Существует, похоже, особый вид добровольного рабства, который почему-то принято романтизировать в женских романах, но который в кабинете психотерапевта выглядит как затяжная драма без финала. Речь идет о связи с женатым мужчиной. Давайте отбросим иллюзии: это не история о Ромео и Джульетте, которым мешают злые обстоятельства.
Это история о человеке, который соглашается быть десертом на чужом празднике жизни, искренне полагая, что когда-нибудь его подадут в качестве основного блюда.
Поначалу, разумеется, все выглядит как победа. Женщина, вступающая в такой альянс, часто упивается своим превосходством. Она — Избранная. Она — та, к кому бегут от "скучной, постылой, вечно пилящей" жены. Это мощнейшая подпитка нарциссизма. Но, как заметил бы Фрейд, за любым триумфом Эго скрывается тень.
В данном случае тенью выступает тот факт, что победа эта — пиррова. Мужчина, изменяющий жене, не ищет новую жену. Он ищет способ сохранить старую, сбросив напряжение на стороне. Пассия на стороне, сама того не ведая, становится стабилизатором чужого брака. Она — тот самый костыль, благодаря которому хромающая семья продолжает ковылять вперед.
Современный психоанализ, в частности школа Мелани Кляйн, видит в такой конфигурации отыгрывание ранних, довербальных травм. Женщина, выбирающая роль "второй", часто бессознательно воспроизводит "эдипальный треугольник", где она вечно соревнуется с Матерью (женой) за внимание Отца (любовника).
Ей не нужен мужчина сам по себе. Ей нужна победа в конкуренции. Именно поэтому, если ухажер вдруг действительно разводится и приходит к ней с чемоданами, страсть часто улетучивается.
Цель достигнута, игра окончена, а жить с реальным человеком, со всеми его носками и храпом, никто не планировал.
Но пока развода не случилось, женщина погружается в ад ожидания. Она начинает жить в режиме "on hold". Ее время, ее планы, ее настроение — все теперь подчинено графику чужой семьи. "Не могу говорить, жена рядом" — эта фраза становится кнутом, которым дрессируют ее самооценку.
Поразительно, но многие умные, успешные женщины годами занимаются тем, что ищут оправдания своему мучителю. "Он не может уйти сейчас, у него больная теща / кризис среднего возраста / ипотека". Это классическая рационализация, защитный механизм, позволяющий не видеть очевидного: вас просто используют как удобную функцию.
Зависимость крепнет. Самоуважение тает, как весенний снег. Женщина превращается в сталкера: она мониторит соцсети жены, сравнивает себя с ней, пытается найти изъяны у соперницы, чтобы хоть как-то оправдать свой выбор.
Она начинает "тюнинговать" себя с маниакальным упорством, веря, что если грудь станет больше, а губы пухлее, он точно уйдет. Это трагическая ошибка.
Мужчины не уходят к "более красивым". Они уходят туда, где им комфортно. А какой комфорт может дать женщина, находящаяся на грани нервного срыва, вечно требующая доказательств любви?
Есть и еще один, крайне непопулярный тезис. Женщина, выбирающая женатого, на самом деле панически боится близости. Да-да, именно так. Связь с несвободным партнером — это идеальный способ избежать реальных отношений. Здесь не нужно выстраивать быт, не нужно притираться характерами, не нужно брать ответственность. Есть только праздник встреч и драма расставаний. Это суррогат жизни, безопасный именно своей безнадежностью. Выбирая недоступного мужчину, женщина бессознательно выбирает одиночество, замаскированное под бурную личную жизнь.
Выход из этого лабиринта возможен только через жесткую деидеализацию. Придется перестать видеть в "воскресном бойфренде" жертву обстоятельств и увидеть в нем того, кто он есть: человека, который предает двух женщин одновременно.
Нужно перестать соревноваться с женой и понять, что вы с ней не враги, а товарищи по несчастью, обслуживающие инфантилизм одного и того же персонажа. И, наконец, нужно задать себе честный вопрос: почему я считаю, что достойна только половины мужчины? Ответ на этот вопрос может быть болезненным, но именно с него начинается путь к свободе. Свободе не от мужчины, а от собственного внутреннего сценария "вечно второй".