Чем ближе приближался момент окончательного разгрома «Третьего Рейха», тем больше Союзники задумывались над тем, что делать с побеждённой Германией. Пожалуй, наиболее известным из подобных планов был так называемый «План Моргентау», названный по фамилии министра финансов США Генри Моргентау.
Вообще-то разработка внешнеполитических планов и стратегий не входит в сферу компетенций министра финансов, но Моргентау, который в 1930-е гг., помогал Рузвельту проводить «Новый курс», считал иначе. Он активно участвовал в делах, связанных с ленд-лизом и с помощью еврейским беженцам, спасавшимся от Холокоста (сам Моргентау тоже был евреем), и в 1944 г. министр финансов решил оставить след и в определении послевоенного будущего Германии.
В меморандуме, поданном на имя Рузвельта, Моргентау ставил главной целью послевоенной политики полную деиндустриализацию Германии и превращение её в аграрную страну. Восточная Пруссия делилась между СССР и Польшей, к последней отходила и Силезия. Саар и Рейнланд-Пфальц отходили к Франции. Образовывались два независимых государства: Северо-немецкое и Южно-немецкое. Наконец, западная и северо-западная часть страны, включая Рур и побережье Северного моря, переходили под международный контроль ООН. Большая часть промышленности здесь также подлежала демонтажу и уничтожению. Осенью 1944 г. президент на словах одобрил план. Первоначальное сопротивление Черчилля было преодолено после того как Моргентау увязал согласие англичан с выделением Великобритании дополнительных кредитов.
Однако после публикации плана в прессе поднялась волна общественного недовольства. Прежде всего, она была связана с тем, что Моргентау фактически подарил нацистам эффектный материал для пропаганды, мол «евреи с Уолл-стрит готовят уничтожение немецкого народа!», что только настраивало немцев на дальнейшее сопротивление. Высказывались сомнения и в том, что достижение подобной «пасторальной идиллии» в принципе возможно без уничтожения миллионов «лишних» едоков. В итоге Рузвельт быстро «соскочил» с темы, и «План Моргентау» официально никогда так и не был принят.
Однако «дух» плана продолжил жить и без официального утверждения. Первые два года оккупации Германии в принципе отражали «жёсткий» поход американцев к побеждённым немцам по заветам Моргентау. В мае 1945 г. президент Трумэн подписал директиву JCS 1067, согласно которой оккупационным властям вменялось в обязанность «не предпринимать никаких мер, направленных на экономическое восстановление Германии».
Демонтаж промышленности, искусственное квотирование производства, массовая вырубка лесов, занижение экспортных цен и запрет импорта привели к тому, что с 1945 по 1947 гг. большая часть населения Германии находилась на грани голодной смерти. Отчёт гуманитарной миссии во главе с бывшим президентом Гувером в 1947 г. гласил, что продолжение подобной политики приведёт к тому, что рано или поздно от голода умрут 25 млн. человек.
Подобное искусственное ограничение немецкой экономики фактически вело к замедленному восстановлению всей Европы, так как на торговле с Германией до войны были завязаны экономики большинства прочих государств континента. Теперь же они, например, не могли купить немецкой стали или угля и, напротив, продать той свои товары. Перманентный голод угрожал и повышением симпатий к коммунизму. Верховный комиссар американской оккупационной зоны генерал Клей сетовал, что нет выбора между коммунистом, потребляющим 1500 калорий в день, и демократом, потребляющим 1000 калорий.
Пересмотр политики по отношению к Германии начался в сентябре 1946 г. с одноименной речи американского госсекретаря Бирнса. В июле 1947 г. Трумэн подписал новую директиву JCS 1779, в которой признавалось, что «процветающая Европа требует экономического вклада стабильной и производительной Германии». В том же году Западная Германия вошла в число адресатов американских инвестиций по «Плану Маршалла». Политика деиндустриализации в западных зонах на этом в основном прекратилась, сменившись противоположной политикой, направленной на стимулирование промышленного производства.