Раньше я думала, что психологическая травма — это что-то вроде клейма. То, от чего нужно поскорее избавиться, чтобы наконец начать жить нормально. Перезагрузиться, перепрошиться, стать "как все" — устойчивой, спокойной, без этой внутренней боли.
Со временем, и через собственный опыт, и через работу с клиентами, стало ясно: травма — это не то, что можно просто убрать. И точно не то, с чем стоит бороться. Травма — не враг. Травма — это карта. Карта того, как человек думает, чувствует, строит отношения, работает.
Мы — не наша травма. Но мы — это то, как мы научились жить после неё. И пока с ней не произошло встречи, человек чаще не выбирает, а реагирует. Реагирует из той части, которая когда-то была ранена и с тех пор живёт в режиме выживания.
Пока травма игнорируется, она продолжает управлять жизнью изнутри, вне осознанности. Например, человек не видит для себя возможности сменить работу, даже если на текущей ему давно невыносимо. Объективно варианты могут быть, но внутри есть травмированная часть, которая чувствует себя никчёмной. А какой выбор возможен из состояния никчёмности? На что там можно претендовать, что позволить себе хотеть, что пробовать делать по-другому? Чаще всего — ни на что. И человек застревает, снова и снова проживая одни и те же чувства: стыд, страх, бессилие, внутреннюю пустоту, не находя выхода.
Травмированная часть, как правило, очень напугана. Она может быть изолированной, закрытой, недоверчивой. При этом она часто хорошо защищается с помощью рационализаций: "Все так живут", "Ну а чего я хочу", "Хоть какая-то работа есть — и хорошо". Это не слабость и не лень. Это способы защиты, которые когда-то действительно помогли выжить.
Именно поэтому в терапии так важно не торопить эту часть и не пытаться "починить" её усилием воли. С ней важно быть бережными, внимательными, готовыми слышать. Часто именно образы помогают увидеть то, что долго оставалось вне доступа, и мягко соприкоснуться с этим опытом. Увидеть ту девочку или того мальчика, которые когда-то замерли в нерешительности, сгорая от стыда, страха или ужаса.
В этот момент задача терапии — не заставить идти дальше, а быть рядом. Дать поддержку. Помочь забрать эту замершую часть из одиночества. Когда появляется ощущение "теперь я не один/одна", постепенно возвращается способность выбирать.
Травма — не приговор. Но жизнь, проживаемая из травмированной части, часто становится замкнутым кругом. Встреча с травмой — это не про застревание в прошлом, а про смелость признать, откуда на самом деле совершаются наши выборы. И именно эта встреча со временем позволяет начать жить не из выживания, а из своей идентичности — с правом на радость, интерес и собственный путь.
Автор: Шатия Богоудинова
Психолог, Помощь миллениалам
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru