В иерархии холдинга «Вектор» Андрей находился где-то между офисным фикусом и шредером для бумаги. Он был винтиком. Человеком-спиной, который раз в два дня кряхтя втаскивал в сияющий опен-спейс девятнадцатилитровые бутыли с водой, срывал пластиковую крышку и с гулким «бульк» водружал их на кулеры.
Ему было сорок девять. На нем была форменная жилетка не по размеру, а руки - в мозолях. Никто из менеджеров, пробегающих мимо с ноутбуками, не догадывался, что эти руки десять лет строили гидроузлы в провинции Сычуань. Что этот «грузчик» когда-то руководил сотней инженеров и вел технические переговоры без переводчика.
Жизнь сделала крутой поворот два года назад. Семейные обстоятельства, потом долгий, изматывающий период помощи близкому человеку. Финансовая подушка сгорела за полгода. На нормальные должности его не брали — «возрастной кандидат», «перерыв в стаже». А ипотека не ждала. Работа в службе эксплуатации офиса давала хоть какие-то деньги и график, позволяющий поддерживать родного человека.
В то утро «аквариум» — главная переговорная — напоминала скороварку перед тем как лопнет под давлением. Ждали делегацию из Шанхая. Контракт на поставку сложного промышленного оборудования висел на волоске.
Замдиректора Олег Викторович нервничал. Ему было тридцать два, он носил итальянские костюмы и был уверен, что опыт заменяется наглостью.
— Катя, ты техническую часть выучила? — он навис над молоденькой секретаршей, заменяющей внезапно выбывшего переводчика.
— Олег Викторович, там спецификации... Я не понимаю разницы между «допуском» и «посадкой»...
— Улыбайся. И лей им чай. Остальное я дожму харизмой.
В дверях появился генеральный, Сергей Андреевич. Мужчина грузный, с усталыми глазами. За ним вошли китайцы. Четверо. В строгих костюмах, лица непроницаемые, как бетонная стена.
Андрей как раз менял бутыль в углу переговорной. Он старался не шуметь, но пластик предательски скрипнул. На него никто не посмотрел.
Переговоры начались плохо. Олег говорил громко, сыпал общими фразами. Катя лепетала что-то невпопад. Глава делегации, господин Лю, слушал молча, листая техническое приложение к контракту. Потом он ткнул пальцем в чертеж и сказал одну фразу. Тихо, но очень жестко.
Катя побледнела.
— Что? Что он там бормочет? — нетерпеливо спросил Олег.
— Он... он говорит, что чертежи сложные, — неуверенно перевела Катя.
Олег расплылся в самодовольной улыбке.
— Ну вот! Я же говорил, мы крутые. Скажи им, что мы лучшие на рынке.
Господин Лю, услышав перевод Кати, медленно закрыл папку. Он встал. За ним синхронно встали остальные. Это был не просто отказ. Это была демонстрация.
Андрей замер с пустой бутылью в руках. Он слышал, что сказал Лю. Это было не про сложность чертежей. Это было техническое оскорбление. Господин Лю сказал идиому, которую используют инженеры старой школы: «Вы пытаетесь продать мне дырявое ведро под видом насоса высокого давления». В спецификации была указана марка стали, которую в Китае перестали использовать десять лет назад из-за ненадежности.
— Подождите, — голос Андрея прозвучал хрипло. Спина ныла. — Нельзя их отпускать.
В переговорной повисла тишина. Олег медленно повернул голову. Его лицо пошло красными пятнами.
— Ты что себе позволяешь? — прошипел он. — Охрана!
Но Сергей Андреевич поднял руку.
— Стоп. Что не так?
Андрей поставил бутыль на пол. Выпрямился, насколько позволяла уставшая поясница.
— В приложении три ошибки. Вы указали сталь марки Q235 для узлов высокого давления. Господин Лю сказал, что вы либо некомпетентны, либо пытаетесь их обмануть, подсунув устаревшую технологию. Если они сейчас уйдут — репутация фирмы в Китае будет уничтожена.
Генеральный посмотрел на Олега. Тот открыл рот, но звука не издал.
— И что делать? — спросил Сергей Андреевич. Не как у обслуги, а как у специалиста.
Андрей повернулся к господину Лю. Он заговорил. Не на том упрощенном языке, которому учат на курсах, а на тяжелом, техническом мандарине, с характерным сычуаньским акцентом, который он впитал на стройках.
Лицо господина Лю дрогнуло. Маска треснула. В глазах появилось удивление, потом — узнавание. Свой. Инженер. Он ответил. Андрей кивнул и перевел генеральному:
— Он готов продолжить, если мы заменим марку стали на Q345D и дадим гарантию на пять лет вместо трех.
