Вероника не стала кричать. Она не стала оправдываться или выплескивать вино в лицо обидчице. Это было бы слишком просто и пошло — уровень базарной торговки, уровень Жанны.
Она подошла к журнальному столику, взяла свой телефон и разблокировала его. Face ID сработал мгновенно.
— Ты закончила? — голос Вероники звучал ровно, без единой эмоциональной ноты. Так патологоанатом спрашивает студента, готов ли тот к осмотру тела.
Жанна самодовольно хмыкнула, поправляя бретельку, врезавшуюся в жирное плечо:
— А что, правда глаза колет? Скажи спасибо, что я глаза твоему мужу открыла.
— Открыла, — кивнула Вероника. — Только не те глаза и не на то.
Она повернулась спиной к Жанне и Владу. Её целью был не муж. Её целью был спонсор этого банкета.
— Паша, — Вероника посмотрела на мужа подруги. Тот сидел красный, готовый провалиться сквозь землю. — Твоя жена бесится не из-за моей карьеры. И не из-за моей фигуры. Липосакция и учредитель — это её фантазии, потому что ей проще поверить в грязь, чем оторвать зад от дивана. Проблема в другом. Жанна одержима моим мужем.
— Чего?! — Жанна поперхнулась воздухом. — Ты бредишь!
Влад удивленно моргнул, переводя взгляд с жены на Жанну.
— Паша, смотри, — Вероника подошла к Павлу и протянула телефон. — Листай.
На экране была открыта папка «Скриншоты».
— Что это? — пробормотал Павел.
— Это переписка Жанны с фейкового аккаунта «Kiska_88». Она пишет Владу уже полгода. Комментирует каждое его фото. «Какой мужчина», «жене с тобой повезло, но я бы любила сильнее». Влад давно заблокировал этот аккаунт, но Жанна настойчивая.
— Это не я! — взвизгнула Жанна, пытаясь вскочить, но диван держал её цепко. — Взломали! Фотошоп!
— А вот здесь, Паша, даты, — продолжила Вероника, игнорируя визги. — Смотри. Я крашусь в блонд — через неделю Жанна идет и сжигает волосы дешевой краской в тот же оттенок. Я покупаю парфюм «Francis Kurkdjian» — Жанна требует у тебя деньги на такой же, хотя он стоит как вся её одежда. Она копирует меня, Паша. Но копирует дешево, как китайская подделка.
Павел листал скрины. Его лицо, обветренное северными ветрами, серело на глазах.
— И самое интересное, — Вероника сделала шаг назад, чтобы видеть всех. — Жанна приходит к нам в гости только тогда, когда Влад дома. Если я говорю, что Влад в командировке, у Жанны сразу «мигрень», «дела», «мама заболела». Вспомни, Паша. Вспомни прошлую пятницу. Ты хотел поехать на дачу, а она устроила истерику, что ей нужно «срочно поддержать Веронику». А я в этот момент была на совещании, зато Влад взял отгул.
Влад поморщился, словно наступил в жвачку:
— Так вот почему ты приперлась тогда с пирогом и сидела три часа, пока я пытался работать? Я думал, ты просто дура навязчивая.
Жанна затряслась. Её лоб покрылся испариной, макияж поплыл. Она выглядела жалко — разоблаченная, голая в своей подлости.
— Это все ложь! — заорала она, переходя на ультразвук. — Паша, не слушай их! Они сговорились! Она просто завидует, что я... что я настоящая!
— Настоящая? — переспросил Павел. Голос его был тихим, страшным. — Жанна, этот аккаунт... «Kiska_88». Ты с него мне писала, когда мы ругались, проверяла, где я. Я помню аватарку.
Повисла гробовая тишина. Слышно было только, как работает кондиционер, гоняя по комнате прохладный воздух.
Павел медленно встал. Он был крупным мужчиной, привыкшим к тяжелому труду, и сейчас его фигура нависла над Жанной, как скала.
— Я вкалываю по три месяца на буровой, — произнес он, глядя на жену сверху вниз. — Я перевожу тебе всю зарплату. Я хожу в старой куртке, чтобы ты могла купить себе эти тряпки. А ты... ты мечтаешь прыгнуть в койку к моему другу?
— Паша, котик, ну что ты... — Жанна попыталась включить режим «жертвы», протягивая к нему пухлые руки. — Это просто шутка, игра...
— Ключи, — Павел протянул ладонь.
— Что?
— Ключи от машины. И кредитку. Быстро.
Жанна замерла. В её глазах плескался животный ужас. Она понимала: это не просто ссора. Это финал. Кормушка закрывается.
— Паша, нам домой ехать...
— Мне ехать. А ты пойдешь пешком. Или на такси, если у тебя наличка есть. Но у тебя её нет, ты же ни дня не работала.
Он вырвал сумочку из её рук, вытряхнул содержимое на диван. Нашел ключи от кроссовера, который сам ей подарил, забрал банковскую карту.
— Раз ты так любишь чужую жизнь, иди и живи её сама, — отчеканил Павел. — В мою квартиру не возвращайся. Вещи я соберу и отправлю курьером к твоей матери в общежитие.
— Ты не можешь! Мы женаты! — взвыла Жанна, размазывая тушь по щекам.
— Это поправимо. Завтра подам на развод.
Павел повернулся к Владу и Веронике. В его глазах стояла боль побитой собаки, которая поняла, что хозяин её не любил, а просто использовал.
— Простите, ребята. За то, что привел это... в ваш дом. Стыдно мне.
Он развернулся и вышел, не оглядываясь. Дверь хлопнула, как выстрел.
Жанна осталась сидеть на диване. Одна. Униженная. Без денег, без машины, без мужа. В блестящем платье, которое теперь казалось костюмом дешевого клоуна. Она обвела комнату безумным взглядом, пытаясь найти поддержку, но натыкалась только на презрение.
Влад смотрел на неё с брезгливостью, как на таракана, выползшего из щели.
— Вали отсюда, — сказал он. — Пока я полицию не вызвал.
Жанна открыла рот, чтобы выдать очередную порцию яда, но Вероника её опередила. Она нажала кнопку интеркома на стене.
— Охрана? Это 45-я квартира. Поднимитесь, пожалуйста. У нас тут мусор, нужно вынести. Да, крупногабаритный. Сама не справится.
Жанна вскочила, схватила свою пустую сумку и, спотыкаясь на каблуках, бросилась к выходу, роняя проклятия.
Когда за ней закрылась дверь, в квартире снова стало тихо. Вероника подошла к мужу, положила голову ему на плечо.
— Жаль Пашку, — сказал Влад. — Хороший мужик.
— Ничего, — ответила Вероника, глядя на огни ночного города. — Он сильный. Выберется. Зато теперь у него не будет паразитов. А у нас — чистого воздуха.
Она взяла бокал, который так и не успела выпить, и сделала глоток. Вино было превосходным. Со вкусом справедливости.