиль соперника? Ведь обычно тренеры ограничиваются дежурными фразами о «хорошей боевой игре». Психология спорта подсказывает нам, что такая критика часто является формой защитной реакции или проявлением фрустрации.
Играть против «вертикальных» команд очень неприятно. Они не дают тебе дышать, они постоянно давят, они навязывают борьбу на каждом метре. Это разрушает стройные схемы «художников». Когда твою команду, которая пытается «рисовать» на льду, просто перебегают и перебивают, это раздражает. Возникает желание сказать: «Ну, это не хоккей, это примитив». Но счет на табло часто говорит об обратном.
Возможно, Ларионов чувствует давление трендов. Хоккей 2026 года становится все быстрее и атлетичнее. Места для чистого искусства остается все меньше. И критика в адрес Минска — это, возможно, крик души человека, который видит, как уходит эпоха романтического хоккея, уступая место хоккею атлетов-роботов. Но Рябыкин, как человек прагматичный, возвращает нас на землю: «Ребята, посмотрите на НХЛ. Там играют именно так. Не нужно строить иллюзий».
Два взгляда на одну игру: Эксперт против Тренера
Конфликт мнений Рябыкина и Ларионова — это еще и конфликт позиций. Ларионов находится внутри процесса. Ему нужно оправдывать свои решения, ему нужно строить бренд команды, ему нужно объяснять поражения или тяжелые победы. Его риторика — это инструмент управления общественным мнением. Сказать «мы сыграли плохо» — это одно. Сказать «мы пытались играть в хоккей, а соперник просто бегал и кидал шайбу» — это совсем другое. Это возвышает твою философию, даже если ты проиграл.
Рябыкин же находится в позиции стороннего наблюдателя, эксперта. У него нет обязательств перед спонсорами или болельщиками СКА. Он может позволить себе называть вещи своими именами. Его взгляд — это взгляд профессионала, который видит тактические нюансы без эмоциональной окраски. Он видит: вот здесь СКА упростил игру, вот здесь они сыграли в откат, вот здесь они использовали тот самый «длинный пас». И когда тренер после этого выходит и говорит, что такой стиль — это плохо, эксперт закономерно задает вопрос: «А почему вы тогда сами так играете?».
Значение для болельщиков и медиа
Для нас, потребителей хоккейного контента, этот спор — настоящий подарок. Он заставляет задуматься о сути игры. Что важнее: счет на табло или удовольствие от просмотра? Можно ли выиграть Кубок Гагарина, играя только в «горизонтальный» хоккей? Или «вертикаль» — это неизбежное будущее?
Комментарий Рябыкина также подсвечивает важную проблему восприятия. Мы часто склонны мифологизировать НХЛ, представляя её как лигу исключительно Макдэвидов и Кучеровых, которые творят магию. Но, как верно заметил Дмитрий Анатольевич, 90% команд там — это трудяги, играющие по системе. Это «check-line», это блокированные броски, это борьба у бортов. Ларионов, рекламируя НХЛ, возможно, рекламирует тот идеальный образ, который сложился у него в голове (или во времена «Детройта»), а не ту реальность, которая существует на льду в 2026 году.
Влияние на СКА
Как эти слова повлияют на СКА? Скорее всего, никак не повлияют на тренировочный процесс, но могут создать определенный фон давления. Журналисты теперь будут внимательнее следить за стилем игры армейцев. Каждая длинная передача, каждый простой вброс в зону теперь будет рассматриваться через призму слов Рябыкина: «Ага, вот он, минский стиль!». Игорю Ларионову придется либо игнорировать это, либо доказывать своей игрой, что его команда способна побеждать красиво, без упрощения.
Но, положа руку на сердце, болельщикам СКА важнее победы. Если команда выиграет Кубок, играя в самый примитивный «бей-беги» в мире, никто в Санкт-Петербурге не расстроится. Победителей не судят. А вот проигравших философов забывают быстро. И Ларионов это понимает лучше других. Именно поэтому, как заметил Рябыкин, он и пошел на упрощение игры ради результата.
Заключение: Истина где-то посередине
Подводя итог этому заочному спору, разгоревшемуся 23 января, можно сказать, что оба специалиста по-своему правы. Ларионов прав в своем стремлении к идеалу. Хоккей должен быть искусством, он должен дарить радость. Стремление играть умно, через пас — это похвально. Это то, что отличает нашу школу.
Но Рябыкин прав в своем цинизме и реализме. Хоккей — это спорт высоких достижений, а не конкурс красоты. Если эффективность требует упрощения, нужно упрощать. Если НХЛ играет вертикально, глупо приводить её в пример, проповедуя горизонталь.
«Парадокс», о котором говорит Рябыкин, — это на самом деле парадокс любого тренера-идеалиста, столкнувшегося с жесткой реальностью турнирной таблицы. В начале пути ты хочешь играть как симфонический оркестр, но в конце сезона ты рад, если твоя команда может просто громко и ритмично бить в барабаны, заглушая соперника.
Слова Дмитрия Рябыкина — это отличный повод для всех нас снять розовые очки и посмотреть на хоккей трезво. Современный хоккей — это сплав стилей. И лучшие команды умеют быть и «горизонтальными», и «вертикальными» в зависимости от ситуации. СКА учится этому, Минск играет так, как позволяет состав. А мы, зрители, просто наслаждаемся этим зрелищем и этими спорами, которые делают наш чемпионат живым и интересным. Ведь если бы все думали одинаково, хоккей умер бы от скуки. А пока есть такие парадоксы — игра живет.
Впереди у СКА новые матчи. Впереди у Ларионова новые пресс-конференции. И теперь, благодаря Рябыкину, каждое высказывание Профессора о стиле игры будет рассматриваться под микроскопом. Станет ли СКА снова играть в «горизонталь» или окончательно примет «минский стиль»? Ответ даст только лед. Но уже сейчас понятно одно: в хоккее 2026 года простота — это не порок, а оружие. И тот, кто умеет им пользоваться, в конечном итоге и поднимает кубок над головой. А красивые слова... они остаются для истории и для таких вот обсуждений в зимний январский день.