Олег побагровел до корней волос, но промолчал.
Через час контракт был подписан.
Когда делегация уехала, Сергей Андреевич позвал Андрея в кабинет. Тот все еще был в форменной жилетке. Олег сидел в углу, нервно теребя дорогую ручку.
— Садитесь, Андрей... Как вас по отчеству?
— Михайлович.
— Андрей Михайлович. Откуда знания?
— Десять лет на стройках в Китае. Главный инженер проектов. Потом... семейные обстоятельства. Пришлось вернуться.
Олег фыркнул:
— Сергей Андреевич, ну какой инженер? Он воду таскает. Может, он промышленный шпион? Я бы проверил его через СБ. И вообще, это нарушение субординации. Он меня перебил при клиентах!
Генеральный устало потер переносицу.
— Олег, ты сегодня чуть не слил контракт на полмиллиона долларов из-за того, что сэкономил на техническом аудите. Если бы не «нарушение субординации», мы бы сейчас считали убытки.
Он повернулся к Андрею.
— Мне нужен технический директор направления Восток. Оклад... — он написал цифру на стикере и придвинул к нему. — Это для начала.
Андрей посмотрел на цифру. Это было решение всех его проблем. Ипотека, долги, поддержка близкого человека.
— Я согласен, — сказал он спокойно. — Но мне нужен карт-бланш на проверку всей технической документации.
— Будет. С завтрашнего дня. Кабинет займете... пока свободный, в конце коридора.
Противостояние началось сразу.
На следующий день Андрей пришел в старом, но чистом костюме, который висел в шкафу пять лет. Он чувствовал себя в нем неуютно, плечи жали. Коллеги, привыкшие не замечать "водовоза", теперь смотрели на него волком.
Олег решил подставить его по-крупному. Через неделю должна была уйти первая партия оборудования. Андрей запросил таможенные документы. Олег тянул до последнего, а когда прислал — Андрей сразу увидел ловушку.
— Олег Викторович, — Андрей зашел в кабинет зама без стука. — Что это?
— Документы для таможни. Что не так? — Олег нагло улыбался.
— Здесь указан код ТН ВЭД для бытовой техники. А у нас промышленное оборудование. Разница в пошлине — тридцать процентов. Если мы это подадим, возникнут серьезные проблемы с законом. Груз задержит проверка, последствия будут суровыми.
— Ничего не знаю, мне брокер так сказал, — Олег пожал плечами. — Вы же у нас теперь директор, вот и разбирайтесь.
Андрей не стал спорить. Он просто положил на стол два листа.
— Это — то, что вы мне прислали. А это — скриншот вашей переписки с брокером, которую мне предоставил IT-отдел по запросу генерального. Где вы прямым текстом просите брокера «поставить левый код, чтобы этот новый инженер облажался».
Улыбка сползла с лица Олега, как старая краска.
— Откуда...
— Вы отправляли это с корпоративной почты, Олег Викторович.
В этот момент дверь открылась, и вошел Сергей Андреевич. Он слышал последнюю фразу.
— Олег, — голос генерального был тихим и очень холодным. — Зайди ко мне с заявлением. Прямо сейчас.
Олег вылетел из кабинета, красный как рак. Андрей остался стоять, чувствуя, как от напряжения ноет спина.
Вечером Андрей задержался. Он разбирал завалы в технических схемах, оставшиеся от предшественника.
Дверь приоткрылась. Заглянул Петрович — пожилой электрик, с которым они иногда дымили на заднем дворе.
— Михалыч... слышал, ты теперь барин, — Петрович усмехнулся в усы. — Там в коридоре лампа мигает, завхоз заявку второй день игнорит. Может, скажешь ему?
Андрей поднял голову от чертежей. В глазах Петровича не было зависти. Была простая человеческая просьба.
— Скажу, Петрович. Завтра с утра сделают.
Петрович кивнул и ушел.
Андрей подошел к окну. Внизу расстилался город, сияющий огнями. Он достал телефон.
— Алло, Маш? Да, задерживаюсь. Как папа? Хорошо. Слушай, я сегодня заеду, оплачу все необходимые услуги по уходу. Да, целиком. Появилась возможность.
Он выключил свет в кабинете. В полумраке блеснула табличка на двери. Новая, еще пахнущая пластиком: «Технический директор. А.М. Громов».
Уходя, он прошел мимо кулера в коридоре. Бутыль была почти пуста, красный индикатор мигал, требуя замены. Андрей машинально схватился за полную бутыль, стоящую рядом, напряг спину, привычным движением сорвал крышку и перевернул тяжелую емкость в приемник. Бульк.
Порядок должен быть. И в чертежах, и в жизни, и в кулере.