За окном — Город Грехов. Зимняя слякоть, грязь, что намерзает на подошвах и на душах. Улицы цвета промозглой газеты. На веткх иней, как пропуск в морг. А тут… на столе, под светом настольной лампы, она.
Открываю Дело №115. Ксюша. На снимках — почти обнажённая, в купальнике. Мокрая. Сияющая. Смотрит прямо на тебя из другого измерения. Из места, где нет этого вечного снега, этой грязи, этих компромиссов. Её взгляд — чистая, чужая планета. В протокол я внёс: «Инопланетное происхождение. Без шуток».
А вокруг — свидетельства преступления. Нет, не против неё. Против них. Против всей этой банды под вывеской «ТРЕНД». Их схема проста, как удар кирпичом: новейшие софтбоксы, линзы с итальянскими фамилиями, предписания, какую насадку к какому случаю привинтить. Их свет — стерильный, безопасный, одобренный комитетом.
А главный подозреваемый — старый фотограф. Одиночка. Почти динозавр. Он оставил эти снимки здесь, как вызов. Как отпечатки своих пальцев на их безупречных инструкциях.
Он всё сделал не просто не по правилам. Он сделал из ничего.
Осматриваю место. Орудия преступления смехотворны. Два старых рефлектора — «горшка», как их здесь с презрением кличут. Он не поставил их по учебнику. Он столкнул лбами. Нацепил на один зеленый гель — цвет дешёвого ликёра тархун в баре «Последний шанс». На другой — синий, как трупная синева в переулке за вокзалом. И заставил этот ублюдочный дуэт рисовать. Не освещать. Рисовать её скулы, капли на ключицах…
Третий «горшок» валялся на полу. Униженный. К нему скотчем прилепили синий гель — чтобы фон не был пустотой, а был синей бездной. Скотч. Он использовал скотч. Это не техника. Это плевок в лицо всей их вылизаннной, дорогой системе.
И вода. Обычная брызгалка. Чтобы она блестела, как только что вызванное к жизни существо.
И знаете что? Это гениально. Чёрт возьми, это гениально. Я смотрю на эту фотографию — и это шедевр. Абсолютный, леденящий, живой. Я не понимаю, как из этого хлама, из этой пародии на студию, могло родиться это. Цеховики из «ТРЕНДА» с их каталогами и воркшопами не сделали за год того, что он сделал за один вечер с двумя «горшками» и бутылкой с водой.
Одна из его учениц, та, что не боится слов, оставила подпись. Её слова я запишу в отчёт как улику мотива: «Опять из г***на и палок... но чертовски клёво».
Он — преступник. Самый опасный сорт. Он ограбил их устои. Он доказал, что их священные коровы — всего лишь дорогая жесть. И что магия — не в приборе. Она — в голове того, кто нажимает на спуск. В умении увидеть в грубой силе света — характер, в капле воды — целую историю.
Дело №115 я закрою. Формально. Я не стану его преследовать. Пусть уходит в темноту. Но снимок Ксюши я оставлю у себя. Он будет висеть на ржавой кнопке над моим столом. Напоминанием. Что в этом городе Грязи и Правил иногда проскальзывает искра. Искра настоящего. И её не поймать никаким, даже самым дорогим, софтбоксом.
Только старым «горшком», волей и каплей безумия.