Карате редко сводится к ударам и заученным связкам. В нём всегда было что-то большее — способ существовать в мире, где лишние слова не ценятся, а каждое движение имеет цену. Это искусство родилось не в шумной столице, а на островах Рюкю, на нынешней Окинаве, где людям приходилось защищать себя без оружия и без иллюзий. Запреты властей сделали движения точнее, а характер — суше и твёрже. Со временем карате перестало быть тайным ремеслом. Оно вышло из дворов и додзё, попало в школы, на экраны, на большие арены. Его упрощали, адаптировали, приспосабливали к разным культурам, но внутренняя собранность осталась. Даже сегодня, когда мир стал быстрым и рассеянным, карате не выглядит анахронизмом — скорее, противовесом. У карате нет одного лица. Есть направления, каждое со своим характером: Сётокан — сдержанный и прямой. Низкие стойки, тяжесть в ногах, ясность в ударах. В нём чувствуется дисциплина. Годзю-рю — соединение жёсткого и мягкого. Дыхание, внутренняя работа, следы китайской традиции.